в голос максимум презрения. — Думаешь, я тут кого-то под кроватью прячу?

Люциан похоже воспринял это как инструкцию к действию и тут же опустился на колени и заглянул под кровать.

— Удовлетворён? — Я скрестила руки на груди. — А теперь будь добр покинь мою комнату! Или я пожалуюсь на тебя коменданту.

Люциан тем временем поднялся, но не остановился. Подошёл к окну, дёрнул штору в сторону.

— Люциан, это уже смешно. —

Он не слушал, посмотрел на шкаф. Мое сердце пропустило удар, потом ещё один. О, нет! Если Люциан откроет и увидит Криса…

— Хватит, — я шагнула ему на перерез, пытаясь остановить. — Ты ведёшь себя как…

Но он уже был у шкафа, сомкнул пальцы на ручке.

— Люциан, не смей! — крикнула я.

Дверца распахнулась, и я невольно зажмурилась. Криков не последовало.

Я осторожно открыла глаза и увидела платья, висящие на вешалке, пальто, полки с бельем. Сердце, колотившееся где-то в горле, медленно опустилось на место. Но где Крис? Куда он делся? Я же сама затолкала его сюда. Я заставила себя не показать удивления. Вместо этого приподняла бровь и позволила голосу сочиться ядом:

— Ну? И кого ты искал? По-твоему, я могла бы провести кого-то мимо коменданта? Здесь третий этаж, Люциан. Или ты думал, что я прячу любовника в шкафу, как в дешёвой комедии?

Он молчал, глядя на ряды моей одежды.

— Ты совсем от ревности свихнулся, — я покачала головой. — Это даже не лестно, это жалко.

— Мне показалось, что я слышал… — Люциан повернулся ко мне, на лице не было и тени раскаяния.

— Тебе показалось. — Я указала на дверь. — А теперь уходи.

Он открыл рот, будто хотел что-то сказать, но передумал. Молча прошёл мимо меня к выходу.

На пороге остановился.

— Эвелин, я правда хочу дать тебе шанс. Хочу верить, что ты меня любишь. Докажи мне это. Потому что, если это не так…

Что за странные разговоры? Наши родители уже дали нам понять, что чхать хотели на наши чувства. Что этот упертый баран задумал?

— …Некоторые люди занимают места, которые им не принадлежат. И рано или поздно это всплывает. Я бы не хотел, чтобы ты оказалась одной из них. Перестань вести себя в академии так, будто это я за тобой бегаю. Я хочу, чтобы с завтрашнего дня ты была рядом и больше не спорила со мной.

— Люциан, ты вообще себя слышишь? С каких пор ты говоришь со мной так?

— С недавних, — сказал он тихо. — И я бы на твоём месте отнёсся серьёзно к тому, что я сказал. Спокойной ночи, Эвелин.

Дверь за ним захлопнулась, а я осталась стоять посреди комнаты с единственной мыслью: Какого… он имел в виду?

Я простояла так, наверное, с минуту, прислушиваясь к удаляющимся шагам. Только когда они стихли, я позволила себе выдохнуть и тут заметила, что окно было открыто шире, чем раньше. Штора чуть колыхалась от ночного ветра.

Губы сами собой дрогнули в усмешке, Крис определённо молодец. Но улыбка тут же погасла. Слова Люциана всё ещё звенели в ушах: «Некоторые люди занимают места, которые им не принадлежат…»

Глава 28

Утро началось с головной боли и звонка будильника, который я не помнила, как ставила.

Я села на кровати, пытаясь собрать мысли воедино, поморщившись оглядела помятое платье, в котором вчера заснула и потянулась к планшету. Было семь утра, до первой пары оставалось ещё два часа.

В голове снова всплыли слова Люциана. Я нахмурилась, нужно было понять, что он знает и откуда, а для этого не мешало бы поговорить с Крисом. Он обещал рассказать про клуб и про всё остальное. Может, у него есть ответы, которых нет у меня.

Я встала и направилась в душ, решив, что сегодняшний день просто обязан быть лучше вчерашнего. Как же я ошиблась.

Крис Корвин

Я перехватил Лили у входа в библиотеку, за полчаса до первой пары. Между стеллажами царила сонная тишина, нарушаемая лишь гудением старых ламп под потолком В это время тут почти никого не было.

— Адамс, — я шагнул ей наперерез. — Нужно поговорить.

Она вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. На её лице появилась настороженность:

— Корвин? Чего тебе от меня понадобилось в такую рань?

— Не здесь, — я кивнул в сторону пустого читального зала и, не дожидаясь ответа, направился туда.

Мы остановились у дальних стеллажей, скрытых от входа рядами книжных полок. Лили скрестила руки на груди, глядя на меня с плохо скрываемым недоверием.

— Ну и что за срочность такая?

Я выдержал паузу, изучая её лицо. Судя по тому, как она переступала с ноги на ногу, как бегал её взгляд, она нервничала.

— В субботу в «Эвэ», — начал я медленно. — Я был закреплён за той ложей, где были вы с Люцианом в качестве официанта.

— И что с того? Хочешь похвастаться своей подработкой? — она попыталась изобразить безразличие, но голос выдал напряжение.

— Я должен был прийти к вам, но едва приоткрыл дверь, как услышал ваш разговор, и так и не решился войти. — Я сделал шаг ближе, понизив голос. — Про Эвелин. Про то, что она не настоящая дочь Вейлов.

— Подслушивал, значит? Как мило. — её губы дрогнули в нервной усмешке.

— Я не специально. Просто оказался в нужном месте в нужное время. Кроме того, вы говорили тихо, а я почти сразу ушел, испугавшись, что вы меня заметите, — Я склонил голову, стараясь выглядеть искренним. — Лили, я хочу знать больше. То, что ты рассказала Люциану… это правда?

— А тебе-то какое до этого дело? С чего вдруг такой интерес?

Я стиснул зубы, изображая с трудом сдерживаемую ненависть:

— Ты знаешь, что Эвелин сделала со мной на первом курсе? Четыре года я был её личной игрушкой. Четыре года терпел унижения. — Я сжал кулаки. — Если у тебя есть что-то, что может её уничтожить, я хочу быть частью этого.

Лили смотрела на меня долго, оценивающе. Её взгляд скользил по моему лицу, будто она пыталась найти фальшь в моих эмоциях.

— Интересно, — протянула она наконец. — Очень интересно. И звучит убедительно. Почти.

— Почти? — я напрягся. Почему она не верила мне? — Что ты имеешь ввиду?

— Крис, — она произнесла моё имя с какой-то странной интонацией, — я наблюдала за тобой. За тем, как ты смотришь на Эвелин, когда думаешь, что никто не видит. За тем, как ты кидаешься помогать ей при любом удобном случае. — Она усмехнулась. — Ты ненавидишь её? Серьёзно? Мне-то не надо сказки рассказывать.

Я не ответил, ожидая продолжения, и