— Тоже мне, террористы-смертники! — усмехнулся Яромир. — Ну, и зачем тебе это надо? Ты же хотела морду натянуть и отрастить сиси!

— Хам! — побагровела Яга. — Как дам в рожу! Такое при дамах не говорят!

— Да ладно, — отмахнулся Яромир. — Я же правду сказал. Кстати, ты вот тут упражняешься с Рокфором, а тебя граф Дракоша ждет, все глаза проглядел! У него даже твой портрет есть, а ты — бомбой!

— Откуда ты знаешь про Дракошу? — взвилась Яга. — Подглядел, подслушал? Только тебе это не поможет, все равно взорву!

— Подслушивать — это по твоей специальности, — покачал головой богатырь. — Нам Дракоша все рассказал, когда мы у него гостили, и портретик твой показывал. А как плакал, как плакал!

— Раньше надо было плакать! — насупилась Яга. — Стал упырем, а теперь нюни распустил. Неча было с упырихой миловаться! Видала я его зазнобу. Она сосать мастерица… кровь-то. Пришлось ее утешить осиновым колом.

— Это ваше дело, — отмахнулся Яромир. — Я говорю факт. Граф Дракоша тебя любит и хочет избавиться от упыризма. Ну, а я ему согласился помочь. Вот и все.

Яга на мгновение обалдела, почесала нос ядерной бомбой:

— Ты чего мелешь-то? От застарелого упыризма не лечат! Даже пиявка сушеная и то не берет! Даже гриб-черноног не оттягивает!

— Ха! Ты, может, и не лечишь, а у нас в деревне — только так! Идут… нет, не скажу куда! Граф мне обещал за лечение сундук золота, и я своего упустить не хочу. Ладно, взрывай свою бомбу, а я потом расскажу графу Дракоше про твои похождения. Раскрою ему, так сказать, глаза. Он, кстати, за людьми не бегает, кушает себе мышей потихоньку. Гуманист!

— Так ведь, если я взорву, от тебя ничего не останется, — неуверенно сказала Яга, — ничего ты не скажешь!

— Это от тебя только уши уцелеют, — возразил Яромир, — а я — броневой! У меня вон одна медаль чего стоит, ясно? Короля, конечно, жалко, но не до такой степени.

— Постой, постой, — Яга задумалась и тут же развалила пасть в широчайшей улыбке. — А если мы договоримся?

— О чем?

— Ну… ты ничего не рассказываешь графу Дракоше, а я отпускаю короля. И ты мне даешь снадобье, а я Дракошу сама излечу.

— А сундук с золотом?

— Пополам! — быстро сказала Яга.

— Вот жадина! — Яромир почесал за ухом, покосился на Ягу. Улыбка у Миледи стала еще шире, она кокетливо выставила длиные кривые зубы и подмигнула. Богатыря пронял озноб, захотелось поскорее зажмуриться, а еще лучше — навсегда избавиться от этой слишком энергичной дамы.

— Так ведь обманешь, и половины не дашь!

— Дам, дам! Только скажи, что делать надо? А! Догадалась: желчь отцеубийцы, так?

— Тьфу! — Яромир сплюнул в сердцах. — Такую дрянь и выговорить-то страшно! Ладно, скажу. Стакан живой воды, ясно? И все. Как выпьет, так, значит, дымить начнет. Ну, а с дымом вся дурь-то и выйдет. Конечно, покочевряжится маленько, не без этого. От живой воды завсегда ломка. В этот момент его держать надо, чтобы башку не вывихнул. Ну, а потом отпустит, и будет твой Дракоша, как новенький! Короче, помолодеет.

Яга задумалась:

— А если и я хлебну? Тоже помолодею?

— Враз! — пообещал Яромир.

— Ну хорошо. А ежели ты врешь, а? Яромир побагровел:

— Богатыри святорусские не врут! — отчеканил он. — Только иногда подвирают. Так что не замай!

— Тогда с тебя бутылка живой воды! — сказала Яга, прислушиваясь к какому-то шуму, доносящемуся из коридора. — Я тебе бомбу, ты мне бутылку, и разбегаемся.

Пришлось Яромиру долго и нудно объяснять, что водой он впрок не запасается, а когда-возникает надобность, едет к себе в деревню, прямо к источнику. И если Яге нужна вода, то придется подождать.

— Я дел на середке не бросаю, — сказал он — Вот укомякаю твоего Мерина, раздавлю яйцо и, так и быть, съезжу в деревню, привезу воды!

Яга занервничала:

— Надо подумать, надо подумать… — Она наморщила и без того сморщенный лобик и от напряжения выпустила Артура из рук.

Король с деревянным стуком упал на пол. Яромир снова сделал шаг вперед, но Миледя взмахнула бомбой:

— Не подходи! Я еще не решила! Не решила, не решила… Вот! Решила! Стой, богатырь, где стоишь. Рокфор!

— Я! — Граф послушно забил хвостом. Очевидно, яд не причинил ему ни малейшего вреда. Напротив, шкура у Рокфора почернела и заблестела, отчего он сразу стал похож на стоптанный лакированный сапог.

— Заводи метлу! — скомандовала Яга.

Граф вылез в окно, чем-то заскрипел, словно действительно заводил невидимый моторчик.

— Готово! — доложил он через минуту.

— Ну все, богатырь, встретимся в Лодимере! Не забывай, что обещал!

— А бомба? — напомнил Яромир.

— Ах да! Вот тебе бомба, возьмешь на подоконнике! — Она положила железный шар на подоконник, одним прыжком сиганула в окно и оказалась на метле.

— Всего хорошего, богатырь! Желаю тебе вовремя раздавить яйцо! — крикнула она и, дико захохотав, ринулась в ночное небо.

— Постой! — крикнул Яромир. — Как этим шаром пользоваться?

— Дерни за колечко! — донеслось до него. — Ха-ха-ха!

Яромир посмотрел на ядро. Сверху и в самом деле выступало колечко.

— Пригодится! — сказал богатырь, сунул бомбу в карман и склонился над королем.

Артур медленно приходил в себя, но, открыв глаза и увидев Яромира, очнулся очень быстро.

— Кто ты, страшилище, великан или демон? — воскликнул он, отползая в угол.

— Сам ты демон, ваше величество! — обиделся Яромир. — Я богатырь святорусский! Спас тебя от ведьмы. Неужели не помнишь?

Артур почесал затылок:

— Ах да. Точно. А где это я?

— В тюрьме, ваше величество!

— В тюрьме? Ах, ну да! Помню, помню… а зачем я сюда пришел?

— Не пришел ты, — вздохнул Яромир, прислушиваясь к посторонним звукам, которые стали громче. — Не пришел ты, а тебя посадили.

— Посадили? Разве я репка? Ах да, вон и корешки растут, — он посмотрел на свои грязные ноги.

Яромир закатил глаза:

— Тебя посадили за глупость, ваше величество! А я тебя буду лечить. Ну-ка, покажи мне голову… да у тебя шишка ума за шишку разума заехала! Ты