И девушка припустилась бегом, как настоящий сорванец, как непременно обозвала бы ее мать, если бы могла сейчас увидеть.

Минут сорок спустя они взобрались на вершину холма и угодили в объятия южного ветра, дующего с моря, пригибающего к земле траву и волнующего заросли утесника и боярышника. Ветер растрепал и спутал волосы Кэт, отбрасывая их то вперед, то назад, и она присела на пирамиду из гранитных валунов, сложенную посреди устроенного здесь земляного укрепления. Построенное столетия назад, оно давно развалилось и поросло травой, но все же контуры древней крепости и теперь окружали Кэт со всех сторон, как бы защищая и прикрывая, и она сидела посреди них, словно на ладони былых времен. При взгляде на нее у Роберта заныло сердце.

– Ты сейчас прямо как королева воинов на своем троне. Сиди так, не шевелись…

Кэт обернулась к нему, а он уже бежал куда-то прочь, пока не скрылся из виду. Девушка недовольно нахмурилась, но потом перевела взгляд на сверкающую полосу моря, простирающуюся вдаль, до самого края земли, как сейчас казалось.

Что там, подумалось ей, – там, за горизонтом? Несомненно, какие-нибудь чудеса, бесценные сокровища, но и чудища, которых и представить себе невозможно, экзотические земли и страны, где живут совсем иные люди и жизнь совсем другая, где женщин с умом и честолюбием не принуждают заниматься только уборкой и штопкой, да еще кормежкой цыплят…

Вернулся Роберт, прервав ее раздумья. В руках он осторожно нес нечто очень милое: венок из цветов утесника и шиповника и маленьких побегов папоротника, искусно сплетенный таким образом, что золотистые цветы выглядывали из острых листиков, словно драгоценные камни.

– Корона для королевы, – объявил он, упав на колено и протягивая ей венок. Солнце плеснуло лучом прямо ему в синие глаза, и взгляд засиял лазурью неба.

– Ну что же, тогда коронуй меня, – сказала девушка повелительным тоном, хотя его порыв ей явно польстил.

Он поднялся с колен и осторожно возложил венок ей на голову, а ветер в этот миг поднял прядь ее волос и заставил развеваться, прямо как яркий вымпел. Роберт поймал локон и накрутил на пальцы, наслаждаясь шелковистостью волос и их огненным блеском.

– Эту крепость построили во времена короля Артура для защиты от датчан. Мне кажется, ты сейчас выглядишь как боевая добыча, выкраденная с корабля этих королей открытого моря, – сказал он, улыбаясь. – Ты ведь совсем не такая, как все мы, настоящие корнуолльцы.

Раздраженная его намеком, Кэт вырвала у него свою прядь волос.

– А зачем мне быть такой же, как вы, настоящие корнуолльцы? Корнуолл – маленькое бедное графство, полное разбойников и идиотов, да еще глупых суеверных старух!

Роберт явно обиделся:

– И кто же тогда я? Разбойник или идиот?

Кэт недовольно пожала плечами, не желая отвечать на его вопрос.

– Что это вы там обсуждали с хозяином нынче утром?

Роберт отвел взгляд.

– Да так, ничего особенного. Джек и Том принесли ему кое-какие сведения, вот и все.

– Сведения о чем?

– Ну, про море и корабли. В таком роде.

– Море и корабли? С какой это стати сэру Артуру вдруг понадобились сведения о море и кораблях? Кроме того, ты забыл еще кое-что: я сама видела, как ты что-то прятал!

Но Роберт не поддался.

– А отсюда и Карн-Галвал видно, – задумчиво произнес он, глядя на угрожающе вздымавшиеся в небо зазубренные гребни. – Кресло Великана. Я и не знал, что его отсюда можно разглядеть. – Роберт обернулся к ней. Ветер развевал светлые волосы, и они вились вокруг широкого, открытого лица. – И Тринкром видно, и Тригонинг, и Годолфин-Хилл. Ничего удивительного, что вождь, который построил здесь крепость, выбрал именно это место. – Он ладонью прикрыл глаза от солнца. – Сейчас даже острова Силли разглядеть можно! Да, тутошний народ трудненько было захватить врасплох, откуда бы ни пришли враги, с суши или с моря! Говорят, тогда тут жгли сигнальные костры по всему побережью, от Маунта досюда и до Тринкрома и Карн-Бреа, а потом и дальше, до Сент-Эгнис-Бикона, до Грейт-Стоуна на Сент-Беллармин-Тор, а оттуда до Кэдбэрроу, Раф-Тора и Браунуилли, всю дорогу до самого Тинтэджела. Это было предупреждением для короля, что сюда явились захватчики. Король Артур и еще девять королей бросились к Лэндз-Энду и добрались туда ускоренным маршем за два дня. И дали им бой возле Виллан-Дракара. Много народу погибло. Говорят, тамошнюю мельницу крутил поток крови, а не воды. И ни один датчанин не ушел.

– Жаль, что его не было тут, когда испанцы напали на Маусхоул и Ньюлин, – заметила Кэт.

Ее дядя был среди тех, кто под командованием сэра Фрэнсиса Годолфина выступил против испанцев в тот памятный день в июле 1595 года, когда те разграбили селение Маусхоул и сожгли церковь в Поле. Корнуолльцев было мало, они были плохо вооружены, так что пушки с испанских галеонов принудили их отступить и ждать подкреплений, а высадившиеся испанцы тем временем сожгли бо́льшую часть домов в Ньюлине и Пензансе. Люди того поколения, к которому принадлежали родители Кэт, все еще говорили об этом случае приглушенными голосами: для них это нападение до сих пор было оскорблением, невиданной мерзостью. Как могло такое случиться, что чужеземные солдаты посмели ступить на землю Корнуолла уже после славного разгрома Непобедимой армады, после поражения, нанесенного испанцам парнями из западных графств Англии?

– Однако, – заметила девушка, бросив на Роберта острый взгляд, – ты так и не ответил на мой вопрос!

Молодой человек уставился в море, сжав челюсти.

– Ты пользуешься книгой, которую я тебе подарил? – Он сменил тему.

– Да. Очень мило с твоей стороны, что ты вспомнил, как мне понравилась эта книга леди Харрис. Очень здорово и приятно иметь свою собственную, – несколько скованно сказала Кэт. – Некоторые образцы очень красивы, и я уже придумала несколько новых вариаций узоров на их основе. Хозяйка меня очень хвалила.

– Вот и отлично. Очень рад слышать, что ты совершенствуешься в своем искусстве.

– Я намерена стать мастером и вступить в гильдию!

Роберт невольно улыбнулся:

– И как же ты собираешься это проделать, торча тут, в мрачных закоулках Корнуолла? А, Кэтрин? Боюсь, география против тебя. И еще: Бродерерз-Гилд – это гильдия для мастеров вышивки, а не для мастериц. Не для маленьких девочек, как бы искусно они ни умели работать иглой.

– Стало быть, ты мне эту книжку подарил только для того, чтоб меня унизить?

Роб взял ее руку и сжал пальцы между ладонями.

– Да что ты, Кэт! Можешь мне поверить! Я страшно горжусь, что ты получила заказ на вышивку от самой графини Солсбери!

Кэтрин отдернула руку, словно обожглась.

– Откуда ты узнал? Мне велели никому об этом не говорить.

– Леди Харрис как-то