— Лиафар? — Нибас с сомнением заглянул в короб. — Если это так, то мы в дерьме по самые уши, Вин. Чувствую, этот камешек доставит нам еще немало проблем.

Долгое время Лиафар оставался всего лишь мифом, описанным в древних книгах. По легенде это глаз бога, обладающий огромной разрушительной силой и могуществом. Но теперь многие симаррские ученые считали, что на самом деле это какое-то еще не изученное оружие Древних. Многие искали его, но никому не удавалось найти. И вот теперь он лежит в грузовом отсеке маленького почтового кораблика. Почти без охраны… хотя, она ему не нужна.

— Знаешь, что меня беспокоит? Как они его нашли и где? Для чего он им нужен? — поднявшись, я прикрыл камень крышкой. — Пойдем, будем разбираться с проблемами по мере их поступления, а сейчас нам с тобой нужно выспаться.

У дверей моей каюты Нибас отсалютовал. Я закрыл за собой дверь, сел на кровать и погладил ноющее колено. Даже через плотную ткань форменных брюк почувствовались вздутые линии рубцов, обезобразивших мою ногу. Скинув одежду, я несколько минут хмуро разглядывал багрово-синие линии на мертвенно-бледной коже, потом тихо выругался сквозь зубы, выключил свет и навзничь упал на кровать.

Первый день на Блинжаре закончился.

3. Карина

В понедельник утром пропиликал будильник, оповещая свою хозяйку о том, что пора бы вставать. Поднявшись и умывшись, я влезла в привычное синтетическое трико, накинула поверх него лабораторный халат и в таком виде отправилась к месту сбора. Не было никакого желания приводить себя в порядок, потому что все равно придется прятать красоту под защитным костюмом.

Эти костюмы уже ждали участников экспедиции в одном из технических боксов. Там же находилась аппаратура и рюкзаки с приборами, медаптечками и едой, которые нам предстояло взять с собой. Перебрасываясь с парнями незлобливыми шутками, я влезла в экипировку, обула мягкие кожаные ботинки на толстой рифленой подошве и проверила систему жизнеобеспечения. Теперь оставалось только зафиксировать шлем и включить кислородные баллоны, но это предстояло сделать уже перед самым выходом.

Ровно в семь утра вся наша команда была готова. В буферном отсеке собралась целая толпа провожающих: представители властей, родственники участников экспедиции, операторы с камерами и журналисты, сующие свои микрофоны нам прямо в лицо. Человечество ушло под землю, многие профессии оказались ненужными, но вот СМИ никуда не делось, разве что газет мы больше не издаем, нам хватает видеоновостей.

— Что ж, удачи в вашем нелегком деле, — напутствовал нас глава Координационного Комитета. Лично вышел нас провожать вместе с толпой заместителей и прихлебателей. — Родина вас не забудет.

Он каждому участнику экспедиции пожал руку, а потом по славянскому обычаю расцеловал в обе щеки.

— Будем ждать вашего возвращения и хороших новостей. Удачи! — пожелал Вишневецкий.

— Береги себя, дочка, — крепко обнял меня отец.

С остальными участниками прощались их родные. Плакали женщины, пищали дети. Нас отправляли как на смерть, разве что цветами не забрасывали.

— Хватит разводить сопли, нас ждет поверхность! — высказался Ник.

— Вот ты и пойдешь первый, — прошипела я, надевая шлем.

Щелкнули магнитные зажимы, миникомпьютер сообщил о включении системы жизнеобеспечения. Все, теперь я дышу кислородом из баллонов за спиной.

— Шевелись, детка! — это уже был Серж.

— Не командуй, это моя привилегия, — огрызнулась я.

— Черт, ты такая милая в этом костюмчике, прямо сосиска в полиэтилене, — он явно решил вывести меня из себя.

— На себя посмотри, олух. У нас важная миссия, имейте хоть каплю уважения!

Парни обменялись ухмылками, подхватили свои рюкзаки и уверенно двинулись вперед, предоставив мне плестись в хвосте.

Когда провожающие покинули буферный отсек, я оглядела нашу компанию: пятеро парней и шестая я. Две тройки, старшие я и Андреас. Что ж, он нормальный парень, в случае чего — может помочь.

Раздалось низкое гудение, и мы увидели, как огромные бронированные двери медленно поднимаются вверх. За ними нас ждал гидравлический подъемник, тот самый, который двадцать лет назад опустил меня в это чистилище.

***

Путь наверх занял пару часов. Нам предстояло подняться на пять тысяч метров. Стены подъемника были сделаны из крепкой стали, а потому мы не могли видеть шахту, по которой поднимались.

Оказавшись плечом к плечу, замкнутые в кабине лифта, мы в какой-то момент перестали переругиваться и задумались каждый о своем.

У меня в ухе зашипел микрофон:

— Внимание! Подъемник достигнет поверхности через три минуты. Приготовиться к высадке. У вас будет тридцать секунд, чтобы покинуть шахту, потом автоматика задраит люк.

— Ну, с богом, — перекрестился Андреас.

Остальные нестройным хором повторили за ним.

Поверхность встретила нас ослепительным солнцем, которое нещадно ударило по глазам. Набежали слезы. Система жизнеобеспечения включила автоматическое тонирование шлема.

Осмотревшись, я поняла, что нас окружают непроходимые джунгли. За двадцать лет они умудрились захватить территорию "Тау-Тона". Высокие пальмы, уносившие свои верхушки метров на двадцать ввысь, огромные, выше человеческого роста, папоротники, змееподобные лианы, гигантская трава, в которой вся наша компания тут же исчезла по самую макушку.

— Ты видишь то же, что и я? — раздался в наушнике ошарашенный голос Ника. — Это же джунгли юркского периода!

— Только динозавров нам не хватало! — отозвался Серж.

— Как такое возможно? — обалдело переговаривались остальные участники экспедиции. — Теоретически, здесь должна быть одна сплошная пустыня, покрытая пеплом… От астероида шла сильная радиация.

— Не думаю, — я решила раскрыть карты, — в малых дозах эта радиация стимулирует рост живых клеток. Мы проводили эксперименты над растениями. Но это секретная информация! — добавила, услышав возмущенные голоса.

— А мы над простейшими, — удивленно сказал Андреас. — И тоже, при малых дозах облучения фиксировался ускоренный рост и деление клеток. Правда, в геометрической прогрессии возрастали и случаи мутации, передающиеся по наследству.

— Это ты на что сейчас намекаешь? — насторожился один из его команды. — Что здесь бродят гигантские мутанты?

— Не знаю, что здесь бродит, но нам следует позаботиться о безопасности, — заявила я. — Ник, Серж, вам выдали оружие. Держите его наготове.

Парни демонстративно передернули затворы винтовок. То же самое повторили и подчиненные Андреаса.

— Все, приступаем к работе. Мы берем пробы воздуха, вы — почвы, — я вжилась в роль командира. — Потом соберем образцы растительности. Еще б кого живого поймать…

— Вот ты сама ловить и будешь, — пробурчал Ник, устанавливая приборы на остатках бетонной насыпи, что еще не успела зарасти травой.

Взяв пробы воздуха, я поместила их в анализатор. Рядом парни щелкали дозиметром и тихо переругивались. Дозиметр отказывался фиксировать наличие радиации.

— Сломанный что ли подсунули? — услышала я бормотание Сержа. — Андрюха, что у вас?

— Чисто.

— Ты проверял?

Запищал анализатор, показывая, что