— не сдался он. — Её задачей было простое наблюдение за вами — как-никак, вы несомненный гений магии и в будущем, мы уверены, внесете огромный вклад в развитие и укрепление могущества Империи. И нам бесконечно жаль, что произошло подобное недоразумение — никто не ожидал, что госпожа Анна будет до сих пор помнить и злиться за ту давнюю историю с вашим отцом… Но это не повод присваивать государственную собственность! В конце концов, вы же разумный человек, Аристарх Николаевич — скажите, что вы хотите взамен на их возврат, и постараемся прийти к взаимовыгодному компромиссу.

Сдался, наконец. Упрямый попался засранец — никак не хотел предлагать чего-то стоящего за требуемые им предметы, норовя отделаться обещаниями компенсировать когда-нибудь потом… Желательно после войны. Интересно, что они затевают, раз им столь срочно нужны эти два предмета? Надеюсь, не новую попытку покушения на меня? Хотя чего это я — даже до нас дошли слухи, какой разнос устроил псам Императора Старик. Добрынин, несмотря на всю свою дружбу с шефом этой конторы, церемониться не стал. Голикову досталось весьма знатно… Главнокомандующий даже прилюдно пригрозил, что ещё одна такая выходка в его войсках — и псы Императора отправятся в первых рядах штурмовать циньские позиции.

Разумеется я не обольщался насчет причин вмешательства Старика. Дело было не во мне лично — мы друг другу никто, нас ничто не связывает. Просто произошедшее широко разлетелось сперва по нашему лагерю, а затем, как я понимаю, ушло дальше, к основным войскам. И не отреагировать, причем публично, на подобное главнокомандующий не мог — волнения и атмосфера недоверия среди Старших Магистров и Архимагов, которые вполне могли решить, что могут стать следующими (сильный аристократ без скелетов в шкафу чуть меньшая редкость, чем девственница в борделе). Убийца Тайной Канцелярии нападает на раненного героя битвы за Тойск, прямо в лагере! Уж я и мои люди постарались, что бы эта новость разлетелась как можно скорее…

А так как никаких официальных обвинений мне никто предъявить не мог — ну не было у них официальных средств давления на меня — то Тайной Канцелярии оставалось лишь одно. Всеми силами валить всё на то, что это было собственное решение Полянской, которая, кстати, никакого отношения к Тайной Канцелярии не имеет. Однако шила в мешке не утаить — о связи этого Рода со всемогущей тайной полицией и контрразведкой по совместительству знало не так уж мало высокопоставленных магов. И уже они распространили эту информацию среди остальных…

В общем, у Старика был выбор между падением боевого духа и сплоченности армии ценой замалчивания ситуации или, что ещё хуже, поддержке псов Императора и тем, что бы публично показать, что он своих подчиненных и соратников в обиду не даст. И выбор Добрынина был очевиден. Канцеляристы тоже отделались легким испугом — о том, что бы кто-то из них был наказан, никто не слышал. А вот Полянским, и особенно Анне, досталось сполна — именно она стала основным козлом отпущения.

Слух о неудачной интрижке с моим отцом, из-за которой всё и произошло, был принят на ура. И с каждым днем обрастал всё новыми подробностями, домысливаемыми, а иной раз и откровенно выдумываемыми людьми. Мне даже было немного жаль её мужа, за спиной которого теперь шептались, что его жене до сих пор интересней мертвый любовник, бросивший её десятки лет назад, чем живой муж…

— Компромисс, безусловно, возможен, — согласился я. — И я готов отдать оба этих предмета — но только если вы отдадите мне все артефакты той группы циньских магов, что вместе с Намгун Мином пала от моей руки под Тойском. Эти трофеи тоже были похищены, пока я был занят тем, что выигрывал сражение. И я бы очень хотел их вернуть назад.

— Это возможно, — кивнул канцелярист. — Более того, мы можем провести обмен прямо сегодня.

— Тогда буду ждать вас с моими трофеями, — встал я с кресла. — А сейчас — не смею вас более задерживать. Уж не взыщите сударь, но у меня ещё много дел. Да и у вас, наверняка, тоже.

— Безусловно, господин Николаев-Шуйский, — церемонно поклонился он. — Хорошего вам дня.

Когда канцелярист покинул здание, я вздохнул с облегчением. Итак, всё прошло даже лучше, чем я рассчитывал в самых смелых надеждах. Семь дней минуло с момента моей схватки с Поляниной, и я уже подходил к финальным стадиями исцеления. Анну удерживать в плену до выкупа у меня, разумеется, не вышло — да я и не сильно рассчитывал, хотя и надеялся. Однако кто позволит подобное сейчас, в военное время? Если бы не тяжесть ситуации и наши с ней седьмые ранги, нас бы за подобное отдали под трибунал. Причем обоих — а там уж, как говорится, суд разберется, на чьей стороне правда…

Но хоть до трибунала и не дошло, но приказ отпустить её пришел уже через пару часов после того, как я заявил в штабе о произошедшем. Сахаров отчитался Старику и тот немедленно велел прекратить это безобразие. Спорить и возражать было бы слишком неразумно и по детски, да я и сам, окончательно остыв от всего произошедшего через пару часов после посещения штаба, склонялся к тому, что бы не выделываться сверх меры и отпустить её. По здравому размышлению пришедшая сгоряча мысль держать её в плену до выкупа показалась мне глупостью.

Из хороших новостей — оскандалившись, псы Императора точно на некоторое время от меня отстанут. Слишком много уже ляпов у них было со мной, и с каждым разом это обходилось им всё дороже. Уже очевидно, что имеющимися здесь силами они меня едва-ли сумеют устранить, во всяком случае незаметно. А рассчитывать на подмогу из столицы им явно не приходилось — ситуация с боярами требовала держать в столице всех лучших боевиков Канцелярии. Так что на некоторое время меня оставят в покое… А дальше поглядим.

Вторая хорошая новость — вместе с посланником моих, скажем так, недругов сюда вернулся и Смолов. Причем вместе со «Змеем», что не могло не радовать. Вместо него в основное войско, к супругу, отправляется Анна — видимо, Старик решил не рисковать, оставляя в одном лагере моего Петра и Вадима Полянского, мужа Анны. Две хорошие новости в одной — и мой шпион наконец отправится туда, где сумеет заняться порученной ей миссией, и вернулся мой Старейшина с крейсером. Что Смолов, что «Змей» значительно превосходили силами покидающую нас аристократку, так что