что вы мне принесли, — пожала я плечами. — Давайте посмотрим.

Братья бросились открывать коробки с таким рвением, будто от этого зависела их жизнь.

Первая коробка — с овощами. Я заглянула внутрь и довольно кивнула: молодой картофель, морковь, лук, несколько головок чеснока, сочные помидоры, хрустящий салат, пучок зелени и даже пара перцев — красного и жёлтого, ярких, как драгоценные камни.

— Хороший набор, — похвалила я.

Вторая коробка оказалась мясной. Домашние колбасы — копчёные и сырые, аппетитно пахнущие специями. Несколько яиц, аккуратно уложенных в солому. Кусок масла, завёрнутый в прохладную ткань. И глиняный кувшин с парным молоком — ещё тёплым, видимо, только от коровы.

— Откуда это? — удивилась я. — Здесь же вокруг ни одного хозяйства.

— Свои запасы, — коротко ответил генерал. — Поделились.

Третья коробка была самой большой. Крупы — гречка, рис, пшено, овсяные хлопья, всё в мешочках с завязками. Мука — белая, тонкого помола, в холщовом мешке. И отдельно — большой круг сыра, желтоватого, с дырочками, пахнущий так вкусно, что у меня потекли слюнки.

— Ну, господа, — я обвела взглядом своих неожиданных гостей, — выбор богатый. Но готовить будем быстро, потому что все голодные. И потому что, — я покосилась на принца, который молча стоял у окна, скрестив руки на груди, — кое-кто, кажется, не привык ждать.

Уильям даже бровью не повёл.

— Я предлагаю пиццу, — решительно заявила я.

— Пиццу? — переспросил Хомяк, смешно наморщив лоб. — А что это?

— А это, дорогой мой, — я уже засучивала рукава платья, — самое гениальное изобретение человечества. Тесто, начинка, сыр — и всё это запекается до хрустящей корочки. Быстро, вкусно, и пальчики оближешь.

Братья переглянулись с явным сомнением, но спорить не решились.

— Нужны дрова, — сказала я, осматривая печь. — И вода. И посуда.

— Дрова будут, — кивнул генерал и махнул рукой братьям. — Во дворе должны быть остатки поленницы. Проверьте.

Те выбежали, чуть не сбив друг друга с ног.

Я принялась разбирать продукты, раскладывая их на столе. Мука, яйца, масло, соль — для теста. Помидоры на соус. Колбаса, сыр, перец — для начинки.

— Помочь? — раздался низкий голос совсем рядом.

Я вздрогнула. Принц Уильям стоял в двух шагах, и его синие глаза смотрели на меня с непроницаемым выражением.

— Справитесь? — вырвалось у меня язвительное.

Он чуть приподнял бровь.

— Рискну.

Я фыркнула и протянула ему нож.

— Тогда режьте колбасу. Тонкими кружочками. И не вздумайте испортить — продукты.

Уильям взял нож, и я на секунду залюбовалась, как уверенно его рука легла на рукоять. Боец. Привык к оружию.

Очнувшись, я поспешно уставилась в миску с мукой.

Глава 10. Бизнес

— Ну давай, Лиззи, — шептала я. — Услышь что-нибудь.

Призрачная девочка летела над дорогой, невидимая для живых, но я почему-то чувствовала её присутствие где-то там, впереди.

Генерал Вектор и принц Уильям шли впереди солдат. Стражники плелись сзади, перетаскивая пустые коробки и перебрасываясь шуточками.

— Нет, ты видел, как она тесто месила?..

— А запах! Я бы ещё съел, хоть сейчас!..

Но принц и генерал не обращали на них внимания. Они шли чуть поодаль и разговаривали вполголоса.

— Эта девушка точно не воин!

Принц Уильям шёл рядом, задумчиво глядя под ноги. Он размышлял.

— Да, — произнёс наконец. — Ты прав. Она не воин. Но... — он поднял взгляд на генерала, — она и не та, кем должна быть.

— В смысле?

— Она на удивление не обучена этикету, — пояснил принц. — Совершенно не похожа на дочь графа Вильямса. Не жеманна, не капризна, не высокомерна. Она простая. Искренняя. И странная.

Генерал пожал плечами.

— Может, в детстве её плохо воспитывали? Граф Вильямс известный затворник.

— Нет, — Уильям покачал головой. — Что-то тут совсем не так. Это не его дочь. Точно тебе говорю.

Лиззи, парящая над их головами, замерла.

— Можешь узнать, кто эта девушка на самом деле? — спросил принц, поворачиваясь к генералу. — Тайно. Никто не должен знать.

Вектор кивнул, принимая приказ.

— Есть, ваше высочество.

Они прошли ещё несколько шагов в тишине. Потом Уильям заговорил снова, и в его голосе появились холодные, расчётливые нотки.

— Скоро день рождения королевы. Большой приём во дворце.

— Я в курсе, — кивнул генерал.

— Если я возьму её на этот праздник, — продолжил принц, — она проявит верх неумения вести себя в обществе. Это неизбежно. Девушка, которая не знает этикета, не умеет кланяться, не разбирается в титулах... она опозорится. И все увидят.

Вектор слушал внимательно, не перебивая.

— Таким образом, — голос Уильяма стал ещё жёстче, — можно будет получить развод. Великая королева-мать не позволит, чтобы девушка, не знающая элементарных правил поведения, взошла на престол рядом с её внуком.

— Разумно, — согласился генерал.

— А если ещё выяснится, — добавил принц, останавливаясь и глядя прямо перед собой, — что она не благородных кровей. Самозванка. Подстава от Вильямса. Тогда это не просто развод. Это крах всей их семьи. Идеальный способ избавиться от них раз и навсегда.

— Однако, ваша светлость, — голос генерала Вектора доносился сквозь шум ветра, который Лиззи с трудом разбирала, паря над дорогой, — девушка невероятно красива и мила. Я не ожидал.

— Именно это и может таить опасность, — ответил принц холодно. — Не забывай: её семья — наш враг. Красота и милота — лучшее прикрытие для убийцы.

— Но она же...

— Вектор, — перебил Уильям, и в голосе его зазвенела сталь. — Я знаю, что делаю. Не позволяй внешности обмануть тебя.

— Слушаюсь, — тихо ответил генерал, и их голоса стихли, заглушённые расстоянием.

Элизабет закончила рассказ и уставилась на меня своими голубыми глазами.

Я сидела на лавке, обхватив голову руками.

— Но он прав, — простонала я. — Он абсолютно прав! Я же совершенно не знаю этикета! Я даже не помню, что такое реверанс! А на балу будет куча народу, все эти герцоги, графини, придворные дамы с их веерами и сплетнями... Я опозорюсь! Опозорюсь на дне рождения королевы и получу развод! А потом меня выселят отсюда, и я останусь на улице, в этом мире, одна, без денег, без...

— Мари! — Лиззи звонко хлопнула в ладоши прямо перед моим лицом. — Прекрати паниковать!

Я замерла, уставившись на неё.

Девочка-призрак улыбалась. Хитро, довольно, с огоньком в глазах.

— По поводу этикета можешь не беспокоиться, — заявила она, гордо вскинув подбородок. — Этот этикет, которому сейчас учат всех этих напыщенных дурочек при дворе, был в своё время придуман мной!

Я моргнула.

— Что?

— Я лично вводила нововведения! — Лиззи аж светиться начала от гордости. — Ещё когда была живой. Я обожала балы, приёмы, все эти церемонии. И я придумала новые правила реверансов, очередность тостов, даже то, как правильно подавать руку кавалеру! — Она всплеснула руками. — Это было