будет выйти в город, что-то купить или просто рабочие руки мебель перетащить, то это теперь твоя забота.

— Я так понимаю, вы хотите убедиться, не разнюхивает ли чего девица Морделов? — уточнил Ларс.

— Именно, — кивнул я. — Ты у нас кого угодно заговорить можешь, так что к ней подход найдешь. Может, она тебе о чем-нибудь проболтается.

— Миледи в курсе? — тут же уточнил Ларс. — Я не хочу, чтобы она подумала, что я пристаю к ее новой служанке или…

— Это идея Эрен, — тут же ответил я. — Так что можешь при ней действовать вообще в открытую. Но знает только она, так что смотри, чтобы Лили ничего не растрепала.

— Понял, — кивнул Ларс, а глаза мужчины блеснули в предвкушении грядущего развлечения.

Его дело было намного интереснее, чем то, что я поручил Арчибальду и Грегору. Пока его коллеги будут ходить и по крупицам собирать слухи, общаясь с лавочниками и мастеровыми, Ларсу доверили прямой шпионаж.

— Но вообще, держи в голове, что никакого двойного дна у этой истории может и нету вовсе, — продолжил я. — Может, Морделы и в самом деле хотят закрепиться при моей власти и просто ищут способы меня задобрить, чтобы я не выдавил их из города. Так что если ты ничего не накопаешь и эта девица, Хильда, окажется просто купеческой дочерью, которую отправили прислуживать моей жене, то так тому и быть. Понятно?

Когда мужчины покинули мой кабинет, я откинулся на спинку кресла. Да, это было уже кресло. Я наконец-то договорился с местным мебельщиком, и он сделал мягкую обивку из кожи — по сути, приколотил подушечки там, где это было нужно — и теперь мой зад не страдал на плоской деревяшке. Встала мне такая работа в копеечку, но я уже привык, что за все нестандартное приходилось платить тройную цену. Уж очень неохотно цеховики делали что-то для них непривычное. Оценила изменения и Эрен — ее место тоже модернизировали и теперь мы могли работать и ужинать в относительном комфорте, без возни с подушечками и прочими приспособлениями, которые делали стулья более комфортными.

Я не доверял Морделам. Оно и понятно — их фамилия шла в первой десятке по «расстрельным спискам» Легера, но они были почище, чем те же Ламары.

Альтернативой их предложению был поиск купца где-нибудь на стороне, уплата государственной пошлины из собственного кармана, а после — и пополнение уставного фонда городской гильдии, а это не менее десяти серебряных фунтов, а то и все двадцать фунтов. То есть мне нужно будет достать из своего кармана почти тысячу серебряных монет и просто закопать их в торговой гильдии, причем половина уйдет в королевскую казну и будет потеряна безвозвратно.

Таких денег у меня сейчас не было, точнее, я имел на них другие планы. Мне нужно было откупиться от летнего призыва на рейд, поставить мельницу, организовать торговую точку консервами в Патрино. А еще — наладить быструю связь со столицей, то есть закупить почтовых голубей и пригласить специалиста, который будет за ними ухаживать. Все это были деньги, которые на меня с неба не сыпались, и особо взять их было неоткуда.

Мерзкий голосок в моей голове подсказывал, что я могу устроить раскулачивание тем же Морделам и Ламарам, опираясь на списки Легера провести конфискацию «неправедно нажитого имущества», как только в город прибудет постоянный королевский стряпчий. Отличное дело, чтобы пополнить собственную казну, наладить связи с новым чиновником — а это будет сразу же хорошее дело для него, которое выгодно представит его перед столичным начальством — но это был бы ход недальновидный. Как бы мне не были противны эти люди, но сейчас именно на них и их грамотах держалась внешняя торговля Херцкальта. Если я трону хоть одну из семей, резко просядет внешний товарооборот, а это грозило мне только убытками.

Но Морделы оказались смышленее, чем Ламары. Или им просто было, что мне предложить. Потому что время работало против купцов: в этом году они еще были в безопасности, но чем дольше я буду править наделом, тем больше новых связей буду заводить. И если якшаться с бароном Фитцем и Атритальской гильдией мне было не с руки, так как это ввергнет меня в еще большую зависимость от южного соседа, то вот наладить связи с Кемкирхом или Вусбургом мне ничто не мешало. Даже больше — это был бы правильный и ожидаемый ход с моей стороны.

Так что Морделы решили уступить мне часть своего состояния вместо того, чтобы в итоге потерять всё: просто так сбежать я им уже не позволю, а как только у меня появится собственный купец, то и причин терпеть в городе два старых семейства больше не будет. И я смогу подвести обе семьи под статью и виселицу.

На самом деле, мне так и хотелось поступить. Эти люди сколотили капитал на откровенном воровстве и схематозе, но, как я сказал ранее своим заместителям, если открещиваться от всех, кого коснулась «порча Легера», то город нужно сносить, а почти всех жителей — отправлять пилить лес лобзиком без права на переписку.

Да и если быть окончательно объективным, то я тоже хороший гусь. Наладил поставку контрабанды через границу потенциальному противнику в обмен на ценный мех. Хорошо, что я не планирую больше ходить в походы и сражаться с теми, кого сейчас сам начинаю усиленно кормить…

Но в ситуации с Морделами я сделал всё от меня зависящее. Если Эрен удастся свести Ларса с Хильдой и мой заместитель сам выскажется за то, чтобы уйти в купеческое сословие через женитьбу — совет да любовь молодым. А нет — значит, будем двигаться по долгому, дорогому и немного кровавому сценарию, в котором Морделы станут жертвами уголовного преследования с моей стороны. В любом случае, этих людей мне было совершенно не жаль; я видел на днях всех троих и морды они наели за эти годы знатные, при условии, что многие мастера в Херцкальте если и не перебивались с хлеба на воду, то уж точно лишних денег не имели.

Пока я размышлял обо всем этом, руки сами собой готовили прописи для Эрен.

Моя жена строго вознамерилась выучить еще и сорогский язык, так что сейчас я чувствовал себя учителем младших классов, пока готовил для нее очередной комплект прописей на тренировку. Мы уже прошли этап работы на вощеных дощечках, и сейчас моя жена перешла к письму на