из неё без разбора строго запрещалось. А сейчас цель была законной.

Как объяснял Ворн, в этом оружии есть заряды, и их количество строго ограничено. Закончатся — и всё, перестанет стрелялка работать, превратится в простую дубинку, не особо прочную.

Загадочные заряды находились в не менее загадочных блоках — небольших прямоугольных штуковинах, которые нужно было заменять, когда оружие переставало стрелять. Процедура была проста:

Нажать на кнопочку. Сдвинуть рычажок вверх и отпустить кнопочку — откроется дверца на корпусе стрелялки.

Вынуть блок с потухшей полосой.

Вставить блок с голубой полосой.

Закрыть дверцу нажатием кнопочки.

Опустить рычажок вниз.

Прицелится и нажимать на спусковой крючок.

Ничего сложного. Обучились все быстро.

Пока отряд ехал до столицы, на привалах Ворн терпеливо показывал каждому, как нужно целиться, как стрелять, как менять блоки с зарядами.

Однажды произошёл неприятный инцидент: один из бойцов чуть не прострелил себе ногу. Перепугался, отшвырнул оружие в сторону и заявил, что лучше будет пользоваться топором — «по старинке». Но, немного успокоившись и понаблюдав за учениями остальных, всё же подошёл к Ворну и попросил обучить его заново.

— В чём я был не прав? Почему эта штука чуть меня не убила? — спросил он, стыдливо опустив глаза.

Ворн не стал смеяться над неумехой. Спокойно объяснил ещё раз, подробно и терпеливо. Показал, для чего нужен кружок, поделённый на разные цвета, и флажок посередине, который нужно крутить.

— Это, — сказал он, — «регулятор мощности выстрела».

Далее он подробно разъяснил значения каждого цвета:

Синий — самый слабый режим. Предназначен для мелкой живности или для того, чтобы доставить неприятные ощущения крупной цели — в том числе человеку. Больно, но не смертельно.

Зелёный — очень больно. Пример: пойманный в лесу кабанчик упал от такого выстрела, затих, а потом ожил.

Жёлтый — сильнее. Тот же кабанчик после выстрела валялся гораздо дольше, но всё же выжил.

Оранжевый — достаточный для подземного червя.

Красный — смертельный для крупного зверя. Огромного оленя уложил насмерть.

Всю дорогу отряд тренировался — только в цель, только по делу. Никакого баловства. Каждый понимал: в бою эти навыки могут спасти жизнь.

Глава 32

Ворн вскинул руку с сжатым кулаком вверх и громко выкрикнул приветствие:

— Да здравствует император!

— Да здравствует император! — отозвались изрядно потрёпанные курсанты, их голоса звучали устало, но твёрдо.

— Ворн? Ты ли это? — вперёд шагнул долговязый светловолосый паренёк. Он заметно прихрамывал, опираясь на импровизированный костыль из обломанного древка копья.

— Как видишь, Мити, это я, — ответил Ворн, внимательно вглядываясь в лицо товарища. В свете пожарищ оно казалось измождённым, но всё таким же живым.

— А кто эти… — парень замялся, не зная, как назвать странных и страшных всадников, которые находились за спиной и рядом с Ворном. — Воины… Кто они?

— Это друзья, Мити. Мы пришли на подмогу, — спокойно пояснил Ворн. — А где остальные?

— А нету остальных! — крикнул чернявый крепыш, зажимая рану на плече окровавленной тканью. — Все, кончились.

Пока бойцы перевязывали раненых, собравшись в тесный круг, удалось узнать, что произошло в городе. Рассказ вёл Мити — его голос, поначалу дрожащий, постепенно обретал твёрдость.

— Этой ночью нас подняли по тревоге. Сообщили: в городе беспорядки. Жители трущоб озверели — чинят полный беспредел на улицах Николота. Мы тогда ещё удивились: а мы‑то тут при чём? Есть стража, есть гвардия, в конце концов. Предположили, что это такие учения.

— Ага, учения, мать вашу, — зло усмехнулся один из курсантов, сплюнул кровавую слюну и рукавом вытер подбородок.

— В первую очередь, — продолжил Мити спокойным, почти монотонным голосом, — удивило то, что не было ни одного наставника. Нас построил директор Тарг — самолично. Он был в полном обмундировании и весь на взводе. Заикался жутко.

Несколько курсантов загомонили:

— Да‑да, он когда нервничает — всегда так.

— Ага, заикается.

— Ну да…

Мити недобро зыркнул на товарищей, и те мгновенно притихли. Он продолжил:

— С трудом, но он всё же смог объяснить нам, что от нас требуется. Разбил на группы, назначил старших и определил квадрат, который мы должны очистить от обезумевшей швали. И не успел он договорить, как со стороны порта раздались мощные взрывы. А потом и со стороны дворца тоже. Тарг отдал приказ: «Бешеных уничтожать, мирных защищать! Расчистить коридор для эвакуации мирного населения!» И всё. Вскочил в седло мара и умчался в сторону дворцовой площади.

Мити замолчал. Было видно, что сегодняшняя ночь оставила глубокий след на его душе — в глазах застыла тень пережитого, а пальцы непроизвольно сжимались и разжимались, словно пытаясь ухватиться за ускользающую реальность.

— Их было много, — тихо произнёс он после недолгой паузы. — И не только мужчины… Бабы, дети, старики… — Мити судорожно выдохнул и протёр лицо двумя ладонями, размазывая кровь и копоть. — Рубили всех. Как было приказано, — твёрдым голосом добавил он, словно возвращая себе внутренний стержень. — Коридор расчистили. Начали эвакуировать выживших. Но тут со стороны порта хлынул отряд доспешных. Не наших. Чужие.

Он сделал паузу, переводя дух, затем продолжил:

— Их пытались сдержать гвардейцы, но натиск был плотный — гвардейцы отступали. Приказа помогать гвардейцам не было, но, оценив обстановку, часть курсантов осталась прикрывать выживших, а часть ушла на подмогу гвардейцам. Вскоре гонец доставил сообщение о том, что бой идёт уже непосредственно на ступенях императорского дворца. Я не успел принять решение, отдать новый приказ, как вот эти… — Мити кивнул в сторону трупов противника, — словно черти нарисовались. Завязался бой. А дальше вы уже сами всё видели.

— Достойные воины у империи, если молодняк сумел столько врагов повалить, да ещё и в броне, — одобрительно прогудел один из меченных — лохматый, плечистый, со свернутым набок носом. Его голос звучал глухо, но в нём чувствовалась неподдельная гордость за проявленную стойкость.

— К дворцу! — скомандовал Кирилл, дослушав рассказ курсанта. Его голос прозвучал резко, но уверенно, пробиваясь сквозь гул пожара и отдалённые крики. — Строимся в боевой порядок. Двигаемся быстро, но осторожно.

Отряд мгновенно пришёл в движение. Снурфы низко пригнули головы, их ноздри раздувались, улавливая запахи крови и гари. Стрикуны, словно тени, скользнули вдоль стен, исчезая в клубах дыма. Воины, облачённые в костяную броню, сомкнули ряды, их взгляды были устремлены вперёд — туда, где в дымной пелене проступали очертания