поляны, превращаясь в неподвижные статуи, готовые ожить в любой момент.

— Где ты? — я снова повернулся к Эсрай, бережно убирая прядь волос с её лица. — Где тебя держат? С чего мне начинать поиски?

— Я не знаю… — прошептала она. — Нет, стой… — её глаза расширились, она посмотрела на вьюны, которые все ещё опутывали её тело. — Эта дрянь… Она была похожа на мэллорн. Священное древо альбионцев. Меня сковали чем-то, похожим на мэллорн прямо на совете Достойнейших.

— Есть у вас архимаги-друиды? Кто по растениям специалист? Кто знает эту хрень?

— Линтхаэль, — выдохнула она, хватая меня за руку. — Да, точно. Линтхаэль. Он вроде бы…

— Ты продержишься? — я сжал её ладонь. — Сны я тебе обезопасил, горги никого не пустят. Но тело…

— Тело… — она попыталась улыбнуться, хотя было видно, как ей плохо. — Тело должно было превратиться в металл. Что-то вроде саркофага, чтобы защитить меня.

И тут я вспомнил, недавний странный сон. Саркофаг из металла, качающийся на исполинских лианах. И альбионцы, поющие ей колыбельную. Тогда я не понял, теперь понял всё.

— Ну суки, — прошептал я, чувствуя, как внутри закипает ледяная ярость. — Я вам тоже спою. Только свою версию. И она вам не понравится.

— Держись, — я поцеловал Эсрай, чувствуя соленый вкус ее слез. — Я скоро приду и оторву этим уродам головы за то, что посмели к тебе прикоснуться.

Глава 4

Разговор с демонами вышел непростым. Сперва я рассказал всё, что видел глазами пустотника, а после воткнул в себя иглу, символизировавшую средоточие души Кхимару, и с помощью магии иллюзий воссоздал ему временное тело.

— Судя по тому, что я вижу тебя, Инари выполнила свою задачу, смогла с тобой связаться, передав наши вместилища душ, — обрадовался Великий Погонщик.

— Всё верно, кивнул я. — Теперь действовать необходимо следующим образом. Я уже не знаю, как насчёт вашего самого старшенького и самого младшенького, они у меня доверия всё ещё не вызывают, но с тобой у меня особых сомнений нет. Если мы с тобой обменяемся клятвами о боевом братании, то я очень скоро восстановлю тебе тело. Скорее всего, ты будешь не совсем в тех же кондициях, что и до смерти. Всё-таки у нас сейчас маги обмельчали по сравнению с прошлым. Да и я не ваш долбанный Тадж, у меня источника жизни под рукой бесплатного нет, но восстановить тебе силу где-то на уровне двух земных архимагов смогу.

Все три демона уставились на меня настороженно.

— Это ты кого собрался потрошить? — осторожно уточнил Кродхан.

— Да так, есть два альбионских самоубийцы, решивших посягнуть на мою женщину. Сейчас мы выполним кратенькое поручение императора, раз уж летим в ту сторону, а после из Стокгольма отправимся прямиком в Туманный Альбион, в вашей распрекрасной компании.

Кхимару уже разглядывал меня каким-то задумчивым взглядом.

— В тебе что-то изменилось.

— Да уж, есть такое, — хмыкнул я. — На одну силу стало больше, как и на один геморрой. Пока вы решали семейные проблемы, меня чуть не сделали первожрецом Хаоса, еле отбрыкался. Но зато теперь имею две конфликтующие первостихии внутри себя и пока не представляю, каким образом их примирить. Поэтому, если кто-нибудь из вас обладает древними знаниями о том, как прорастить себе дублирующую систему энергоканалов, было бы очень даже неплохо ими поделиться. И да, по поводу вашего неуёмного папаши со слегка протёкшей или съехавшей крышей мы поговорим чуть позже. А вы пока вспоминайте, какие у него есть слабости. Ибо нам с ним ещё воевать.

Я продемонстрировал вариант будущего, показанный мне Хаосом, чтобы демоны лучше представляли наше будущее, если мы и дальше будем сидеть на заднице ровно. Особенно тех удивило, что Тамас Ашрам пошёл нам навстречу и укрыл у себя людей.

— Да, ваши прошлые враги окажутся человечнее и адекватнее, чем ваш папаша, и хотя бы часть женщин и детей можно будет спрятать у Психо. Но, как вы понимаете, это не решает проблему. Так что думайте, какие слабые стороны вашего отца вы знаете. А пока нам нужна сносная легенда для путешествия в Туманный Альбион.

— Да проще простого, — хмыкнул Кхимару. — Если мне не изменяет память, один из альбионских лекарей-архимагов тебя пытался лечить в Российской империи после событий на Алаиде.

— Всё верно.

— Ну вот и представимся личным посольством от твоего дядюшки Викрамадитьи, который отправил нас узнать подробности состояния моих энергоканалов и общие маго-физические кондиции. Дадим взятку за информацию. Может заодно подумают, что у вас с дядей хорошие отношения и к тебе не стоит лезть. Опять же деньги, украшения, энергетические накопители любят все.

— А ведь это идея, — хмыкнул я. — Тем более что этот старый кобель мне и нужен, а уж он потом нас выведет на того висельника, у которого в плену находится Эсрай.

Порешив на этом, Кхимару буднично принёс мне клятву верности, которая уж очень отличалась от клятвы братания, предложенной мною. Пришлось уточнить:

— Ты уверен? Мне не хотелось бы связывать вас по руками ногам как Тадж. Это противоестественно.

— Поверь, если ты вдруг изменишь себе и своим взглядам, я поступлю так же без раздумий. Смерть тела, связанного клятвой, не проблема для тех, кто пережил их десятки.

Слова клятвы были произнесены.

— А теперь, если позволишь, мы бы хотели пообщаться с братьями наедине.

— На здоровье, — откликнулся я.

Сам же отправился вглубь собственного Ничто. Постояльцев здесь хватало. Поправив кольцо на пальце, я призвал перед собой королеву роя.

Та появилась практически сразу.

Даже в собственном Ничто она была раза в два, а то и в три больше меня. При этом, чуть склонив голову, она разглядывала то ли меня самого, то ли мою душу, то ли изменившуюся систему энергоканалов. В гляделки мы играли где-то с минуту, а после я услышал стрекот, который в моей голове преобразовался во вполне понятную речь:

— Я чувствую в тебе изменения. Ты получил право повелевать?

— Верно, — не стал я отпираться.

— Докажи.

Легко сказать… Хаосом, как магической силой, я ещё не владел, но уж простой выплеск силы, не оформленный в конструкт, умели делать все маги. Я же призвал хаос, всё ещё пытавшийся пробиться в окаменевший источник, и попробовал сформировать из него небольшой смерч на