то – вряд ли. Потому что Поземелье расширялось постоянно. Количество людей росло, требовалось новое жилье, новые коммуникации, новые ресурсы. Слава Богу (в отличие от верхних сестер-гражданок, свободные люди Подземелья старались придерживаться древней веры в единого Бога-отца), недра северных гор пока могли предоставить все возможности для расширения жизненного пространства.

Всякий раз, спускаясь в зону трудней, Рони Йор поражался тому, насколько она не похожа на все остальные зоны. И дело тут было не только в размерах или сложной структуре. Просто жизнь здесь была совершенно иной. Может быть потому, что иным был род деятельности трудней? Ведь как ни крути, а только благодаря им Подземелье имело все необходимое. И при этом именно зона трудней находилась глубже всех остальных от поверхности. Казалось бы, чистая формальность. Любой трудень имел точно такие же возможности бывать наверху, что и, к примеру, Рони Йор. Но… Вот именно, что «но». Возможности имел, но использовал их гораздо реже. Когда человек много и тяжело работает физически или умственно, у него редко остаются силы и время подняться наверх, увидеть солнце или звезды и подышать вольным свежим воздухом.

Коридоры и переходы были здесь гораздо шире и освещены более ярким, чуть ли не режущим глаза светом. И днем, и вечером тут не утихал шум и суета. Днем эта суета и шум были деловыми, рабочими. Вечером – пьяными и разбитными. Если днем шумели многочисленные механизмы и машины, то вечером – отовсюду гремела музыка и часто слышались пьяный женский смех и азартные крики разгоряченных игрой и выпивкой мужчин.

Большинство трудней отдыхали самым незамысловатым способом (как, впрочем, сотни и сотни поколений работяг до них), при котором основными компонентами восстановления сил являлись крепкое спиртное, женщины из гурта, азартные игры и обыкновенный сон.

Правда, те, кто помоложе, все чаще предпочитали выпивке усиленные занятия спортом и боевой подготовкой. И не мудрено. Практически все молодые трудни – до тридцати – тридцати двух лет – входили в партию Хрофта Шейда и собирались любой ценой и в прямом смысле слова завоевать себе место под солнцем еще при жизни их поколения. И чем раньше, тем лучше.

Надо отдать должное Хрофту, размышлял Рони Йор по дороге к месту их встречи, что он провел колоссальную подготовку. Другой бы на его месте, пользуясь бешеной энергией и малоуправляемой агрессией, свойственной молодости, давно бы наломал таких дров под лозунгом «Солнце или смерть», что сестрам-гражданкам осталось бы только взять нас голыми руками без всякой войсковой операции. Умен лидер трудней, умен, ничего не скажешь. И эмоции в узде держать у него получается. Да и все остальное тоже. И ведь не так много времени прошло. Два года, кажется? Нет, чуть больше. Но все равно. Два с лишним года и – на тебе. Отлично подготовленные боевые отряды, оружие, боеприпасы, снаряжение, вера в победу. Все есть. Осталось только окончательно утвердить план. Чем мы прямо сейчас и займемся. Потом, конечно, надо будет начать бой и выиграть его, но это уже совсем другая история.

Основная нагрузка по разработке плана нападения на город легла на Рони Йора, что было вполне понятно – как-никак старший офицер оперативного отдела Штаба. Кому же, как не ему, разрабатывать подобные планы! И эта работа отняла, естественно, несколько больше времени, чем думал Хрофт Шейд, который был силен во многих вещах, но ничего не понимал (да и откуда бы ему?) в оперативных разработках.

Пока Рони трудился над картой, стараясь учесть все: время, особенности местности, силы противника и его вооружение и ломал голову над тем, как недостатки собственных сил превратить в преимущества, Хрофт подчищал последние огрехи в организации и вооружении своей молодой, рвущейся наверх, «подземной» армии и вел напористую агитацию среди хватов и пластунов с тем, чтобы те поддержали боевые отряды трудней в нужный момент.

Это было совершенно необходимо, так как никто лучше хватов и пластунов не знал город и его окрестности. Впрочем, как оказалось, и агитировать особо их было не нужно.

Особенно хватов.

Пластуны, в отсутствие своего харизматичного командира, больше отмалчивались или высказывались в том смысле, что вы, мол, сначала точную дату назначьте, а там видно будет.

Хваты же идею внезапного захвата города приняли на «ура» и тут же согласились сотрудничать во всем и лично провести боевые отряды трудней во все известные им жизненно важные центры города.

Возможно, подобная активность хватов была обусловлена еще и тем, что Бес Тьюби, уходя в рейд, чуть не отправил во время дуэли на тот свет Симуса Батти. Последний хоть и не был у хватов главным начальником, но все же пользовался большим и заслуженным уважением. Хваты всегда соперничали с пластунами и чаще всего в этом соперничестве проигрывали. А тут мало того, что Тьюби при всей своей харизматичности и авторитете явно перегнул палку (где это видано – не только отбить у хвата его законную добычу, но еще и чуть жизни его из-за этой добычи не лишить!), так еще и представлялся случай раз и навсегда обойти сомневающихся, временно оставшихся без своего лидера, пластунов по всем позициям и доказать, кто на самом деле крут, а кто лишь по недоразумению таковым кажется. Конечно, – риск был большой, и на карту были поставлены не больше не меньше, а жизни каждого. Но зато и выигрыш в случае удачи и победы, превосходил всякое воображение.

В разработку плана Рони Йор вложил все свое умение и талант.

Разумеется, как только стало ясно, какой сложности задача его ждет, пришлось забыть не только о посещении гурта, но даже частично о сне и еде. Слишком много малоизвестных, а то и вовсе лишь предполагаемых параметров следовало между собою увязать в единую картину.

Основная мысль была ясна с самого начала: успех могла принести только полная внезапность.

Это первое.

И второе.

В городе на момент нападения не должно было находиться никаких вооруженных сил сестер-гражданок, кроме полицейских. А это, в свою очередь, значило, что удар следовало наносить в тот самый момент, когда армия и Служба FF начнут войсковую операцию против них, свободных людей Подземелья. И тут невероятное по важности значение приобретал временной фактор.

Чтобы вступить в смертельную игру не рано и не поздно, а именно в единственно возможный момент.

Да, все так.

По науке и по умению.

И он, Рони Йор, вложил в этот план и всю, известную ему воинскую науку, и все свое