уже нож, Гата, это смешно. Между прочим, Фальк нашёл способ, как избавить нас от проклятия, а ты ему тут угрожаешь. Нехорошо.

— Впервые об этом слышу, — холодно ответила эльфийка.

С одной стороны, меня сильно напрягал нож у горла, а с другой, женщина вынужденно прижималась ко мне всем телом, что не могло не вызвать приятных ощущений. Всё-таки фигура эльфийки была традиционно идеальной, да и пахло от неё какими-то вкусными цветами и цитрусами.

— Просто я не успел об этом рассказать — смутился гном. — Но поверь, у нас теперь есть решение. Непростое, но вполне реализуемое.

— Допустим, — уже мягче сказала женщина. — Но это не отменяет наказание за нападение на Королевский Дворец. — Она посильнее прижала нож, и я увидел системное сообщение о потере пятидесяти единиц здоровья. — Ничего, отправится на точку возрождения, подумает над своим поведением.

Ага, только ощущения от перерезанного горла, это отнюдь не то, что я хотел бы попробовать на себе. Даже если я готов признать свою вину, то отправиться в зону возрождения предпочёл бы каким-нибудь менее болезненным способом.

— Не глупи, ты даже не выслушала всю его историю, — не согласился гном. — А если убьёшь сейчас, то и не выслушаешь.

К счастью, Гатаниэль признала правоту Фрама, спрятала нож, и всю дальнейшую дорогу я рассказывал ей о том, как мы с принцессой попали в Ледяной Ад и случайно выпустили из него двух злодеев. Разумеется, очень коротко, в общих чертах, и постаравшись свести своё участие в освобождении магистра к минимуму.

— Магистр Ильфур, — процедила эльфийка. — Я была с ним знакома, очень неприятный тип. Все вздохнули спокойно, когда он сгинул в Ледяном Аду, особенно, когда узнали, для чего он на самом деле придумал это испытание.

— И для чего же? — заинтересованно спросила Пинки.

— Магистр пытался заполучить Кристалл Рока — древний артефакт, способный ограничивать силу не только людей, но и божеств. Для этого он создал Деревянные Мечи, соединил их с порталом, и стал отправлять воинов на бой с Ледяным Лордом, поскольку сам рисковать не хотел. Параллельно с этим он готовил переворот в Эллендриле, желая сместить Короля, поскольку был недоволен смягчением расовой политики.

— Люди в ошейниках? Да, наслышан, — вспомнил я оговорку Магистра.

— Магистр Ильфур считал, что люди — это низшие существа, годные лишь на то, чтобы служить эльфам, — кивнула эльфийка. — Поэтому его совершенно не устраивала политика Короля, направленная на сближение с Империей. Когда планы Ильфура вскрылись, магистр сбежал в Ледяной Ад, очевидно, решив добраться до артефакта сам и там и сгинул. После этого все Деревянные Мечи, являвшиеся ключами к порталу в Ледяной Ад, уничтожили, оставив на память только один меч, сломанный в битве с Ледяным Лордом одним из воинов.

Эта история не совсем соответствовала тому, что нам рассказал сам Магистр, но в целом объясняла всё произошедшее в Ледяном Аду. Магистр Ильфур изначально хотел заполучить кристалл, и мы ему помогли это сделать, пусть и спустя сотню лет. Чувствую, у семьи Ариэллы благодаря мне скоро начнутся очень серьёзные проблемы, если уже не начались.

Очевидно, о том же подумала и эльфийка.

— Мне срочно нужно вернуться в Эллорию, — заявила она, вытащив из инвентаря свиток телепортации.

— Сейчас поднимемся наверх, и лети куда хочешь, — осадил её Фрам. — Мы всё ещё на территории форта, тут телепорты не работают, только зря свиток потратишь.

И здесь запрещены телепорты? У меня складывается такое впечатление, будто артефактов, ограничивающих телепортацию, в игре уже стало больше, чем самих телепортов. Хотя, это что-то новенькое, ведь обычно свитком просто нельзя воспользоваться, а тут телепортация сбивается и свиток всё равно тратится. Похоже, я как обычно не успевал следить за всеми изменениями в мире Арктании. Игры старого образца хотя бы обновлялись «патчами»[66], описание которых всегда можно было прочитать и понять, что же именно изменилось, а Арктания развивалась иначе, совершенно непредсказуемо и стремительно.

— Осталось недалеко, — заверил Фрам, желая успокоить эльфийку.

— Ты же говорил, что не успел ещё вывести подземный ход за территорию форта, — напомнил я.

— Есть такое, — подтвердил гном. — Поэтому придётся вылезать на открытое пространство перед фортом и дальше прорываться с боем.

— А у тебя не будет проблем из-за подземного хода?

— Да плевать, — отмахнулся Фрам. — Я думаю, пора нам покинуть это место. Попробую убедить Амину и Корна, остальные уже согласны. Найдём себе новое пристанище где-нибудь на западе Империи и будем спокойно искать ингредиенты для лекарства от проклятия.

— Не торопитесь уезжать. Я не успел рассказать, что мне как аристократу полагается земельный надел, и я уже почти договорился, чтобы этим наделом стала Келевра. Правда, это было до того, как я узнал, что из неё сделали форт.

— Это же здорово! — обрадовался гном. — Не важно, форт это или деревня, если ты станешь владельцем Келевры, то сможешь устанавливать свои правила, и военные станут твоими гостями, а не наоборот. А что значит «почти договорился»?

— Я ещё не выполнил все условия, — уклончиво ответил я. — И не собрал необходимую сумму.

Объяснить гному требование Реника Фудре было бы довольно проблематично, всё-таки концепция реального мира в Арктании под условным запретом. Раньше персонажи вообще становились глухими в тот момент, когда кто-либо из игроков начинал о нем говорить, но теперь есть Ариэлла, которой Сергей явно смог что-то рассказать о реале. То ли это она настолько особенная, то ли правила игры постепенно смягчались. Так же, как раньше «неписи», то есть, местные, практически не оперировали такими понятиями как «уровни», «характеристики» и «инвентарь», а теперь говорят на том же языке, что и игроки. Наверное, это какая-то виртуальная эволюция?

Тем временем мы дошли до тупика, в котором железной спиной к нам стоял механический «краб» и увлечённо сверлил землю. Беззвучно работал бур, а горелка сминала и превращала землю в ту самую гладкую чёрную поверхность, из которой состояли стены всего прохода.

— Ну всё, дальше только наверх, — констатировал Фрам. — Правда, нужно быть готовыми к тому, что нас там встретят.

Он подошёл к «крабу», откинул крышку на спине и потыкал какие-то кнопки. Механизм сменил направление работ, подняв манипуляторы вверх и начав сверлить потолок перед нами.

— А нас тут не засыплет? — подозрительно спросил я.

— Обижаешь, эти стены выдержат