— Крис… — позвала она.

Я не подчинился сразу, поднял голову только тогда, когда её пальцы сжались сильнее, вынуждая меня. Она изучала моё лицо с задумчивым выражением.

— Ты сейчас выглядишь как побитый щенок, — сказала она без насмешки, скорее констатируя факт.

— Ты правда не сердишься… — я запнулся, подбирая слова, — за всё это? За Люциана, и… за мою коллекцию?

— Я нахожу это странным, — Она поморщилась. — Фотографии я ещё могу понять. Какие-то вещи тоже. Но обёртка от конфеты? — Она посмотрела на меня с выражением искреннего недоумения, а потом вдруг усмехнулась. — Серьёзно, Крис. Это уже перебор.

Я тихо выдохнул, и неожиданно для себя тоже нервно усмехнулся. Напряжение между нами чуть ослабло. Она ничего не сказала про Люциана, значит ли это, что ей наплевать на него?

— Эта обёртка… К ней прикасались твои губы, — я медленно поднял руку и кончиками пальцев коснулся ее губ, почувствовав её дыхание на своих пальцах.

— Наверное я тоже немного сумасшедшая, раз нахожу это романтичным. — сказала Эвелин тихо, почти себе под нос.

Я боялся пошевелиться, боялся спугнуть этот момент, эту хрупкую, невозможную близость.

— Обещай больше не делать ничего подобного, как с Люцианом, не посоветовавшись со мной, хорошо? — непривычно мягко попросила она

— Хорошо, — я кивнул. Для неё, что угодно.

Она встала, потянув меня за собой, и я поднялся следом, всё ещё не веря, что меня не оттолкнули.

Её пальцы на мгновение задержались на моих, а потом она мягко высвободилась.

— А теперь у нас разговор, который ты мне задолжал. Про клуб. И на этот раз ты не отвертишься.

Но не успел я ничего ответить, как нас прервал громкий и настойчивый стук в дверь.

— Эвелин, ты там? — раздался чуть приглушенный дверью голос Люциана Даривля.

Кровь ударила в голову: «Опять этот ублюдок! Мало ему сломанных пальцев, он смеет заявляться так праздно вечером в комнату кмоей… — даже в своей я не решался подобрать определение, кто она для меня, поэтому споткнувшись закончил мысль, — к моей Эвелин»

Я шагнул к двери, но она перехватила меня за запястье и строго покачала головой.

— Прячься, — одними губами произнесла она. — Быстро.

— Зачем? — я нахмурился. — Просто прогони его. Скажи, чтоб ушел.

— Крис, — она зашипела, толкая меня в сторону кровати. — Нельзя, чтобы тебя сейчас здесь видели. Я не собираюсь рисковать, так что под кровать, живо!

Я присел, заглянул — почти все место под кроватью занимал большой чемодан, и какие-то коробки.

— Не пролезть.

— Эвелин? — Люциан постучал снова, громче. — Я знаю, что ты не спишь, у тебя свет горит.

— Секунду! — крикнула она, — Я переодеваюсь!

Она схватила меня за рукав и потащила к шкафу.

— Нет, — я упёрся. — Я не буду прятаться от этого…

— Крис! — она развернулась ко мне, и в её глазах снова плескалось раздражение. — Ты минуту назадобещалне делать ничего, не посоветовавшись со мной. Так вот, я советую тебе залезть в этот чёртов шкаф и не издавать ни звука!

Вообще-то я обещал не вредить никому физически, не посоветовавшись с ней. И спровадить Люциана отсюда поскорее — этот как раз способ причинения наименьшего вреда ему.

— Но…

— Это не просьба! — не сдержавшись она с силой меня толкнула.

— Эвелин, ты там не одна? — голос Люциана стал настороженным.

Мы оба замерли, Эвелин бросила на меня убийственный взгляд. Я стиснул зубы, но подчинился, втиснувшись между её платьями и пальто. Дверца закрылась, оставив только тонкую щель. Запах её духов окутал меня со всех сторон. В другой ситуации я бы наслаждался этим, но сейчас мысль о том, что Люциан пришёл к ней, выжигала всё остальное. Я слышал, как она подошла к двери, как щёлкнул замок.

— Люциан, — её голос звучал ровно, почти скучающе. — Уже поздно. Как твоя рука?

— Как видишь. Пропустишь меня? Я хочу поговорить. Мы ведь договаривались прогуляться сегодня после занятий…

Я стиснул зубы, стараясь, успокоиться. Интересно, о чём ещё они договаривались?

— Да, но сейчас уже поздно, да и у меня везде вещи разбросаны, может завтра? — Её голос звучал ровно, отстранённо. Но достаточно ли отстранённо? Она могла бы сказать ему уйти, могла захлопнуть дверь перед его носом. Почему она этого не делает? Почемуобъясняетсяперед ним?

Ревность — это глупое, унизительное чувство, я это знал, но знание ни на грамм не помогало. Я перестал дышать прислушиваясь.

— Ты что-то там прячешь? — его голос вдруг стал вкрадчивым. — Мне показалось, или там кто-то есть?

— Показалось. Я одна. — отрезала Эвелин.

— Тогда впусти.

Я представил, как выхожу из шкафа, как Люциан видит меня, как его лицо вытягивается, а потом искажается от ярости, и тут же почувствовал мрачное удовлетворение. Это было бы очень приятно.

Но Эвелин сказала прятаться, сказала, что меня не должны видеть, и я должен ее слушать.

* * *

Эвелин Вейл

Я стояла в дверях, загораживая проход, и молилась всем богам, в которых не верила, чтобы Крис сидел тихо.

— Люциан, я слишком устала для препирательств. Поговорим завтра. — попыталась закрыть дверь, но Дарвиль просунул в проем плечо, мешая это сделать.

— Подожди, — он поднял правую руку, и я увидела на его запястье браслет, что я оставила в его комнате. — Комендант передал, что ты заходила. Я так удивился, когда увидел его на столе. Я рад, Эвелин. Правда рад, что ты нашла его.

— Люциан…

— Зря ты ушла из клуба, не сказав мне, — он шагнул ближе, и я едва удержалась, чтобы не отступить. — Я расстроился, что не проводил тебя. Думал, ты за что-то обижена, но теперь понимаю зря беспокоился. Сложно было отыскать браслет? Где он был? — Его здоровая рука потянулась к моей щеке.

— Люциан, не надо.

— Я знаю, что ты чувствуешь ко мне, Эвелин, — произнёс он слащавым тоном, от чего меня передёрнуло. — Знаю, что ты просто боишься, что не достойна меня…

«Я?! Не достойнаего? Что он вообще несёт? С каких это пор я боюсь быть его недостойной? Я настолько опешила от этого заявления, что пропустила момент, когда он попытался обнять меня. Пришлось упереться ладонью ему в грудь, чтобы отстраниться.

— Люциан, стой. Я не…

И тут из глубины комнаты донёсся тихий, едва различимый звук, то ли скрип, то ли шорох.

— Что это было? — Глаза Люциана сузились.

— Ничего. Окно открыто, наверное, ветер…

Но он уже не слушал. Оттолкнул меня, не грубо, но достаточно сильно, чтобы я потеряла равновесие, и шагнул внутрь.

— Люциан! — я схватила его за рукав. — Ты что делаешь?!

Он не ответил, его взгляд метался по комнате.

— Кого ты ищешь? — я постаралась вложить