расчесывала волосы новым гребнем, недавно купленным на рынке во время прогулки с Лили. Нет, моя служанка отлично выполняла свою работу, Лили была старательным и аккуратным дитя, но привычка самой ухаживать за волосами оказалась слишком сильна. Да и сам процесс проглаживания волос гребнем меня банально успокаивал. Это было привычное и неизменное за все десять жизней действие, которое не несло для меня никакой угрозы или лишений. А еще после этого мне обычно лучше спалось.

Массивная фигура барона тенью нырнула за ширму для умывания, и я услышала плеск воды. Судя по всему, мужчина залез в прохладную воду целиком и сейчас активно поливался ковшиком, стараясь смыть с себя грязь этого дня. Это стало для меня столь привычным, столь обыденным, что я даже уже и не задумывалась о чрезвычайной чистоплотности Виктора Гросса, хотя мылся он едва ли не чаще, чем благородные столичные барышни. Наверное, больше чем Виктор Гросс моются только работницы публичных домов и борделей, но делают они это скорее не для удовольствия, а чтобы побыстрее смыть с тела возможную заразу и липкое, гадостное ощущение чужих прикосновений. Во всяком случае, в банную комнату я всегда спешила именно по этой причине.

Когда были затушены большинство свеч, и мы наконец-то улеглись, я почувствовала, как Виктор поворачивается лицом в мою сторону. Замерев, даже перестав дышать от неожиданности, я жадно вслушивалась в происходящее.

Что задумал этот мужчина? Что происходит? Поэтому он сегодня так долго плескался вместо того, чтобы просто быстро ополоснуться?.. Но почему так внезапно⁈

Я постаралась расслабить тело и смягчить взгляд, чтобы не спугнуть внезапную удачу — мне все еще нужна близость с Виктором ради производства наследника, мое положение все еще было шатким, и я не собиралась упускать подвернувшийся шанс — но все равно вздрогнула, когда ладонь мужчины легла на мое плечо.

Виктор замер, будто бы размышляя о том, что делать дальше, я же корила себя за то, что не повернулась к мужу лицом, чтобы не пугаться внезапного прикосновения — вздрогнула я от банальной неожиданности. Но прежде чем я успела что-то сделать, то почувствовала горячее дыхание прямо у своей шеи.

— Эрен, помнишь, днем мы заговорили о нашем браке?

Я не ответила, только мелко кивнула и издала какой-то утвердительный звук, что-то среднее между грубым «м-м-м» и еще более грубым «угу».

— Ты сказала, что у тебя не было выбора и… — мужчина опять притих, а я почувствовала, как его огромная ладонь чуть сильнее сжимает мое плечо.

— Милорд?.. — тихо прошептала я, чуть поворачивая голову, но увидела лишь потолок.

Барон Гросс лежал прямо за мной и сейчас прятался за моим плечом, словно огромный черноглазый кот.

— Я просто хотел сказать, что рад, что король отправил меня именно в поместье графа Фиано. Я получил больше, чем мог даже мечтать.

Еще до того, как я успела открыть рот и спросить, что конкретно этот мужчина имеет в виду, я почувствовала касание к моей шее. Было немного щекотно и чуть жарко; губы барона лишь на мгновение коснулись моей шеи, прямо под затылком, после чего его рука исчезла с моего плеча, а сам барон быстро перевернулся на другой бок.

Я же замерла, погрузившись в тяжелые размышления. «Больше, чем мог даже мечтать»? Что он имел в виду, говоря нечто настолько странное? Ведь я была совершенно бесполезна как жена, скорее, являлась секретарем и советником, третьим командиром отряда Виктора Гросса. Это он хотел мне сказать? Что мы идеальные сообщники или что?

Чем больше я размышляла над словами барона, тем более жестокими они мне казались. Он ничего от меня не хочет и ничего не ждет. Он ласков со мной и заботлив, но как ласков и заботлив бывает хозяин с верной ему лошадью. Так я это чувствовала, так это видела, ведь будь он хоть сколько-нибудь во мне заинтересован, я бы это давно заметила. Я не пустословила днем, когда говорила, что влечение мужчины легко распознать с одного взгляда, в этом я имела огромный опыт.

И только место, где губы этого мужчины коснулись моей шеи, сейчас словно горело огнем, словно безмолвно противоречило всем моим выводам и мыслям, не давая мне уснуть до самого рассвета.

Глава 2

Виктор

Мне определенно нужен был план.

Я тяжело обвел взглядом своих заместителей и оруженосца. Все трое стояли, вытянувшись по струнке, а Арчи еще и немного нервничал из-за того, что я был хмур и молчалив.

— Завтра в замке появится одна крайне заметная лисица, и я хочу, чтобы вы были готовы к ее появлению, — начал я. — Как вы знаете, на днях к нам приходили купцы Морделы. Они хотели устроить свою дочь прислуживать Эрен.

— Вы думаете, они что-то задумали? — тут же спросил Ларс.

Я бросил на своего зама многозначительный взгляд. Ох, знал бы ты, Ларс, что тут на самом деле происходит…

— Я не думаю, я знаю, — ответил я. — Морделы не хотят уезжать из города и сейчас бодаются с Ламарами за статус главной купеческой семьи Херцкальта.

— Милорд! Вы не можете доверять никому из старого купечества, ведь все они если и не воровали, то покрывали дела Легера… — начал Арчибальд.

— Если не иметь дел ни с кем, кто был замазан в делах бывшего бургомистра, то проще сжечь город и рядом начать строить новый, — тяжело возразил я, доставая из стопки бумаг список, который надиктовал мне перед казнью Легер. — Тут очень много имен, Арчи. Так что работаем с тем, что есть.

— И чего вы от нас ожидаете? — спросил Ларс.

— Морделы говорят, что у них нет родни в ближайших городах и им особо некуда деваться из города, они последние в этой ветке рода, — ответил я. — Поэтому они и ищут моей благосклонности. Узнайте, так ли это, это задание для Грегора и тебя, Арчибальд.

Мужчины только сосредоточенно кивнули. Как они будут выполнять приказ — уже их дело. Я им не мамка, сами разберутся.

— У тебя же, Ларс, задание посерьезнее, — продолжил я, переводя взгляд на своего второго заместителя. — Ты уже приставлен к моей жене и она, кстати, об этом в курсе. Так что будешь помогать ей с делами ближайшие пару недель. Она хочет организовать совместное шитье с женами старейшин, как раз, чтобы проверить дочь Морделов. Если женщинам нужно