фигуристых, красивых. Они знают, чего хотят и могут дать больше, чем я.

— У тебя есть то, чего нет ни у одной из этих ярких курочек, — смеется Ян.

— Невинности? — бурчу, понимая, что всё сводится к сексу.

— Искренности, — ухмыляется Игнат, — лишь о сексе думаешь, детка?

Густо краснею, делаю глоток чая. Боже, да я извращенка! Ведь и правда думаю лишь об одном…

— Ты искренна всегда. Когда лепечешь, радуешься, хмуришься, ругаешься… такая строгая, серьезная отличница. И такая горячая девочка в наших руках, — говорит Игнат, — это нас подкупило тогда, в клубе.

— Но я ведь ничего не умею.

— Мы всему тебя научим, малышка, — облизывается Ян, — не переживай.

Сердце выплясывает в грудной клетке. Заканчиваю обедать. Мужчины лукаво ухмыляются.

— Поехали, отвезем тебя домой. Когда следующий экзамен? — Игнат отодвигает мне стул.

Хватаю сумку, встаю.

— Послезавтра.

— Готова? — Ян подаёт мне локоть. — Наша леди?

— Прекратите! — шикаю, ловлю на себе оценивающие взгляды присутствующих женщин.

Игнат открывает мне дверь своего «Мустанга», сажусь на заднее сиденье. Мужчины спереди. Включают кондиционер, приятную музыку.

— Как тебе ресторан? — спрашивает Ян.

— Не знаю, я особо не ходила по таким местам, — пожимаю плечами.

— Это большое упущение, — уверенно говорит Игнат, — значит, после каждого экзамена теперь будем в новое место ходить.

— Не нужно! — пищу. — Это слишком дорого.

— Привыкай, малышка, — подмигивает Ян, — теперь твоя жизнь изменится.

Я в полнейшем смятении. Они слишком хороши для такой, как я! Такое чувство, что где-то кроется подвох. Не может быть так хорошо!

Как только Игнат паркует машину у дома, начинаю дергать дверь, чтобы сбежать.

— Не надо, Лера, — улыбается мужчина, — дверка не откроется, малыш.

— Мне нужно домой.

— Знаю. И мы тебя сейчас проводим. Что ты себе опять надумала? — ласково спрашивает.

— Ничего, — кусаю губы.

— Тогда пошли.

Они провожают меня до двери, долго целуют и уходят. А я гляжу им вслед. касаюсь истерзанных губ пальцами.

— Кажется, я влюбляюсь… — шепчу себе под нос, — но в кого…

Захожу в квартиру и до вечера не могу выкинуть из головы сегодняшний день. Столько переживаний! И лучшие мужчины на свете…

Перед сном получаю сообщение.

Игнат: пришли фоточку перед сном, малыш.

Хихикаю. Ладно, пришло время из приторной отличницы стать нормальной девушкой. Срываю резинку с волос, встряхиваю локоны и делаю селфи.

Игнат: красивая. Спокойной ночи, девочка моя.

Я: сладких снов!

Такое же сообщение посылаю Яну. И фото…, но он не отвечает. А я жду…

И папа задерживается.

Ладно! Принимаю душ и надеваю свою плюшевую пижаму с кроликами. И как только делаю шаг в свою комнату, во всей квартире резко гаснет свет…

Глава 11

Лера

Неужели опять пробки выбило? Вроде бы современный жилой комплекс, а вечно проблемы то с лифтами, то с электричеством. Натягиваю леггинсы, набрасываю платок и выхожу на лестничную площадку.

Хм!

Тут свет горит. Соседей никого, значит, только у меня выбило. Аккуратно прикрываю дверь и иду к щитку. Папа научил меня, как вставлять пробку, это несложно.

Открывается соседская дверь, и из проема высовывается голова нашей бдительной соседки Алевтины Ивановны.

— Лерочка! Как хорошо, что ты здесь! Как старшая по подъезду, я обязана выдать вам новый ключ от домофона и магнитку от шлагбаума. Зайди, пожалуйста.

