И ОН ответил. Точно так же, как и прошлый раз!

— Скотина! — в сердцах крикнул я, повесив голову.

Не знаю, сколько так сидел. Однако постепенно понял, что продрог, а спина заныла от неудобной позы. Подняв голову, я удивленно хмыкнул — подобные земные проблемы не особо-то характерны для Терры. Ладно холод-жара, но затекание?..

Хм… Сейчас шахта расположена не в Терре? В другом мире? Даже если это так, что дает мне подобное знание?

Ничего.

Я обреченно покачал головой и, опершись на ладони, собирался подняться. Хватит рассиживаться! Уверен, выход должен быть!

Так, почти на четвереньках, я и застыл, увидев странную картину. Куст карликовой розы размером всего лишь с кулак чудом пророс прямо из каменного пола. Каким, интересно, образом растению удалось пробиться сквозь монолитную преграду?! Хотя и говорят — вода камень точит…

Но, несмотря на его удачливость, цветку суждено погибнуть. С обеих сторон от него кто-то будто специально разместил продолговатые, напоминающие батон камни. Сверху на уже имеющихся лежал третий булыжник, похожий на блин. Он накрывал крохотный кустик сверху, мешая расти дальше.

Странное сооружение. С высоты человеческого роста никак нельзя увидеть несчастный цветок. Да и расположены камни почти у самого основания стены в начале тоннеля. Помнится, я сразу от входа принялся настороженно вертеть головой, и то пропустил их! И в первый раз, только попав в шахту, и во второй, когда исследовал ее более детально.

И чуть не упустил в третий. Повезло, что решил зад прижать и передохнуть…

Эх! Если это не разгадка тайны подземелья, то я опускаю руки!

Но если разгадка… На что ХАОС рассчитывал? Что я буду ползать, разглядывая каждый булыжник? А вдруг я бы двигался, прижимаясь к стене, и случайно пнул эти камни?

Поднявшись на ноги, подошел к голышам и присел рядом на корточки. Все еще сомневаясь, протянул руку и убрал «блин». Ничего не произошло…

В очередной раз выругавшись, я немного раздвинул «батоны», чтобы у кустика было больше места, а «блин» положил с краю. Получилось неплохо — цветок закрыт с трех сторон камнями, с четвертой его прикрывает свод — расти вверх больше ничего не мешает.

— Ну наконец-то! — услышал я насмешливый голос за спиной. Такой родной, но в то же время совершенно чужой. — Долго же ты добирался! — добавил Изначальный, как и прежде, находясь в теле Ольги.

Глава 9

Пространство вокруг запестрело всеми цветами радуги, вытягиваясь и переливаясь, точно вязкая жидкость. Я изумленно вертел головой, не видя ничего, кроме этого чудного светопреставления.

В глазах зарябило, а к горлу вновь начали подбираться не успевшие перевариться кексы. Организму совершенно не нравилось такое обращение.

Воздуха, кажется, было мало — грудь распирало, а голова кружилась, как детская каруселька с разноцветными пони. Если я после таких спецэффектов превращусь в розовую фею — совершенно не удивлюсь.

— Ух ты ж… — выдохнул изумленно.

Да, к счастью, радужные метаморфозы меня не затронули. Зато целиком и полностью изменили окружающее пространство. Я стоял посреди… космоса. Ни пола, ни потолка, ни стен… Лишь единая бесконечная материя. Мерцающие звезды, зарождающиеся из плотных облаков газа планеты, взрывающиеся и превращающиеся в сверкающую крошку миры… Не говоря уже о фиолетовых туманностях, темно-синих дымках и прочих, отливающих всеми тонами радуги, явлений.

— Рот закрой, астероид залетит, — хохотнул Изначальный, материализовавшись прямо передо мной. Хаосит восседал на троне, сотканном из космической ткани, как и все вокруг, включая вечернее платье паладина. Я не особо силен в астрономии, но, по-моему, правая передняя ножка его седалища стояла точно на Большой Медведице. А задняя левая — на какой-то красной планете. Не на Марсе ли часом?

— Что все это? — немного придя в себя, я неопределенно развел руки в стороны. Ольгины губы скривились в ехидной ухмылке, и с легким придыханием Изначальный ответил:

— ХАОС. Отец мой… и всего сущего!

— Кроме Терры, — не сдержавшись, съязвил я.

— Хы, — оскалился Паладин, — щенок научился огрызаться? Похвально… Но не стоит рычать на руку, протягивающую кость.

— Протягивающую кость? — гневно повторил я. — Мне что, нужны ваши подачки? Я здесь в первую очередь, чтобы вернуть Ольгу и своих соклановцев. Они живы, верно?!

Не отводя взора, я смотрел в лицо той, что стала для меня… нет, не всем. Но очень многим. И видел не ее глаза, а едко-зеленое пламя ХАОСА. Очень странно наблюдать дорогие сердцу черты, но понимать, что они как-то неуловимо изменились. Скулы, лоб, ресницы — те части, что не затронуло пламя, принадлежали ей. Но ее самой в них сейчас не было…

Мимика полностью подчинялась новому хозяину.

Изначальный нахмурился. И будто бы погрустнел.

— Неправильный ответ, — произнес он. — Подумай, прежде чем говорить нечто подобное.

В голосе пропала привычная насмешливость. Я не смог ничего ответить, душой прекрасно понимая — хаосит серьезен. Стоит молча прислушаться, подавив недовольство и гордыню.

— Ну вот, хороший песик, — широко улыбнулся он. — Не забывай, выйдешь ты отсюда живым или нет, зависит целиком и полностью от моей прихоти. А она, в свою очередь, зависит от твоих ответов. Но все по порядку. Зачем ты убрал камни с цветка?

Честно сказать, я немного оторопел от столь неожиданного поворота. Пару секунд бездумно хлопал ресницами, но быстро нашелся и ответил:

— Пусть растет. Зачем губить, если я могу помочь? Кстати, раз уж мы заговорили об этом. Хочу заметить — очень глупое испытание.

— Ха-ха-ха! — откинувшись на спинку трона, засмеялся Изначальный. — Это не испытание, а та самая прихоть. Ладно, ответ принимается. Продолжим. Тебе нравится здесь? — раскинув руки в стороны, мой собеседник как будто попытался объять необъятный космос.

— Очень красиво, — признался я.

Изначальный просиял и расплылся в улыбке.

— Что? — не понял я.

— Что сейчас вокруг нас? — ответил он вопросом на вопрос. — Ну же! Я уже говорил тебе…

— ХАОС… — неожиданно осознал.

— Вот я и улыбаюсь, — радостно скалясь, пояснил он. — Приятно, что ты находишь ХАОС красивым.

— Хм… — задумчиво хмыкнул я. — Похоже, ляпнул глупость! Те изувеченные звери перед входом в пещеру — вот истинное лицо ХАОСА.

Паладин вцепился в подлокотники трона и, с натугой опустив веки, медленно выдохнул:

— Пока я случайно не стер тебя в порошок, — проговорил он, выровняв дыхание и снова окинув меня тяжелым взглядом, — позволь показать тебе кое-что. Документальный фильм, как вы говорите в своем мире.

Мой собеседник щелкнул пальцами. В голове зазвенело, колени подкосились, космос поплыл в глазах, и я рухнул на спину. Веки захлопнулись с такой силой, что энергию, выработанную их хлопком друг о