Затем я открыл несколько порталов в свой замок в мертвых землях и оттуда тут же повыбегала обеспокоенная охрана. Пришлось объяснять, что к чему и просить их вернуться на свои посты. Силу я получил просто невероятную, но на сегодня с экспериментами решил прекратить. А еще ко мне в голову закралась и прочно там обосновалась мысль о том, что не бывает такого, чтобы давали столько всего, и на халяву. А это означало, что когда-нибудь с меня спросят за все те плюшки, которые так щедро раздает мне Создатель. И, чувствую, размер долга, что мне придется вернуть, очень мне не понравится.

— Скажите, а для чего мне это? Почему я получаю столько силы? Чего мне ожидать?

— Это знает только Создатель. Судя по всему, у него на тебя большие планы. И наш тебе совет: не останавливайся в развитии. Если, когда придет время, ты будешь не достаточно силен, может случиться непоправимое. Не только для тебя или империи, но и для нас и для всего Эратиона. На моей памяти еще никто не обладал такой силой, как Оплот Жизни, — пояснила Мортис.

— И как скоро это произойдет?

— Не знаю, но рекомендую тебе не откладывать свое развитие.

— Спасибо. Тогда я пойду. Надо все обдумать.

— Погоди, — остановила меня Немезида. — Возьми кое-что.

На Истинном Древе Жизни распустились бутоны. Много-много мелких, но размером побольше уже распустившихся цветков, и с десяток крупных, как яйцо феникса. Из мелких вылетели феи. Очень красивые и маленькие. А вот за крупными мне пришлось лезть на дерево. Поскольку феи еще не выросли и не могли выполнять ту работу, для которой их создала Немезида. А именно — ухаживать за Истинным Древом Жизни.

— Эти тоже в печь? — поинтересовался я.

— Нет, отнеси их в зал к фениксу.

— А он их не сожрет?

— Нет, наоборот. Ему нужны сверстники, чтобы играть. Просто положи их в тряпки. Они сами вылупятся. Корми их свежим сырым мясом.

— Хорошо, — ответил я и телепортировался в зал к Фене. Он был рад меня видеть и даже зачирикал.

— Я тут тебе друзей принес. Так что присматривай за ними. Не обижай. Ты среди них за старшего.

Я положил яйца в тряпки в углу комнаты, позвал прислугу и объяснил им, что делать и как кормить, потом принялся тискать Феню.

Империя Элизиум. Проклятые земли. Деревня оборотней

Через месяц после того, как я принес Фениксу яйца, из них вылупились королевские грифоны. Довольно красивые существа и живородящие, но вот первые из них вылупляются из яиц, что вырастают на Древе Жизни. Так появилось большинство животных в эльфийских лесах.

Я продолжил тренировки с Оплотом Жизни. Выяснилось, что я и сам могу вполне свободно выращивать деревья, траву и тому подобное, но вот одушевленные предметы в виде животных и, тем более, разумных, я вырастить не смогу. Так же я не забывал и про тренировки с Силой Жизни. Особых успехов в этом направлении у меня не было, но определенные сдвиги, все же, имели место быть.

Леса и поля, что вырастила Немезида не шли ни в какое сравнение с теми, что я видел в светлом и темном лесу. Описать всю эту красоту просто не реально. Как бы мне не пришлось и в людском секторе столицы выращивать дома, а не стоить. Потому, что в них вполне комфортно чувствовали себя не только люди, но и гномы, у которых в ДНК заложена информация о том, что все, что сделано не из камня или металла не может называться хорошим.

Урожайность всего, что вырастила Хранительница Жизни, просто зашкаливала. С ее слов скоро должен поспеть урожай иллюмиэля. И я собирался весь его передать Аталлаилу. Долги надо отдавать. Слишком уж сильно мы вытрясли его кубышку.

У меня появилось немного свободного времени, и я на месте деревни оборотней вырастил очень красивую и удобную деревушку с большим пирсом для небольших лодочек и огромным причалом для морских судов. Вырастил и нам с Лией уютный трехэтажный домик, взамен пляжного. Учитывая масштаб стройки, приказа о ремонте пляжного домика я не отдавал. Да и этот домик был очень комфортным и несколько комнат в нем я лично покрыл энергетическим изолятором.

Наш дом стоял немного в стороне от деревни и находился за естественной перегородкой в виде небольшой возвышенности. По пляжу до него вполне можно было быстро дойти, но для нас все же оставалась видимость некоторого уединения, что лично для меня было важно. Во-первых, мне очень нравилось оставаться наедине с моей возлюбленной, а во-вторых, иногда суета мне просто мешала размышлять над дальнейшими планами.

Через три месяца гномы предоставили мне предварительные наброски проекта замка. Проверял я их по отдельности и понятно, что у имперцев работы было проделано куда больше, чем у Дория, но она меня не устроила.

То, что предоставил мне Дорий, мне не понравилось абсолютно.

— Ты, что, для эльфов, что ли замок чертишь? — спросил я, когда вновь встретился с гномом.

— Почему для эльфов? Тут нет ничего эльфийского, — насупился Дорий.

— Эльфийского ничего нет, но учитывая гномью неприязнь к эльфам, ты явно сделал все, чтобы тех эльфов, которые будут жить в этом замке, убили как можно быстрее. Это, вообще, что? Сколько такой замок простоит под обстрелом катапульт и требушетов?

— Шесть месяцев продержится! — с гордостью заявил молодой гном.

— А я какое основное требование выдвинул, помнишь?

— Чтобы этот замок никто и никогда не смог завоевать.

— Ну? Понимаешь разницу между полугодом и никогда?!

Гном от возмущения запыхтел:

— Да ты представляешь, сколько это будет стоить? А сколько строить такой замок?

— А я, что-то говорил про цену или, может, про сроки строительства? Напомни мне, чем я тебя ограничил в раскрытии твоего потенциала?

— Ничем, — вновь насупился гном.

— Так это что, и есть весь твой потенциал? Мы уже можем считать его раскрытым?

— Нет. Я сделаю новые чертежи. Вот эти картинки только забери, вложишь потом в книжку «Как делать не надо», если когда-нибудь ее напишешь.

Я неспроста наезжал на Дория. Нужно было пробудить в нем профессиональную злость и страх опозорить себя и своего отца. Ну не верю я, что такой умудренный опытом каменотес, как Ролин, просто так бы подставился. Он, не колеблясь, принял мои условия, а значит, он не просто верит в своего сына, а четко знает, о чем говорит. Но судя по тому, как ведет себя Дорий, он сам себя тормозит. Не дает своему таланту раскрыться, пытается все