объяснения этого явления, но в жизненной сущности человека, например, в его крови и других телесных жидкостях, было что-то, что оказывало успокаивающее воздействие на животное, грозившее вырваться на свободу.

Состояние Лиланда и Зика быстро ухудшалось, в то время как он принимал инъекции, которые должны были помочь ему успокоиться. Но каждый раз эффект проходил быстрее, чем в предыдущий. Кольт боялся, что к концу году он станет одним из зомби-зверей, и его братья в конечном итоге последуют его примеру.

Вот на это Рольф, наверное, и рассчитывал. Вот ублюдок.

Вот почему охота в этом году была важнее, чем когда-либо.

Входная дверь его дома открылась, и на крыльцо вышел голый по пояс Лиланд с сигаретой во рту.

— Мне показалось, что я слышу голоса. С кем ты разговаривал?

Кольт вздохнул, в отчаянии проводя пальцами по волосам.

— Рольф Хендриксон приехал в гости, как и ожидалось. Ты же знал, что он поднимет шум из-за смерти сына.

Лиланд фыркнул, держа зажигалку в руке, чтобы защитить пламя, пока он прикуривал сигарету. Парень прищурился, глубоко затянувшись, а затем выдохнул клубы дыма.

— Хм, он, похоже, не возражал, когда его парни уничтожили всю семью Джонсов в прошлом месяце, во имя самоплотности. Разве не удобно, что совет смог заявить права на землю Джонсов после этого и угадайте, кто там сейчас живет?

Кольт не упустил из виду, что двое старших сыновей Рольфа остановились на бывшей территории Джонса. Не было никаких сомнений, что он и его братья также стали объектом преследования.

— Да. Вот почему мы не можем дать ему и этим ублюдкам повод прийти за нами.

— К черту их.

Грудь и руки Лиланда были покрыты легким слоем рыжеватых волос. Но это не скрывало множество шрамов, покрывающих его тело из-за многочисленных драк, в которые он попадал в последнее время.

В последнее время его брата выводили из себя самые незначительные вещи. Некогда добродушный мальчик теперь был сварливым мужчиной, готовым драться по малейшему поводу. Пройдет немного времени, прежде чем он станет совсем диким.

— Я думал, ты бросил это дерьмо, — указал Кольт на сигарету.

— Это единственное, что успокаивает мои нервы в последнее время. Я тоже не большой поклонник, но есть причина, по которой это наркотик номер один в мире. К тому же, сигареты лучше, чем то дерьмо, которое ты себе колешь, — сказал Лиланд между затяжками.

Кольт вздохнул.

— Ты, наверное, прав. Она уже не работает так, как раньше. Я чуть не оторвал голову Рольфу.

— О, да?

Лиланд сделал последнюю затяжку, прежде чем бросить окурок на землю и раздавить его.

— Это избавило бы многих из нас от хлопот. В конце концов, он попадет и не сможет отговориться.

— Ему уже удавалось выпутываться из сложных ситуаций. Думаю, только время покажет.

Чем больше Кольт думал об этой занозе в заднице, Хендриксоне, тем сильнее закипала его кровь. Его зверь снова зашевелился, поэтому он быстро сменил тему.

— Ты сегодня пойдешь в магазин?

Лиланд засунул руки в карманы джинсов и прислонился к колонне.

— Я, возможно, зайду немного позже, чтобы закончить тот проект, над которым я работал для иногороднего заказа.

С самого детства Лиланд всегда был мастером на все руки. Он вырезал что-нибудь из дерева. Отец помог ему отточить свое мастерство, которое проявилось в изготовлении собственной мебели и изделий из дерева. Кольт помог ему наладить связи за городом, чтобы его вещи продавались.

Не в силах больше игнорировать слона в комнате, Кольт решил взяться за эту тему напрямую.

— Итак, вчера вечером…

Лиланд пожал плечами.

— А что? Они начали. Мы с Зиком закончили.

— До вас не достучаться, да? Вы же знаете, что у нас на спине мишень размером с планету. Вы не можете продолжать давать им поводы, чтобы усложнить нам жизнь.

Взгляд Лиланда сузился.

— Когда ты успел стать таким слабаком?

— Что?

— У тебя была худшая репутация в городе. Затевал драки, побеждал всех, кто бросал тебе вызов. Раньше ты был богом в этом городе. А теперь ты просто тень того человека, которым был. Эти инъекции украли твою мужественность.

Кольт сжал кулаки по бокам. Мышцы его челюсти напряглись, когда он стиснул зубы. Знакомый грохот в груди сжал его внутренности, и зверь внутри него боролся, чтобы вырваться на свободу. Он сделал несколько успокаивающих вдохов, прежде чем заговорить.

— Я знаю, что ты просто пытаешься меня спровоцировать, и это не сработает. Я делаю все возможное, чтобы уберечь тебя и Зика, и убедиться, что вы двое не разделите судьбу наших родителей.

Лиланд сошел с крыльца и медленно двинулся вперед. Его зрачки сузились, а глаза покраснели.

— Мы оба знаем, почему умерли наши родители, их убили. Ты предпочитаешь прятать голову в песок и притворятся, что этого не произошло, но весь город знает, что эта змея сделала с мамой и папой. Но никто ничего не делает, потому что они дали совету слишком много власти.

Кольт остался на месте, не желая обострять то, что быстро перерастало в спор.

— Я согласен, но ничего не изменится, если мы не будем действовать разумно.

Лиланд раздул ноздри.

— Тогда что ты предлагаешь нам делать? — спросил он сквозь стиснутые зубы.

— Нам придется устранить вдохновителя. Но мы должны действовать разумно.

Зрачки Лиланда снова стали круглыми, а радужки — зелеными.

— Ты имеешь в виду Хендриксона?

Кольт фыркнул.

— Он — проблема, но он — марионетка. Здесь происходит что-то гораздо более зловещее, но, как я уже сказал, нам нужно быть умными. И самое главное, нам нужно быть осторожными.

— Что ты имеешь в виду?

— Завтра охота. Вероятно, она будет моей последней. Инъекции уже не помогают, и на этот раз мне нужно найти идеальную пару, иначе я потеряю остатки человечности.

— Бля, ты уверен?

— Уверен. Я держусь на волоске.

— Тебе вообще не следовало начинать эти чертовы инъекции.

— Они помогали мне так долго. Но больше всего я боюсь, что вы с Зиком идете по тому же пути даже быстрее, чем я. Вот почему Хендриксон и его дружки пытаются спровоцировать вас на каждом шагу. Они знают, что каждый раз, когда вы поддаетесь своим низменным инстинктам, они могут подтолкнуть вас ближе к превращению в одно из тех безмозглых чудовищ, которых они держат за решетками. Я не хочу этого для вас двоих.

— Тогда, полагаю, завтрашняя охота важна для нас троих.

Кольт поднял бровь, услышав спокойствие брата. Как будто Лиланд знал что-то, чего не знал он.

— Ты не выглядишь таким уж обеспокоенным.

Уголки его губ изогнулись.

— Когда я вчера