— Да вот, решил попробовать, — пожал он плечами, — Навыки и ум есть, а закон позволяет пропустить несколько лет обучения. Жить я буду долго, деньги у меня есть, а заниматься чем-то надо. Скажем так, за годы работы на «другого человека», я многое в жизни пропустил. Вот буду наверстывать.

— Ну, удачи!

Он кивает, и на том мы расходимся. Интересная арка у Безымянного! Интересно к чему приведёт.

Дальше я зашёл реально не в допросную, как ожидалось, а в кабинет Тихонова.

— Что я опять сделал?.., — вздыхаю, — Закон не запрещает использовать биологическое оружие на демонов в Бездне!

— Что?.., — покосился он, — Нет, я просто хочу сообщить о результатах расследования.

— А… ок.

— Я уже сообщил об этом твоим родителям, но хочу сообщить тебе лично. Ты уже вполне себе умная боевая единица, и тебе же с этими проблемами, возможно разбираться.

— С какими ещё проблемами? — вздыхаю я, — Можно без проблем?..

— В теории можно. Но с тобой никакая теория не работает. В общем, заказчиком действительно был тот исключенный парень, а точнее — мать. Её и посадим. Меня больше всего смущает… — хмурится он, — Что в нашем городе можно найти каких-то, я извиняюсь, моральных ублюдков, готовых убить ребёнка. Это же абсурд! Но это есть, и я хочу тебя об этом предупредить. Возможно, ты ещё как-то с ними столкнёшься.

— Да уж… — вздыхаю я, — Новости так себе.

— Прости. Мы стараемся, но… не всех удаётся так легко выловить. У нас нет власти повязать всех просто так, а следить за ними… они хорошо научились скрываться и не попадаться. Нет смысла гидре голову рубить — сердце надо. А сердце не найти. Как-то так, — качает он головой.

Я хмурюсь. Идиотская ситуация. Меня напрягает не то, что меня смогут заказать, а что такие уроды в принципе есть. Они ведь реально чуть двух детей не убили — за мной шли и в Катю стреляли.

А как даёшь им отпор — они ноют и умоляют остановиться. И ты смотришь в их жалкие… никчёмные глаза, и задаёшься вопросом: «Неужели они не понимают, что шли делать ровно то же с ребёнком?». Если это ломает ИХ, взрослых…

То что будет с нами, детьми?

— То есть, вам нужна слежка, да?.., — пробубнил я.

— М? А что ты хочешь…

Я залезаю во внутренний карман пиджака и достаю оттуда… крысу. Пучеглазый грызун, не ожидав такой столь скорой высадки, встал на задние лапки и начал непонимающе лупкать.

— И что это?.., — спросил Тихонов.

— Крыса, — показываю я на крысу.

— Нет. Я вижу, что это крыса. Во-первых, почему ты её таскаешь во внутреннем кармане?

— Запаска.

— Ох… ладно, не буду лезть в твои странности. Полжизни не хватит, чтобы в них разобраться. Ты лучше скажи, к чему ты её достал?

— Это очень умная крыса — она сможет наблюдать и докладывать. Если ваши, как вы говорите, подозреваемые обитают в неблагополучных районах, крыс там может быть предостаточно. Кто заметит одну единственную?

— Нет-нет, Михаил, ты не понял, — помотал он головой, — Если бы всё так было просто, мы бы уже давным-давно всех переловили! С развитием магии развиваются и методы защиты от неё. Если там появится какое-то отслеживающее заклинание или фамильяр, как в твоём случае…

— Нет, нет, нет, это ВЫ меня не поняли, — сказал я, — Это, ну, буквально крыса. Просто крыса. Не фамильяр. Не магия. Не иллюзия. Ну, типа… крыса, — снова указываю я на неё, — Она либо мне сообщать будет, либо вам.

Карманный крысюк глянул на Тихонова и быстро закивал.

Тихонов на меня вновь покосился. Он ещё раз посмотрел на крысу, которая забавно сидела на попе, а затем снова на меня.

— И зачем тебе это, Михаэль? Тебе ведь достаточно просто отсюда переехать. Помогать нам вовсе не обязательно — то ведь наша задача и наша проблема! И всё же ты добровольно вызываешься помогать. Почему?

— Ну… — протянул я, — Не знаю. Что-то есть во мне такое… СпРаВеДлИвОе, — пожимаю плечами, — Ну а ваще просто хочу страданий плохих людей.

Тихонов в очередной раз недоверчиво глянул на крысу, секунд десять хмуро на неё поглядел, а затем выдохнул.

— Что ж, ну раз так… Приятно иметь с вами дело, господин грызун. Будете выступать в роли анонимного осведомителя.

Он протягивает мизинчик, на что крыска пожимает его маленькой лапкой.

Вот и начало нового подразделения… Первого Крысиного.

— Ну, раз это не твой фамильяр а разумный зверь, то контрактов не будет, оплаты тоже. Но как-то неудобно. Чем им платить? — спрашивает напоследок лейтенант.

— Сыром.

— Ну, сыр — это организуем… как раз конфискат из Европы есть…

Я киваю и, вроде как закончив все дела, открываю дверь, чтобы выйти, но не тут-то было! Меня останавливает… Барон.

А если точнее, его туша, влетевшая в стену.

— Бомжара, ёп твою мать! Ты издеваешься⁈ — орали ему из обезьянника, — Ты сказал, что сам дойдёшь!

Грима на нём не было, цилиндра тоже. Да и грязный весь — на Барона не похож. Но это он.

Я аккуратно выглядываю. В натуре Суббота. Вот он, валяется. Он приоткрывает один глаз и смотрит на меня. Я смотрю на него.

— Михаэ-э-э-эль! — радостно и реально по-бомжацки протянул он, — А я думал ты сдох!

— Поэтому из запоя не выходите?

— Я поминал!

— Вы год назад начали!

— А я заранее! Вот насто-о-о-лько тебя люблю!

Я закатываю глаза и поворачиваюсь на Тихонова.

— Можно этого забрать? — указываю на Барона.

— М? — отвлёк я лейтенанта от почёсывания крысиного пузика, — А, да, забирай. За питьё и секс в общественном забрали, уже отсидел.

Я вздыхаю, качаю головой и подхожу к чёрному мужчине. Ну ща он белый из-за побелки, но не важно.

— Подъём, алкоголик! — помогаю ему подняться, — Учиться пошли. Я тебя третий месяц ищу!

— А-а-ай, мой хороший, — он вообще не стеснялся и полностью на меня облокотился, второй рукой махая полицейским на входе, — Adios, pedrilas!

Ох… ну за что мне это всё…

А ещё я слышу, как ко мне принюхиваются. Да ну бо-о-оже…

— Хм… Михуэллио, чем от тебя воняет?

— Тем, что