дни? — нерешительно спросила девочка.

— Потом, когда выйдем.

Она сунула ноги в туфли. Сняла со спинки стула куртку и потянулась было к полосатому матерчатому зайцу, сидевшему на подоконнике. Игрушка соскользнула на пол и закатилась под кровать. Девочка хотела было нагнуться, но он перехватил её руку.

— Брось. У нас на это нет времени. Заберу его потом, вместе с остальными твоими вещами.

Она хотела возразить, но он приложил палец к её губам.

— Сестра рассказала, что у тебя день рождения в ноябре. Верно?

Она кивнула.

— Двадцать первого.

— Чудесно.

Она послушно дала вывести себя из квартиры, по коридору к лестнице. За какой-то дверью хрипло залаяла собака.

— Так где она была? — снова спросила девочка.

В рукаве его пальто ощущался прохладный металл клинка.

— Сначала у одной медсестры, потом у меня.

Она остановилась, упираясь.

— Она здорова?

— Будет. С Натали всё в порядке, она постоянно про тебя спрашивает. Но сейчас нам надо идти.

Похоже, девочка ему поверила и снова дала себя увести. Сегодня она наверняка ещё не смотрела телевизор и не читала вечернюю газету — иначе не доверилась бы ему, а кусала бы, царапала и пинала.

Когда они вышли на улицу и холодный порыв ветра растрепал ей волосы, она огляделась.

Он подтолкнул её к машине, стоявшей в узком переулке под разбитым фонарём. В темноте нельзя было различить даже цвет его спортивного автомобиля.

— Тебя ведь зовут Дана, правда?

Она кивнула.

— Натали мне о тебе рассказывала.

— А где она? Я её не вижу.

Он указал куда-то далеко вниз по улице.

— Сидит в моей машине.

Её взгляд послушно скользнул в указанную сторону. И тут он ударил её кулаком. Он услышал, как хрустнула нижняя челюсть. Удар тут же её вырубил. Она безвольно осела ему на руки.

Он откинул крышку багажника и опустил девочку внутрь. Пластиковой стяжкой связал ей руки за спиной, скрутил ноги, в рот сунул кляп — кожаный ремешок. Захлопнул крышку.

Выпрямился, огляделся.

В переулке — ни души.

Он быстро сел за руль. Через тонированные стёкла внутрь не заглянешь. Стянул перчатки, глубоко вдохнул. Получилось проще, чем он рассчитывал.

Вообще-то он намеревался убить её и взять кровь в номере мотеля, но задерживаться в Лейпциге дольше нельзя. Тело Натали нашли утром под мостом Цеппелина. Он не мог взять в толк, как это произошло так быстро. Видимо, нейлоновый трос перетёрся, и течение прибило тело к берегу. Как бы то ни было — теперь уже не исправишь.

А тут ещё и убийство татуировщицы. Невероятно неудачный момент. Глупее быть не могло — и это в самом конце. Что ж, придётся ехать домой с Даной в багажнике и завершать дело уже там.

Он завёл мотор. Радио включилось само, и из динамиков полилась песня какой-то рок-группы.

Now I lay me down to sleep I pray the Lord my soul to keep

Да, мир снова был в порядке. Через шесть часов он будет в Вене. Тогда ещё будет достаточно темно, чтобы перенести Дану из багажника через гараж в дом.

Она, разумеется, не должна увидеть его с девочкой. Но это должно случиться сейчас.

И это могла быть только Дана.

Только Дана!

Если подумать, мысль была даже не такая уж и дурная. Напротив! В этом было что-то символическое: в жилах сестёр текла одна и та же кровь — а Дана не принимала наркотиков. Не выходила на панель. Возможно, оставалась ещё девственницей.

If I shall die before I wake I pray the Lord my soul to take[26]

Она была его последней жертвой, тоже Скорпион, и кровь её была совершенно чиста. Так распорядилась судьба. Благодаря этому, его замысел обрел совершенную и неоспоримую завершенность.

Он включил передачу и нажал на газ.

ЧАСТЬ 7

ГЛАВА 49

Воскресенье, 30 октября, ночь

Чёрт побери, — пронеслось в голове у Микаэлы, когда она, пошатываясь, попятилась к стене и сквозь полумрак вгляделась в обнажённую грудь Йо.

Это не он!

Как такое возможно? Мысли разом хлынули потоком. На груди Йо — ни намёка на фосфорное свечение. Никакого скорпиона.

Неужели всё, что мы с Пуласки раскопали, оказалось пустышкой?

Она снова щёлкнула выключателем. Йо стоял у дивана и заливал кровью ковёр. Лицо его сделалось серым. Здоровой рукой он силился вытащить из кармана брюк мобильник.

Взгляд Микаэлы скользнул по роялю, стеклянной витрине, клюшке для гольфа на стене. Пока Йо набирал номер, она сняла клюшку с креплений.

— Ты сотрёшь рукоятку, её Тайгер Вудс подпис…

— Положи трубку! — оборвала Микаэла.

Йо вскинул на неё глаза.

— Ты что, спятила? Это же зашивать надо.

Она замахнулась.

— Я сказала: положи!

По правде говоря, ударить его — в лицо ли, по коленной чашечке — она бы не смогла. Но угрозы хватило: Йо опустил руку и отступил на шаг.

— Чёрт, как я объясню это жене? — рявкнул он.

Этот мерзавец ещё и женат!

Внезапно он подался к ней.

Она вскинула клюшку.

— Не подходите. Ещё раз тронете…

— Мне в ванную надо! — Теперь он был белый как простыня.

— Сначала ответите. Сядьте и держите руку повыше.

— Сам знаю, я травматолог! — Он рухнул на диван. — В ванной аптечка.

— Потом. Вы — доктор Константин?

— Да нет же, чёрт возьми.

— Тогда кто?

— Фрик.

— И что вы делаете в его квартире?

— Она наша общая — нас трое, скидываемся на аренду. Принесите же наконец аптечку!

— А кто такой Йо?

— Никто! Если встречаемся со шлюхой — мы Йо, если свидание с какой-нибудь дамочкой с сайта знакомств — Ханс. Это вроде кода.

Теперь Микаэле стало ясно, что здесь творится.

— В прошлом году вы оба встречались с некой Карлой?

Фрик уставился на неё с недоверием. Тогда она повторила вопрос, подкрепив его взмахом клюшки.

— Да, чёрт возьми, мы оба встречались с Карлой. По чистой случайности! Но при чём тут…

— Насколько хорошо вы знаете Константина? У него на груди есть фосфорная татуировка?

— Что?

— Я спрашиваю: татуировки у него есть? Скорпионы?

— Откуда мне, чёрт возьми, знать? Возможно. Раньше мы играли в сквош, но ничего такого я не замечал. К чему вы вообще клоните?

— Где его искать?

— В больнице, наверное.