Ян, — говорит, нужно заслужить тебя. Ты девочка хорошая. Умница, красавица. А я старый пень, но богатый.

— А ещё правильная, — вторит Игнат и прям взглядом намекает на то, что я полчаса назад умоляла его лишить меня невинности в переулке.

— Да! Но если моя дочь придёт и скажет, что любит тебя, Ян… — папа задумывается, — я дам тебе в рожу, но приму её выбор.

— Ну, я… давайте есть! — выпаливаю. — Остывает!

— Мне пора возвращаться, — папа начинает собираться, — Лерочка, ты домой?

Нет! Не оставляй меня с ними! Я же рядом с этими мужчинами вообще другая становлюсь, и это пугает до дрожи.

— Да! Ты отвезешь меня? — жалобно пищу.

— Прости, милая, не смогу. У меня встреча важная. Ребят, не в службу, а в дружбу, подкиньте Лерочку домой? — обращается к мужчинам, и моя надежда улизнуть раскалывается с громким хрустом. — Вы наш адрес знаете, так что…

— Конечно, — ухмыляются оба, — мы довезем.

— До вечера, милая, — папа целует меня в щёку, — Лер, тебе бы к врачу. Вся горишь.

— И к врачу отвезем, — Ян растекается в довольной улыбочке, — уложим в постельку, градусник поставим и чаем напоим.

— А вот это лишнее, Ян! Не смущай Леру! — хмурится папа.

— Да шучу я, — смеется мужчина, а я понимаю, что вот нифига не шутит.

Папа прощается и уезжает.

— Ты почему не ешь? — спрашивает Игнат. — Ты много нервничала, экзамен сдавала, Васильев приставал. Нужно силы восполнить.

— Она нас стесняется, да, милая? — скалится Ян.

— Мне… нужно в туалет! — вскакиваю, чуть не сбиваю с ног официантку и залетаю обратно в уборную.

Да что со мной такое? Внутри всё горит, дыхание сбивается, по коже табунами бегают мурашки. Мне очень сложно это вынести! Ведь со мной такое впервые. Я в панике! Так страшно…

Дверь распахивается, в женский туалет заходят Ян и Игнат. Защелкивают дверь.

— И что это такое? — складывают ручищи на груди.

Булькаю что-то нечленораздельное, во все глаза таращусь на мужчин. Не знаю, как это всё объяснить.

— Иди ко мне, — Игнат подходит и крепко меня обнимает, — ты вся дрожишь, малышка. В чём дело? Мы тебя оскорбили, обидели?

— Нет, просто… при папе…

— Хочешь, чтобы он всю жизнь считал тебя маленькой девочкой? Отличницей? — шепчет мужчина.

Ян встаёт с другой стороны, кладет ладони на мою талию. Молчу. От близости Игната получается немного расслабиться. Обнимаю его в ответ, тыкаюсь носом в шею.

— Но это неправильно, — шепчу, обволакиваемая густым мужским ароматом.

— Почему? — мурчит Ян, сжимая мою попку.

— Нечестно по отношению к папе…

— Он примет любой твой выбор. Пойми, что ты взрослая девушка, Лера, — говорит мужчина, — и сама вправе выбирать партнера, мужа, отца для своих детей.

— Вас двое, — коротко отрезаю, — это неправильно.

— Хочешь выбрать одного? — Игнат подцепляет мой подбородок и тут же берет мои губы в плен.

Нежно целует, ласково гуляет по лицу пальцами. Ян тыкается носом в мою шею, шумно вдыхает. А я снова качусь по наклонной. Все приличные мысли вылетают из головы.

Испаряются.

Издаю тихий стон прямо в губы Игната.

— Вот видишь, наша хорошая девочка, — рычит он, — ты хочешь нас обоих. Тебя возбуждаем мы…

— Я… я… — откидываю голову на плечо Яна, позволяю Игнату целовать мои плечи.

— Тшш, детка, — ласково шепчет Ян, — мы не обидим тебя. Никогда.

Мне в попу тыкается крепкий стояк мужчины. Игнат сжимает мою грудь через платье.

И я понимаю, что тону в порочных чувствах, уже не в состоянии выбраться…

Глава 10

Лера

Своей нежностью и деликатностью мужчины меня успокаивают. Но когда я сама начинаю отвечать на их ласку, отступают. Хитро прищуриваются.

— Я хочу попросить тебя об одном, Лера, — Игнат смотрит мне в глаза, — не накручивай себя.

— Если что-то тебя беспокоит, малышка, — вторит ему Ян, — ты просто позвони или напиши… мы приедем в любое время, куда угодно.

— Спасибо, — облизываю губы.

— Дай свой номер, — Игнат берет мой телефон и вбивает в мою записную книжку, — вот. Теперь у тебя есть наши контакты.

Беру мобильный. Затем мы выскальзываем из туалета и возвращаемся к столику. Сажусь к окну, мужчины рядом со мной.

Мне становится значительно легче. Но слова Яна мне еще предстоит осознать.

Для папы я хорошая девочка?

Что он имел в виду? Ведь это не просто вопрос, в словах мужчины есть смысл.

— Принесите горячее, — командует Ян, когда подходит официантка, — и обновите девушке чай.

— Хорошо, — она уходит.

— Не нужно было, — краснею.

— Почему? Ты ведь так и не поела, — тянет Игнат, — надеюсь, тебе полегчало? Понимаю, какой для тебя стресс начинать такие отношения. Я предлагаю вот что.

Внимательно наблюдаю за Игнатом.

— Давай нормально. Если ты так стрессуешь, не хочешь прятаться от Петьки, мы всё понимаем. Но и отступаться от тебя я не намерен.

— Я тоже, — хмыкает Ян.

— Мы же нравимся тебе, Лера? — Игнат снова таранит меня взглядом, от которого я вся вспыхиваю.

Киваю.

— Ну вот. Предлагаю тебе узнать нас получше. Начнем отношения с этого. И если потом ты вдруг расхочешь или разочаруешься, говори прямо. Мы не мальчишки, Лера, не нужно играть нами.

— Я и не планировала, — опускаю взгляд.

Всегда думала, что такие мужчины сами играют девичьими сердцами. Моё вот уже захватили, неужели не понимают? Ни при ком моё сердце не стучало так яростно. И тело не воспламенялось, словно спичка…

— Лер, как тебя угораздило связаться с таким ничтожеством, как Васильев? — спрашивает Игнат, — у него на роже написано, что он инфантильный маргинал, испорченный отцовскими деньгами.

— Я думала, что это правильно, — вздыхаю, — до этого у меня не было отношений. Все всегда говорили, что горящее сердце — плохой советчик. Вот и выбрала кого-то, как я думала, надежного.

— Если он еще пристанет к тебе или кто-то из его стаи, сразу звони нам. Один не отвечает — звони второму, поняла?

— Но ты же его ударил при всех… — не понимаю.

— Он крыса, Лер. И я публично его унизил. Для таких подонков это очень болезненно. Он может начать мстить, так что будь бдительна. Мы будем возить тебя в университет и забирать, но…

— Погодите! — прерываю мужчину. — Не нужно меня возить, я и на автобусе нормально добираюсь.

— Это не обсуждается, сладкая, — скалится Ян, — ты наша девочка.

— Но…

— Никаких «но».

Официантка приносит новый обед.

— Ешь! — командует Игнат, и я приступаю к еде.

Как же кушать хочется! Даже не заметила, насколько голодная! А они всё видели. И метания мои, и панику, и страх. Пришли успокоить.

— Я не понимаю, — задаю встречный вопрос, — почему я? Ведь вокруг полно девушек