— Глаза моя зрят сквозь

Уста изрекают правду.

Разум мой чист, а дух преисполнен добродетели.

О Мафусаил, ответь на мой зов!

Приди к своему мечу, дабы руки мои помогли тебе сокрушить зло!

И клинок ответил. Яркий, золотистый свет озарил всё вокруг, и личность старого волшебника отступила, уступая место древнему святому — деду Ноя, внуку Еноха, победителю стоккимов и нефелимов, великому Мафусаилу.

* * *

Главная битва завтра — хочу получше её себе представить, что бы лучше написать. Всё же это будет первый действительно равный противник у Аристарха. Ну и про Мафусаила — ваши версии, что ждет Добрынина в результате такого призыва.

Глава 16

Дорогие читатели, эта глава вышла огромнейшей — целых восемьдесят девять тысяч знаков. Написал я её всего за два дня, так что подозреваю — будет миллион ошибок. Если найдется желающий её покорректить — пишите, не стесняйтесь)) Ну или кидайте ошибки в личку) Приятного чтения, дамы и господа!

Пы. Сы. Я породил монстра… А ведь не так давно для меня средний размер главы был 16−18к знаков(

* * *

— Так вот ты каков, когда во всей силе и мощи, — медленно протянул Император Мертвых. — Я знал, что ты могуч, но не предполагал, это… Трое могучих демонов во всей своей силе не сумели даже поцарапать тебя. Если бы я не успел вовремя, ты убил бы всех троих… Что ж, надо признать — от Инферно и его обитателей я ожидал больше. Сплошное разочарование, не принесшее никаких значимых результатов. Хоть как пушечное мясо сгодились, и то хорошо.

Мы парили высоко в воздухе, стоя в десяти шагах напротив друг друга. Рыцарь Смерти, в которого вселился Император Мертвых, был вполне себе человеческого роста — пониже меня, где-то метр восемьдесят. Через раскрытое забрало на меня глядело лицо молодого мужчины, черты которого очень напоминали мне Павла Романова и мою невесту. Характерные для Романовых черты… Александр Романов, пропавший тридцать лет назад и так и не обнаруженный. Даже Тайная Канцелярия, помнится, тогда облажалась — я читал об этом в родовых хрониках, готовясь покинуть Род Шуйских. Событие значимое — Маг Заклятий из Императорского Рода, их Старейшина, пропал при неясных обстоятельствах. Переполох был знатный, судя по тому, что я читал…

Так вот куда он делся. Что ж, теперь все становится на свои места…

Сила наших Душ давила друг на друга и выплескивалась вокруг. Мы щедро её тратили, напитывая своей волей и силой всех союзников и пытаясь навредить врагам. Под влиянием своего Императора мертвецы, до того подавляемые Святой Магией жрецами, священниками, муллами, равинами и прочими, приободрились, перестали отступать, элитная нежить, словно получив благословение своего бога, окрепли, стали сильнее…

Но и я не уступал врагу. Я больше не пытался разжечь пламя в душах людей — там итак полыхал настоящий пожар. Вместо этого я даровал им усиления. Каждому понемногу, тратя капельку своих Молний — кому зеленую, что бы исцелиться или по крайне мере дожить до прихода целителей, кому вместе с ней ещё и Золотые с Желтыми — это тем, кто бился в первых ряда, усиленным людям вроде гвардейцев. Руки бойцов наливались новыми силами, движения становились быстрее, а заряд Зеленой оставался, дожидаясь своего часа — на случай раны бойца.

Магам доставались в довесок Фиолетовые, что помогали им колдовать лучше, быстрее и точнее. Красные — что бы в момент, когда резерв исчерпается и понадобятся дополнительные силы, она сожгла часть его жизненной силы и переработала в ману… Правда, Архимагам и тем более Магам Заклятий ничего не досталось — для того, что бы дать сколь-либо заметный прирост в силе, ушло бы слишком много сил. Подобные вещи предназначены для слабых магов и неодаренных…

Это были не все мои дары, но перечислять можно долго, потому перейду к сути — я дал людям куда больше, чем мой противник своим слугам. И судя по его сверкнувшим глазам и поджатым губам он тоже это понял.

Всё это требовало немалых усилий, но к счастью, тратилась не мана, а Сила Души. Пора бы уже её называть правильно, ато придумал, понимаешь ли, ради пафоса — Мощь Души.

Разумеется, мы охватили далеко не всех — лишь радиус в несколько десятков километров. И от благословений Императора было куда меньше толку, чем от моих — на демонов он его наложить не смог, а именно их было больше всего в округе. Раздача усилений происходила отнюдь не мгновенно, и делать это стоя напротив врага опасное занятие. Мы стояли, не сводя глаз друг с друга, готовые в любую секунду разразиться сокрушительным ударом. Идеальный момент для нападения…

Я понял замысел Императора Мертвых. Он хочет вынудить меня и дальше тратить силы, дабы увеличить свое преимущество — все прошедшие сегодня битвы стоили мне трети резерва. Да, сейчас тратится лишь Сила Души, а не мана — но в нашем поединке важна будет и эта энергия. Тварь потратила сейчас значительно меньше сил, чем я — у него там, внизу, было куда меньше слуг. Ему было плевать, что с ними будет, но он знал, что мне не плевать на солдат и офицеров внизу, особенно с учетом того, что там сейчас недобитый балрог… Очень хотелось вонзить Копье Простолюдина прямо в довольно улыбающееся лицо переставшего притворятся врага, но я сдержался. Именно этого ждет Император Мертвых, провоцируя меня, но я на подобное не поведусь. Мне надо пораньше закончить с этим уродом, дабы прибить сбежавшего демона, и Император понимал, что время работает на него. Чем он и собирался воспользоваться в полной мере — проживший века и тысячелетия могучий маг обладал достойным боевым интеллектом.

В момент, когда я начал закручивать потоки маны, а Император приготовился защищаться, позади меня, там, в в километре за линией боя слово вспыхнуло новое солнце. С развезшихся небес ударил отчетливо видимый луч света, охвативший небольшую фигурку генерал-аншефа. Мгновение — и все, кто находился в пределах пары сотен километров, ощутили нисхождение могучей сущности. А самые чувствительные и сильные, то бишь Маги Заклятий и выше, уловили открытие самих Врат Эдема. Это значило, что сущность призвана не так, как это сегодня делают священники и жрецы — временных союзников, с весьма урезанными силами и способностями.

Нет, сюда шел тот, кто был достаточно ценен для Эдема, что бы оставить открытые Врата, напитывая его силой