И времени доставать оружие уже не имелось, поэтому я пустил энергию прямо через собственные руки. Хэй Лунтянь попытался прикрыться, но я пробил блок и вонзил пальцы ему в горло, а затем увёл в сторону, вскрывая артерию.

— Хррр…

Верёвка жетона оказалась срезана, и я машинально зажал трофей в кулаке. После чего сел прямо там, где стоял, и закинул в рот белую пилюлю, пытаясь погрузиться в медитацию. Получалось с трудом, потому что мой противник всё ещё бился в агонии, а красная пилюля продолжала сжигать духовную и жизненную энергии.

Поединок окончен!

Чжи Дао победил!

Победа, вот только никакого триумфа я не ощущал — как и лекарственной силы, которая должна была хлынуть из белой пилюли. Неужели злопамятная старуха, обидевшись на отказ, продала мне подделку? Если так, то мой первый цикл на этом подходит к концу. При условии, что меня не спасёт очередное чудо, разумеется. Ну а чудеса лучше создавать самому, а не надеяться на волю небес.

— Вэй Шуцзи — я победил! — произнёс я, открывая глаза. — Выполни своё обещание и помоги мне!

— Я, Чи Яньлун, говорю, что этот ублюдок должен умереть! — вскочил на ноги красноволосый потомок небесного дьявола. — Любой, кто окажет помощь Чжи Дао, станет моим личным врагом!

И старейшина, уже слетевший на песок, резко замедлился и убрал руки за спину, приняв до невозможности высокомерный вид.

— Не понимаю, о чём ты, младший! Я, Вэй Шуцзи, отныне хранитель второго пика — если тебе нужна помощь, обращайся к своему новому наставнику!

— Ты обещал перевести меня на второй пик!

— Сначала ты должен подать официальный запрос по этому поводу, — покачал головой старейшина. — В письменном виде, разумеется!

— Похоже, слово хранителя Вэя ничего не значит!

— Следи за словами, младший, если не хочешь, чтобы я прихлопнул тебя словно насекомое!

Вэй Шуцзи смерил меня суровым взглядом и, повернувшись спиной, взлетел и вновь занял своё место на трибунах. И, если в глубине души его и мучала совесть, то внешне это никак не прослеживалось.

— Гу Фэнлей, помоги мне! — вновь попытался я.

— Из-за тебя я потерял свою позицию хранителя второго пика, — отозвался Гу Фэнлей. — И, к тому же, вынужден буду срезать свою бороду. Неужели ты думаешь, что я шевельну ради тебя хоть пальцем? Если ты выживешь — не жди моей помощи!

К этому моменту я уже догадался, почему пилюля не действует. От моей культивации практически ничего не осталось, и я мало отличался от обычного смертного. Настолько, что даже не способен достать из пространственного кольца новые пилюли — в текущем состоянии я просто не могу «переварить» лекарство. Мне требовалась помощь — хоть чья-нибудь.

— Если кто-то из вас поможет мне расколоть пилюлю — я буду у него в долгу!

— Я хочу увидеть, как он сдохнет, — вновь произнёс Чи Яньлун. — Если кто-то из вас поможет ему — то станет моим врагом!

Среди зрителей наверняка были игроки, но никто из них не шевельнулся. Несколько секунд мне казалось, что я вообще не получу помощи, а затем на арену спрыгнула девушка и, подбежав ко мне, положила ладонь на живот.

— Бай Шуанмэй?

— Потом поблагодаришь…

Вспышка боли — и энергия белой пилюли хлынула в моё тело. Правда, шансы на выживание к этому моменту заметно упали, но оценивать их в процентах я даже не пытался, предпочтя сосредоточиться на медитации. Ненавижу Испытание. Ненавижу Чи Яньлуна. И секту Небесного Дьявола — тоже ненавижу!

Проклятье, проклятье, проклятье…

Эпилог

Бай Чунван висел высоко в небе над ареной, наблюдая за поединком, в котором привлекший его внимание мальчишка должен был закончить свой путь. Идея с пилюлями была неплоха, но остатков ци просто не хватит, чтобы продавить оболочку.

Кандидат находится в критическом состоянии…

Требуется оценка результатов…

Чжи Дао умрёт — так же, как позже умрут и все остальные кандидаты, став лишь ступенькой для возвышения Чи Яньлуна — наследника Небесного Дьявола.

Идёт загрузка информации…

Того, кому было суждено стать восемнадцатым Небесным Дьяволом, который прогневал Небо и, в конечном итоге, послужил причиной полного уничтожения секты.

Загрузка информации продолжается…

В глазах Бай Чунвана зажегся свет осознания, по мере того, как возвращались воспоминания о прошлом. О том, как он сражался, потерпел поражение и, потеряв всё, что у него было, добровольно вошёл в Жёлтую Реку, попытавшись вернуться в прошлое и предотвратить катастрофу. И потерпел очередную неудачу, став всего лишь ещё одной душой в бесконечном потоке…

Корректировка информации…

Или, возможно, наоборот — преуспел, поскольку его душа оказалась достаточно сильной, чтобы не раствориться окончательно даже спустя бесчисленное количество лет. В конце концов, он действительно получил желаемое и оказался в прошлом — пусть, скорее всего, и фальшивом. Тем не менее, именно текущее испытание и стало поворотной точкой в истории секты, после которой один из многих бастардов был признан наследником.

Напоминание о задаче…

Впрочем, исправить ситуацию самостоятельно Бай Чунван не мог, и любое чрезмерное вмешательство приводило к перезапуску цикла и суровому наказанию. И это было одной из причин, по которой память старого дьявола была фрагментированной и осознание происходящего возвращалось лишь в ключевые моменты. Например, знание того, то его главной задачей было не предотвратить уже давно свершившуюся катастрофу, а найти достойного наследника, способного возродить культ в другой эпохе.

Не самая простая задача, потому что требования Бай Чунвана были крайне высоки и снижать их он не собирался. Небо не даёт второго шанса, и те, кто решился бросить ему вызов, не имеют права на поражение. Именно поэтому все игроки, провалившие испытание хотя бы раз, вызывали у судьи лишь минимальный интерес. Им, в массе своей, было суждено оставаться в цикле временной петли до тех пор, пока их личности окончательно не сотрутся. Ну а истории о победителях были лишь утешительной сказкой, которая передавалась из поколения в поколение.

Впрочем, из любого правила существует исключение и четверо игроков показали себя неплохо, найдя способ покинуть испытание. И, пусть они не получили главный приз, но сохранили личности. Причём, что характерно, ни один не вернулся…

Напоминание о задаче…

Чжи Дао был девять тысяч двести восемьдесят четвёртым кандидатом, а значит, оставалось меньше трёх тысяч тел, доступных для вселения. Что будет, когда последний из игроков потерпит поражение? Бай Чунван не был уверен, однако в те недолгие моменты, когда к