— Что ты здесь делал? — он остановился неподалеку и грозно посмотрел на меня из-под кустистых бровей.

— К дедушке в гости приходил, — ответил я единственное, что пришло в голову.

— К какому-такому дедушке? — не отступал он.

— Так вот он, в склепе лежит, — указал я на склеп.

— Что ты меня за нос водишь⁈ Этому склепу лет двести, если не больше. А ну выворачивай карманы. Что ты украл? — мужчина решительно двинулся ко мне.

— А ты сам-то кто такой? — я решил пойти в наступление. — Что здесь ночью делаешь?

Мужчина остановился, вытащил из нагрудного кармана какой-то документ и показал мне.

— Я смотритель этого кладбища. Меня наняли, чтобы таких гавриков, как ты, ловил. А то повадились кресты и ограды воровать и как металлолом сдавать.

Вдруг он охнул, испуганно вытаращился куда-то мне за спину и попятился.

— Чур меня, чур меня, чур меня, — быстро прошептал он, развернулся и дал дёру.

Оглянувшись, увидел Гризельду в образе той страшной старухи с лошадиными зубами. Она парила в метре над землёй и зловеще ухмылялась.

«Довольна собой? А если он дурачком на всю жизнь останется?» — я укоризненно покачал головой.

«И поделом! Сам-то весь лом и перетаскал, а на других валит. Жулик».

Я покачал головой и направился к воротам.

Теперь нужно поймать Харитонова и провести над ним ритуал. Если его предок и в самом деле за отказ решил девушку так жестоко наказать, то кто-то должен ответить. Конечно, какая-то печать не идёт ни в какое сравнение со смертью в страшных муках, но пусть хоть так его род расплатится за ошибку своего предка. Правда, говорят, что сын не в ответе за действия отца, но ведь сестры и племянницы Гризельды, как и она сама, ни в чём не были виноваты, но никто их не пожалел.

Я вернулся домой, смыл с себя кладбищенский запах, залез под одеяло, обнял Лену и заснул. Она даже не заметила моего отсутствия, хотя на улице уже светало.

Утром после бессонной ночи я чувствовал себя на удивление хорошо. Мы с Леной позавтракали и даже успели посмотреть фильм, прежде чем позвонила её мать и напомнила, что они собирались ехать в гости к её двоюродной сестре.

— Делать нечего, придётся ехать, — вздохнула Лена, поговорив с матерью. — Терпеть не могу тетю Алису.

— Почему? — я крепко обнял её.

— Она очень завистливая и льстивая.

— Понятно. Бывает.

— А ещё она постоянно настраивает маму против тебя и твоей семьи. Говорит, что мне не следует с тобой общаться, а лучше выбрать кого-то из нашего круга.

— Ну, я думаю, что есть доля правды в её словах. Нам ещё далеко до вашего достатка и положения, — подумав, ответил я.

— Мне это совсем неважно. Ведь я так люблю тебя.

— И я тебя люблю.

Я наклонился к ней, а она привстала на цыпочки. Нас словно магнитом тянуло друг к другу. Неужели, у меня будет своя семья и даже дети? Не хочу даже думать об этом. Вдруг не сбудется. М-да не узнаю себя. Неужели Валерион наконец-то дорос до того, чтобы успокоится и прожить жизнь с одной-единственной женщиной?

Проводив Лену до машины, я сел придумывать план, как поставить клеймо предателя на Илью Харитонова.

Сначала требовалось опустить проклятое серебро в воду, а потом дать проклинаемому выпить воду, одновременно произнося заклинание. Всё это должно делаться внутри солевого круга и с зажженной черной свечой. Серебро, свечи и соль у меня были, а вот как заставить Харитонова выпить воду и при этом стоять в круге, я не представляю. Если только… Хм, а это идея. Только нужно для начала приготовить зелье «Настой Смирения».

У меня не было всех необходимых ингредиентов, поэтому пришлось ехать к особняку. Сначала зашёл домой поздороваться. Застал родных за обедом. Лида рассказала, как прошло открытие новой лавки, и какая была отличная идея с разноцветными мыльными пузырями. Именно они привлекли больше всего народу в лавку.

Настя похвасталась тем, что они с Ваней теперь официально пара. Правда, видеться будут редко, ведь живут в разных городах. Я не стал говорить, но подумал, что это даже к лучшему. Всё-таки у Насти непростой характер. Она может вспылить, бывает раздражительной, дерзкой и капризной. Всё дело в её возрасте, по крайней мере я на это надеялся.

После обеда пошёл в лабораторию и занялся «Настоем Смирения», зелья, подавляющего волю. Выпив, ты становишься марионеткой в чужих руках. Тебе могут приказать сделать всё-что угодно, и ты это сделаешь, ведь полностью будешь подвластен хозяину.

Будучи Валерианом, я готовил такое зелье для своего дяди, который не любил, когда с ним спорят, и хотел, чтобы окружающие всегда беспрекословно выполняли его приказы. Он управлял боевым отрядом «Черных теней», которые выполняли различные задания в стане врага. Этакая разведка, как бы сказали в этом мире. К тому же, используя «Настой Смирения» он был уверен, что никто не подкупит и не переманит его людей, когда они находятся на той стороне границы. Я же хотел использовать Настой для того, чтобы заставить Харитонова выпить воду, не выходя из круга.

Вскоре зелье было готово. Осталось придумать куда и как заманить Харитонова.

У меня были номера телефонов всех одногруппников, поэтому, пару секунд подумав, я сел в машину и набрал Харитонова.

— Алло, — послышался его ленивый голос. — Кто это?

— Илья, здорова! Это Саша Филатов, — бодрым голосом ответил я.

— Чего тебе Филатов? — по голосу стало понятно, что он напряжен. Мы с ним не такие уж друзья, чтобы я ему звонил.

— Слушай, давай встретимся, поговорим, — предложил я дружелюбным тоном.

— О чём? — напряжение нарастало.

— Об учёбе. Об академии. Обо всём. Всё-таки нам ещё три с половиной года учиться. Предлагаю зарыть топор войны.

— Хм, а где ты хочешь встретиться?

Так-так, напряжение пошло на убыль. Хорошо, очень хорошо.

— Подъезжай к академии. Сходим в академгородок к Сене. Я привезу с собой упаковку пива и какую-нибудь закуску.

— Ладно. Буду через час. Привезу с собой вискарь, а то я пиво не пью. Безвкусная мутная бормотуха.

— Хорошо. Через час встречаемся у академии, — ответил я и сбросил звонок.

Осталось договориться с Сеней. Я тут же набрал номер друга, но трубку он не взял.