— У меня пробки…

— Да подождут твои пробки, у меня отчётность, и колени болят, — она разворачивается и ковыляет обратно в квартиру.

Вот же угораздило с такой активной бабулькой жить по соседству. Она каждый день высовывается, стоит мне выйти из квартиры. Мусор вынести или в университет.

Уверена, она историю моей жизни сочинила в деталях, даже несмотря на то, что я не вожу парней и не устраиваю вечеринок.

Прохожу в пахнущую чем-то приторно-цветочным прихожую. Такое чувство, что квартира соседки телепортировалась прямиком из Союза.

— Вот, — Алевтина Ивановна отдает мне какие-то бумажки и конверт, — это документы для собственников, надо подписать. Кстати, Лерочка, сегодня видела какого-то типа около семи вечера, тёрся у вашей квартиры.

Напрягаюсь.

— Как выглядел?

— Не знаю, был в толстовке, — бросает бабулька, — ты тут мне не шали, Лерочка! Всякие типы ходят, репутацию подъезда и дома портят! Скажи своему хахалю, что…

— У меня нет никого, Алевтина Ивановна, — натягиваю улыбку на губы.

— Точно? — она смотрит на меня, как мисс Марпл на подозреваемого.

— Конечно!

— Смотри у меня, — открывает дверь, я выхожу и быстрым шагом иду к щитку.

Хм! А пробки-то не выбило. Что за мистика? Страх липкими лапами цепляется за позвонки и ползёт вдоль спины. Волосы на руках дыбом встают.

Бегу домой, запираюсь на все замки и набираю отца. Он долго не отвечает, затем слышу слегка заплетающийся голос.

— Папуль, — пищу, трясусь от страха, — а где ты?

— Милая, я же написал тебе, ик… встреча пошла не по плану. Меня коллеги вытащили, тут… в общем, а что-то случилось?

— Ммм…

На фоне слышу женский смех и музыку. Папа развлекается? Он два года затворником сидел после смерти мамы. Не буду его беспокоить.

— Нет, просто не увидела сообщение. Развлекайся, папуль.

— Ты ложись, милая, я буду… ммм… поздно. Хорошо? Лер…

— Что?

— Ты не против, если я… — мой папа, когда выпьет, совсем теряет голову и выкладывает все свои мысли, — буду встречаться с женщиной…

Его голос звучит виновато. Стискиваю трубку.

— Думаю, мама бы хотела, чтобы ты жил, пап, — тихо говорю.

— И ты живи, милая… если Ян или… ик, Игнат реально тронут твоё сердце.

— Папуль, отдыхай, — смеюсь, — я тебя поняла.

Кладу трубку. Страх немного отступил. Но внезапно свет гаснет вновь, и раздаётся громкий стук в дверь.

БАМ!

БАМ!

БАМ!

У меня сердце останавливается почти, я прижимаюсь к стене и стою, ни жива ни мертва.

БАМ!

БАМ!

БАМ!

Да что же это такое?! Хватаю мобильный, в панике набираю номер Яна. Слышу гудки, по щекам слезы. Мне так страшно, господи!

— Да? Лерочка? — слышу мурчание Яна. — Что такое?

— Ян… — плачу в трубку, — я… тут… дверь… я…

— Так, малыш, успокойся. Что случилось, почему ты плачешь? — Ян мгновенно становится серьезным.

— Я…

Но вдруг свет зажигается, и в дверь перестают стучать. Сажусь на пол, прижимаюсь к стене спиной. Меня всю колотит, зуб на зуб не попадает от страха.

— Ты можешь приехать, пожалуйста… папы нет, а кто-то пугает меня, выключает свет, барабанит в дверь, — хриплю.

— Скоро будем, — коротко отвечает мужчина, — ставь чайник, малышка и ничего не бойся. Глаза на жопу твоему сталкеру натянем.

— Спасибо, — шепчу.

— Всё хорошо. Я рад, что ты позвонила.

Кладу трубку. И лишь сейчас понимаю, что теперь за меня есть кому заступиться. Встаю, бегу к окну