— Да это не я, Пит, это Тяж. Я тоже чутка лишнего выпил. Он меня уболтал, а потом свалил. — Глаза у Крутеца бегали, вид был виноватый. — А Хранителей не бойся, они отключились как раз сегодня.

— Врать не надоело?

— Клянусь, брат! Ты же видел зелёные ракеты? Гуляет Дубъюк!

Пит понимал, что без Крутеца выбраться из-под земли вряд ли получится и нужно прийти к соглашению.

— Ладно, допустим. К кому кота нести?

— Да есть тут рисковые люди…

— Вот именно — рисковые! — взвился Пит. — Зачем им мурр?

— А поспрашать хотят насчёт магии… может, чего у него попросят…

Пит колебался.

— Слушай, давай, ты всё это бросишь и мы вернёмся назад, к той двери, откуда пришли? Пока не поздно.

— Не получится, Пит. Дверь не выбьем. Ты же видел, Тяж её снаружи закрыл, а замок надёжный. Нам отсюда одна дорога, с мурром на руках… Не принесу — они меня прикончат… им это раз плюнуть…

— Кто — они?

— Подземщики…

— Так зачем ты с ними связался?!

— Денег занял, а вернуть не смог. Мой долг им перешёл. Они долги перекупают, слышал, поди? Отдам кота, и пусть отстанут. Так и скажу!

— Точно, скажи им. Они тебя сразу послушаются. — Пит подумал. — Ладно, мурра донести помогу, если он не против, но всё остальное без меня.

— Договорились! — обрадовался Крутец и вскочил на ноги. — Идём!

— Почему стены тёплые?

— Корни от старых железных деревьев гниют помаленьку, отсюда и тепло.

Ощутимо пахло кошачьим присутствием, но мурра в соседней «комнате» не оказалось. Мягкая лежанка была пуста, как и две миски, больше похожие на тазики.

— Видал бы ты, сколько этот кот-проглот ветчины слопал. Целую индейку за день. Заманили его сюда колбасой, ждали, вишь, что Хранители уйдут. Вроде, им гадалки нагадали. И ведь сбылось, в глаз печенье. И где он теперь?

— Это какой мурр?

— Главный.

Фонарик разрядился, и они долго ходили кругами в полной темноте. Пит боялся потеряться, поэтому не отходил от Крутеца ни на шаг.

— Как сквозь землю провалился! Теперь мне полный каюк. — Крутец едва не плакал. — Проклятый котяра… Надо его найти…

— Найдёшь тут, — злился Пит. — Тёмного кота в тёмном подземелье. А к подземщикам как выйдем?

— Да есть у меня одна штука. Сигнал идёт, если двигаюсь в правильном направлении.

— Так пошли туда!

— Без мурра? Чтобы они меня сразу прикончили?

— Ну, вот кто ты после этого?! — выдохнул Пит. — Они же могут и меня с тобой заодно!

— Давай ещё поищем… поживём ещё…

— Да его давно след простыл!

— Нет, Пит! Здесь пространство большое, но закрытое, а чтоб самому выйти, с помощью своей котской магии, так он, говорят, слишком ленивый для таких дел. Спит где-нибудь. Может, храп услышим? Ты слушай, слушай…

Они походили ещё.

— Отдохнуть надо, Крутец. Весь день мешки грузил.

Пит сел, прислонившись спиной к стене. Крутец, пребывавший в чрезвычайно угнетённом состоянии духа, сел рядом.

— Знаешь, что для нас сейчас важнее всего, Пит?

— Покемарить…

— Верить в лучшее! Ты, главное, повторяй: помоги мне, Великая Мау… Помоги мне, Великая…

— Дай поспать… — сонно пробормотал Пит.

— Належимся ещё в земле… — всхлипнул Крутец. — Помоги мне, Великая Мау…

Но помогла не Великая Мау, а копчёная рыба.

