в комнате стало темно. Только свет уличных фонарей едва пробивался сквозь мокрое стекло. Катрин села обратно на диван, обхватив себя руками, и вслушивалась в гул ветра за окном.

Эта тишина была тяжёлой, но она понимала: это лишь передышка. Картина вернулась. А значит, история не закончена.