Ветеринар, чья измазанная физиономия и застегнутая вкривь рубашка сначала Лизой и не была замечена за столом высказался первым. — Витек, дедов бывший собутыльник, давно уже слухи распускал по деревне, что гнать надо городских. Да кишка у него тонка такое учудить, только и готов, что языком молоть, как баба.

Лиза вспомнила неприятного дядьку, что вез их из магазина на жигулях.

— Этот мог пакость наделать. — Протянул дед, — Да зачем ему? Если только подговорил кто.

— Не было никого лишнего. Бабы сначала прибежали и фельдшер наш. Да мы особо никого тут и не знаем. — Как обычно, одновременно и вразнобой сказали трое богатырей.

— Значит, сейчас все идут досыпать, а я в город поеду. Лизавета, можно вас попросить кофе сделать? — Вениамин достал телефон, собираясь устроить раннее пробуждение кому-то из знакомых. — Вы не против, если на правах вашего представителя я прям сегодня заключу договор о вневедомственной охране дома и участка? — Спросил он хозяйку. Получил рассеянный кивок — И надо будет попробовать заявление в полицию написать, хотя участок пока не ваш, имущество не пострадало. Могут и не принять.

— Да куда уже в кровать то, светло на улице. Работать пора. — Поднялись строители. — Умыться только сходить.

— Давайте, тогда с меня кофе и завтрак, а вы пока себя в порядок приведете. — Подскочила Лизавета, не желая оставаться с Иваном наедине. Тот смотрел на нее глазами спаниеля и уходить из-за стола не собирался в отличие от остальных. — Я мигом. Туда и обратно.

— Я помогу, — Встал ветеринар из-за стола и поплелся за Лизой на кухню. Лиза выдала ему колбасу для нарезки и поблагодарила за героический поступок. — Вам наверно влетит за трактор? — Поинтересовалась она.

— Да, ничего. — Почесал пятерней, итак, взлохмаченную свою шевелюру. — У них все равно кроме меня за животными смотреть некому, вряд ли выгонят. Ну штраф впаять могут. — Осознание, что за любое геройство потом надо будет отвечать, похоже доходило до него только сейчас.

— Лиза, — перехватывая ее руку и останавливая кружение по кухне, обратился он. — Я так за тебя испугался. Я знаешь, поговорить хотел…

— Да, я тоже испугалась. Ночь была просто ужасная. Давай потом поговорим, ладно? — Мягко попросила она.

— Угу. — Сник Иван и подхватив блюдо с нарезанными бутербродами вышел вон.

Милка вернулась на свое место силами Акимыча и умытых строителей. Кофе и бутербродов хватило на всех. Лизавета написала Ленке про сегодняшнее происшествие, им пора было возвращаться в Москву с детьми, а здесь разруха и гарью несет на всю улицу. Опять же вопросы будут у оценщика и кадастрового инженера, с кем встречался Мишка. Забот полный рот, ни прожевать, ни выплюнуть.

Пока чинили поваленный забор между участками, приехал Виталя. Долго ходил с обалдевшим видом, потом полез проверять камеры. Ему хоть потоп, хоть пожар — главное, инфоповод зачетный и просмотров побольше набрать.

Акимыча насильно уложили в Лизину кровать. Бессонная ночь и беготня с лопатами давали о себе знать. Все-таки восьмой десяток разменял, а все скачет козликом. Лиза отмывала окна от копоти, беседку решила просто покрасить. Тент от качелей и подушки могла спасти только стирка. В целом убытков было меньше ночного испуга, но отходить от такого будут все еще долго. Приехал батюшка на попутке, донесли прихожане, что двор весь сгорел и дом тоже. Хотел руками помочь или утешить добрым словом. После недолгих препирательств был усажен за стол и накормлен чем Бог послал.

Лиза отправила Виталю, пока главный блогер отдыхает купить какой-нибудь нейтральной краски по дереву, а сама шкуркой оттирала черные пятна на беседке от сажи.

Прискакала Ленка с полоумными глазами. Обняла подругу, тараторила про то, что сначала не так прочитала, потом в рабочем чате увидела кадры пожара, и отправив мужа с детьми, сама на такси рванула спасать Лизу. Продолжили оттирать вдвоем несчастную беседку. Приехал Виталя — привез три банки ярко салатового цвета — вырви глаз, неоновый. Был бит, потом отправлен по примеру Тома Сойера красить забор и калитку в три слоя. Пусть будет веселеньким, издалека видным. На такой ужас где люди едят, Лизавета даже под Ленкиным давлением не согласилась. Решила, лучше белым покрасит потом и сама.

Вернулся из Фоминска Вениамин, привез подписанный договор и двух суровых мужчин, что установили датчики на открытие двери и окон и повесили коробочку с тревожной кнопкой. Обещали 5–10 минут время прилета спасательной команды, при срабатывании. Камеру на улицу проверили, за ночь только дед Акимыч и ходил. Значит пробрались поджигатели тропинками через поле. Похвалили яркий забор, что теперь легко будет найти и уехали восвояси.

После обеда на быструю руку, как-то все разбежались и разъехались, а Лиза осталась одна. Веня повез Елену Владимировну в Москву, строители на рынок заказывать новые материалы, Виталик, докрасив забор, отпросился отмываться, дед до сих пор спал.

Лиза пошла к Милке и долго ей рассказывала про Химер, читала найденные в интернете мифы и проветривала, пропахший гарью сарай. Хорошо, что все обошлось и с дедом, и с козой.

Роза Абрамовна отзвонилась еще утром, а теперь присылала слова поддержки и сочувствия в чате. Ольга спала обычным сном, лекарства ей отменили, завтра будут выписывать. Борис просился в гости, как только Ольга встанет на ноги, и если Лиза будет не против, то донна Роза просила устроить им журфикс*, когда закончатся хлопоты по восстановлению участка.

Образование позволяло не переспрашивать значение этого дореволюционного слова, и Лиза обещала подумать. Сейчас были заботы поважнее, чем прием гостей и светская жизнь.

Дед Василий проснулся ближе к вечеру, удивленно почесывая затылок, сначала отчитал Лизавету, что дала проспать весь день, а потом поделился чудным сном. А снилась ему ни много ни мало коза Милка, что умела летать и гнала деда с кровати. Потом правда сменила гнев на милость и позволила лежать рядом.

— Представляешь Лизка, прям точь-точь наша козюлина, а лапы как у тигры. Я грешным делом и не понял, что сплю. Чуть инфаркту не схватил по началу. Было ругаться собрался, а она меня рогами, вот и поделили кровать твою. Она посередке, а я с краюшку, так и проспал. Вот дела чудные, такой сон и не растолкуешь. Пойду проверю ее, чегой она сниться то взялась, бестия такая?

Почесываясь и позевывая, дед ушел