Сквозь сон Пит почувствовал, как кто-то тяжело навалился на него и пытается сорвать с груди сетку с рыбой. Сначала он подумал, что это Крутец окончательно спятил, но нащупал что-то мягкое и в панике толкнул Крутеца локтем:

— Мурр пришёл!

…Ориентируясь на маячок, что был у Крутеца, они повели за собой мурра, бросая ему кусочки рыбы, которая после падения Пита с лестницы и шатания по подземельям превратилась в кашу. К счастью, рыбы им хватило, чтобы добраться до одной из многочисленных решёток, перегораживающих в подземелье ходы.

— Добрались, — с облегчением сказал Крутец, мучимый, однако, и тревогой.

Из невидимых отверстий в сводах падал рассеянный свет. Мурр уселся возле решётки и принялся спокойно умываться — невероятный, огромный, со свалявшейся тёмной шерстью на толстых боках.

— Не кот, а кабан, — разглядывая его, потрясённо сказал Пит. — Никогда таких не видел.

— А я тебе говорил, жрёт, как не в себя. Ну, где они все? — нервничал Крутец, лихорадочно нажимая кнопку на устройстве. — Только не болтай при нём лишнего, не спугни.

— Думаешь, понимает?

— Обыкновенная кошка и та кой-чего разумеет, а этот за четыре тыщи лет, поди, все на свете языки выучил.

— Даже не верится, — пробормотал Пит. — Четыре тысячи…

— Нет, правда, убежит ещё. Надо его придержать, Пит. Бери его на руки.

— Сам бери, понял?

— Давай вместе?

— Ты сначала договорись с ним, — мрачно сказал Пит.

Крутец наклонился и заглянул коту в глаза.

— Господин… Вы, это, не против, если мы вас на ручках понесём?

— Мурр, — благосклонно ответил кот.

— Слыхал, Пит?

Появились двое мужчин с суровыми лицами, сквозь решётку молча разглядели пришедшую троицу; загремел отпираемый замок, и мужчины отошли подальше.

Крутец засуетился.

— Ты, Пит, с того боку заходи, а я с этого.

Они вдвоём подняли кота, при этом он завалился на спину, широко раскинув задние лапы. Держать его было неудобно.

— Подожди-ка… Дай я сам. — Пит взял мурра на руки, держа вертикально, как ребёнка.

Один из мужчин махнул рукой, призывая Пита и Крутеца следовать за ним. Второй пропустил их, прижавшись спиной к стене, и закрыл решётку на замок.

Пит нёс мягкое тёплое существо, похожее на тяжелую подушку, и удивительное чувство овладело им: трепет вкупе с удовольствием. Словно проникшись его настроением, мурр заурчал по-кошачьи, завёл моторчик. Пит с блаженством ощутил исходящие от него рокочущие волны.

Крутец шёл сзади и бормотал. Наверное, молился Великой Мау.

…Их привели в довольно просторный, немного вытянутый зал с колоннами по периметру. Рассеянный свет лился откуда-то сверху и был недостаточно ярок, чтобы разглядеть под капюшонами лица собравшихся здесь людей в серых плащах. Как только Пит и Крутец вошли вслед за мужчиной, все расступились, образовав круг. Человек тридцать, прикинул Пит, а может, больше, если стоят и за колоннами…

Крутец куда-то исчез, Пит с мурром остались одни в окружении незнакомцев.

Высокий крепкий мужчина выступил вперёд и заговорил. Пит не видел лица, но по голосу легко опознал Тяжа.

— Братья! Настал великий час! Послужим правому делу!

— Послужим! — решительно подхватили остальные.

— Чего вы хотите?

— Быть свободными!

— От чего?

— От зла! От кошек! — отвечал нестройный хор.

— Кто вы?

— Мы дети свободы!

— Освободитесь от кошек!

— Свобода! Свобода!

Всё это смахивало на подготовку чего-то более неприятного, чем просто разговор с мурром о магии,