какой я его оставила, уткнувшись одной щекой в пол. Облегченно выдохнув, плотнее стянула разорванный комбинезон, и тут меня осенило.

Майка! У меня под комбезом мужская майка, которую Сагира тоже порвал. Ее и резать не нужно, он сделал все за меня.

На всякий случай повернувшись к командору спиной, я быстренько стянула одежду до пояса, скинула разорванную спереди майку, потом подтянула остатки комбеза до подмышек и завязала рукава узлом на груди. Не слишком прилично, но хоть руками держать не надо.

На цыпочках приблизилась к командору. Тот не шевелился, дышал тихо, но ровно. Конечно, стоило бы перевернуть его на спину, но я побоялась, что не осилю. Поэтому просто нагнулась и заглянула деррангу в лицо. Мне была видна его покусанная щека, порванное ухо и плотно закрытый глаз. Впрочем, следы моих зубов почти исчезли, осталась только засохшая кровь.

Набравшись храбрости, я немного оттянула ему верхнее веко. Командор спал, закатив глаза так глубоко, что меня встретил голубоватый белок и никакого намека на радужку.

Это придало мне уверенности. Уже почти не нервничая, я стянула за спиной его руки, скрестила запястья и тщательно обмотала скрученной майкой. Навязала узлов. Скептично подергала.

Сомнительно, что это его остановит, но все же лучше, чем ничего.

А мне стоит прогуляться в медблок и обшарить его получше. Может, там есть еще тиксомин или что-то подобное. Пара шприцев со снотворным мне точно не помешают!

***

Обыск занял часа два, и половина этого времени ушла на попытку разобраться в препаратах. Не хотелось случайно убить этого дурака.

Когда я вернулась, вооруженная упаковкой одноразовых шприцов-авторучек, Сагира все еще лежал на полу, только позу сменил. Перевернулся на бок, лицом к двери. И молча взирал в открытый проем.

Я аж подпрыгнула, когда поняла, что он больше не спит.

— К-командор?..

Его взгляд был вполне осмысленным. Но таким жутким, что я поплотнее прижала добычу к груди и сделала шажок назад, в коридор.

— Развяжите меня.

Голос хриплый, будто слова продираются сквозь пересохшее горло. Но тот бесстрастный, холодный.

— Эм-м… — я с сомнением оглядела его. — А может, не надо? Вдруг вас опять приступ накроет?

Он прищурился. Взгляд стал острым, как закаленная сталь.

— Приступ?

— Ну да, — поспешно кивнула, — вы что, ничего не помните?

Брови Сагиры сомкнулись на переносице, лоб покрылся поперечными морщинами, отражая работу мысли.

— Нет. Помню что пытался перепрошить защиту, чтобы экранировать нас от сигналов горауканцев. А потом… — он на секунду замолк, что-то мучительно вспоминая, — потом…

Судя по лицу, он вспомнил что-то такое, о чем вспоминать, и тем более рассказывать мне, не хотел.

И тут же спросил:

— Вы связали меня? Хотя, кому же еще. Развяжите, я не причиню вам вреда.

Мне не понравился приказ, прозвучавший в его голосе. Я вообще-то ждала извинений и объяснений. Для начала.

— Нет уж, — проворчала, протискиваясь бочком к дивану, стоявшему у него за спиной. — Мне так спокойнее.

— Вы боитесь меня?

— Еще как! — я ничуть не шутила и не преувеличивала. — Трепещу.

— Могу поклясться, что не обижу. Я безопасен для вас.

— Ага. Как же!

— Это правда. Я не смогу причинить вам вред, даже если бы захотел!

А вот эта наглая ложь заставила меня покрыться пунцовыми пятнами. Я ткнула себя пальцем в грудь:

— А вот это кто сделал? Я сама, что ли? Или это? — задрала голову, демонстрируя следы засосов на шее.

Сагира побагровел.

— Так что лежите молча и не дергайтесь, командор, — припечатала, ободренная его молчанием. — А то у меня тут полный арсенал! — потрясла шприцами. — Найду, чем вас успокоить.

Он проводил меня хмурым взглядом.

Я обошла его, села на диван и рассовала шприцы по карманам. Потом зевнула во весь рот, посмотрела на своего пленника и добавила:

— Сейчас я хочу спать. И вам советую. А если будете паинькой, то я, так и быть, вас даже завтраком накормлю.

— И долго мне так лежать? — осведомился Сагира спустя десять минут молчания.

К этому времени я уже скрутилась калачиком на диване. Отсюда отлично просматривалась спина командора и его связанные запястья.

Где-то в глубине сознания мелькнула мысль, что стоило бы вколоть ему еще дозу на всякий случай. Но раз Рейн не смог освободить руки, значит, я все же надежно его скрутила. Иначе, он бы давно уже избавился сам от дурацкой майки.

— Долго, — отрезала сухо. — Пока мы не попадем на «Гермес» и я не сдам вас санитарам!

Он вздохнул. Мне даже показалось, с сожалением. И, не меняя тона, произнес:

— Не выйдет. Кто-то должен управлять кораблем при стыковке.

С этими словами он просто разъединил руки. Молча. Не напрягая мышц.

С резким треском скрученная в толстый жгут ткань порвалась и упала.

Сагира встал и повернулся ко мне. В его глазах светилось снисхождение.

Я же застыла с открытым ртом, чувствуя себя полной дурой.

Глава 21

— К-как?

Это все, что я смогла выдавить из себя.

Мужчина пожал плечами:

— Я дерранг.

Как будто это все объясняло и оправдывало его поведение.

Я вжалась в диван, глядя, как он приближается. И вдруг заорала:

— Стоять!!!

Не дойдя двух метров, Сагира остановился. Резко, словно налетел на невидимую стену. И на его лице появилось странное выражение. Растерянность, удивление, вплоть до детской обиды. Но уже секунду спустя оно сменилось привычной холодной маской.

— Да что вы трясетесь! — в голосе командора прозвучало плохо скрытое раздражение. — Я вас еще и пальцем не тронул.

— А что, собираетесь трогать?

Из-за взвинченных нервов я едва сдерживалась, чтобы не начать хамить в открытую. Есть у меня такая черта, я ею совсем не горжусь, но иногда, в стрессовых ситуациях, прорывает. Чем больше страх, тем отчаяннее я становлюсь и начинаю нести всякую ахинею.

На виске командора дернулась жила. И я услышала, как скрипнули челюсти.

— Я же сказал, что не причиню вам вреда, — процедил он, сжимая кулаки.

— Ага, так я и поверила. — Я нащупала шприц в нагрудном кармане. — Лучше не подходите ко мне, так будет спокойнее. Нам обоим.

Сагира ощупал меня глазами, потом протянул руку и примирительным тоном сказал:

— Тьяна, отдайте мне шприцы. Пожалуйста. Вы не знаете, что в них. Это может быть очень опасно.

— Не опасней, чем вы, — буркнула я, отодвигаясь.

Лицо командора покрылось красными пятнами.

— Да что вы заладили: опасен, опасен. Что, я вас съел?!

Меня охватил праведный гнев. Я вскочила напротив него, замерла, уперев руки в бока, и гаркнула во всю мощь своих легких:

— Нет, всего лишь хотел изнасиловать! Вломился сюда