На начало правления Алексея Михайловича численность поместной конницы колебалась в пределах 40 -50 тысяч коней. Сейчас она значительно меньше за счёт того, что часть переведена в рейтарские полки.

К примеру, у меня по спискам около четырёх тысяч таких бойцов. Если откинуть холопов, остаётся чуть больше двух тысяч. Допускаю, что процентов пятнадцать-двадцать могут не согласиться с порушениями их прав согласно родовитости. Эти тупо попадут на штрафы за не выставление всадника согласно уложению. Тогда остаётся примерно полк в 1500 -1600 коней.

Ну и ладно, лучше меньше, но легче будет управлять. Братец поручил мне сформировать новую единицу из местных дворян. Как бы в помощь дал мне нового воеводу. На самом деле я подозреваю иные мотивы. Мне доносят, что царёвы советники исправно копают под меня. Так они уверены, что ярославский воевода Осип Костяев лёг под меня. А царь хочет, чтобы у меня был противовес, который будет послушен только ему. И мне это понятно. Знал бы Алексей, сколько мне потребовалось сил и времени, чтобы приучить неуступчивого Осипа. Да, после этого воевода не высовывался против меня, ну за редкими исключениями.

Пётр Бахметьев, присланный царём на смену старому воеводе не так и молод. Ему около сорока лет. Сам он новгородец, участвовал в польской и шведских компаниях. Получил за службу от царя надел в Арзамасских землях. Знакомцы поговаривают о неуживчивости нового воинского начальника.

По уложению именно воевода является главой гражданской и военной ветвей власти. Но у нас случай особый, меня царь назначил сюда своим наместником, то есть я осуществляю верховную власть. К тому же являясь кровным братом царю, могу на многое положить с пробором. Поэтому Петру Дорофеевичу не позавидуешь, ему придётся лавировать между мною и указаниями из Москвы.

Как правило воевода не вмешивается в торговые дела и гражданскую сферу. Для этого есть купеческий совет и старшины губной и земской власти. А вот судебную власть и расправу вершит царь и его воеводы на местах. Здесь мои полномочия размыты, в любом случае нужно с новым воеводою договариваться. Чай одно дело делаем.

Сестрица Анна смогла меня поразить. Девушка сама купила дом в городе и пригласила ближайших родственников на смотрины.

Внешне каменная хоромина не впечатляла особый изыском. К тому же к основному дому прилепились многочисленные хозяйственные и жилые пристройки, создавая впечатление огромного курятника.

На какие шиши она приобрела эту недвижимость — можно только догадываться. Часть её дамской свиты проживает здесь же. Остальные обитают в том доме, что выделил мне государь. Там на большом участке стоял огромный деревянный дом. Его участь предрешена — только на снос. Здесь будет построен пансионат для девушек из благородных семейств. Я не влезаю в эти тонкости, но слышал, что Анна напрягла Луку на строительство «института благородных девиц». Подозреваю, что брат поучаствовал в этом богоугодном проекте.

Вообще Алексей Михайлович вовсю использует нас, как модераторов пилотных проектов. У нас с ним еще лет пять назад были запланированы весьма перспективные планы. Но их нужно обкатывать в условиях, приближённых к боевым. Вот и создание «института благородных девиц» из их числа. Десятки тысяч девиц в государстве, которым не повезло с замужеством, обречены на прозябание в своих светёлках. А ведь среди них немало умных и образованных. И почему тогда не использовать этот потенциал на благо просвещения и здравоохранения?

Пока что что строительство подходящего здания остановилось на стадии обсуждения проекта. Мне показывали некоторые наброски. Больше всего понравилось трёхэтажное здание буквой «П» с учебными классами, жилыми комнатами и вспомогательными помещениями. Оно позволяло решить сразу многие вопросы на довольно небольшом участке земли. Но выбор за Анной, именно она куратор этого проекта. Сестра смогла мобилизовать местное женское общество и даже собрать начальную сумму денег на первое время. С наступлением тепла начнём стройку.

А вот задумка об обучении девушек чёрного сословия пока повисла в воздухе. Потому что это филантропия чистой воды. Никто не хочет выделить деньги на это благое начинание. Только мы с Алексеем готовы тряхнуть мошной, да ещё наши дамы собрали небольшую сумму денег от купечества и некоторых дворян.

Из этой же серии и перевод поместной конницы из разряда нерегулярных частей в профессиональные. Это такой же эксперимент, который государь охотно скинул на меня.

Основной костяк поместной конницы был идейно заточен на службу государю. Но из-за того, что у них отсутствовала систематическая военная подготовка, то и боевые качества были весьма невысокими. В стычке один на один боярские дети успешно противостояли ляхам и литвинам. Но как тактическая единица — имели низкую дисциплину и управляемость. Нередки были случаи бегства с поля боя. Вот с такими персонажами мне и предстояло познакомиться.

По весне был назначен смотр поместного воинства. Как правило съезжались сразу после того, как сходил снег. Смотр проходил на подготовленном поле в городском посаде.

В этом году правила смотра были изменены согласно царскому указу. Заблаговременно все землевладельцы были извещены о том, что боевые холопы более не могли быть представлены на смотр. Вместо них помещик обязан выплатить денежный штраф. Само собой это вызвало бурный протест землевладельцев. Два-три века каждый из них выставлял нужное количество воинов согласно разрядным спискам. Боевых холопов любовно выискивали, пестовали и готовили, ибо от них зачастую зависела жизнь их господина. Они составляли боевую дружину своего хозяина и вдруг правила поменялись. Звонкая монета всегда была в дефиците и теперь землевладельцы чесали в затылках, как выйти из положения.

А выход был, мы об этом заранее побеспокоились. Царские рекрутёры уже крутились среди помещиков. Они были готовы выкупить боевых холопов для нужд царского войска. Мы рассчитывали на формирование двух солдатских полков нового строя из числа этих холопов. Это если брать города Ярославль, Ростов и Кострому.

Таким образом землевладельцы лишались своей дружины, но получали освобождение на определённой период от необходимости выставлять на смотр холопов.

Как правило поместная конница была плохо вооружена, только холодное оружие и луки. Огнестрельное оружие было дорогим и не по карману помещикам. В этом плане она сильно проигрывала рейтарам, которые имели на вооружение пистоли и карабины.

Смотр поместной кавалерии был назначен на одной из больших площадей близ церкви «Спаса на Городу».

Командовал смотром новый воевода, он же принимал отчёты служек «разрядного приказа». Те проверяли соответствие вооружения и выставленных воинов. Учитывая новшества, этот процесс затянулся.

Каждый участник смотра должен иметь коня и полное вооружение. Для дальнего похода обязательно наличие заводного коня. Сегодня здесь