— Практично, — кивнул Барни. — У нас демократично, но есть правила. Вступительный взнос — 1 серебро. Чтобы отсеять случайных. Ну и глянем статы, экипировку, поймём, как тебе помочь.

«1 серебро». У неё было 67 медяков. 100 медяков = 1 серебро. В горле встал ком.

— Серебра нет, — тихо сказала она.

На лицах Барни и Лоры дружелюбие не исчезло, но стало казённым, словно они переключились на скрипт.

— Понятно. Ну, покажем тогда экипировку, — сказал Барни без энтузиазма.

Она открыла доступ к осмотру снаряжения.

Двое замерли, уставившись в пустоту перед собой — изучали её данные. Тишина стала густой, неловкой.

— Пятый уровень. Ловкость 8, восприятие 9, — пробормотала Лора. — В принципе, неплохие вводные для охотника.

— Но глянь на снаряжение, — перебил её Барни, и в его голосе впервые прозвучало лёгкое раздражение. — Лук в хлам. Всё надетое — крафтовый хлам. Ни одного предмета из магазина. Ни одного знака доната. — Он посмотрел на Лунарию прямо. — Ты вообще планируешь вкладываться? Хоть немного?

Она молчала. Что она могла ответить?

Барни тяжко вздохнул, откинувшись на спинку стула.

— Понимаешь, в чём дело. Мы — гильдия для роста. Но рост требует ресурсов. Фармить с абсолютного нуля — это тяжело и для тебя, и для тех, кто будет с тобой в группе. Они будут тащить тебя неделями, пока ты нафармишь на первый нормальный лук. Это убыточно. Для всех.

Он говорил не зло. Он говорил разумно. И от этого было невыносимо больно. Её оценили, посчитали и признали убыточным активом.

— Подкачаешься, появится стартовый капитал — приходи. Ок? — он закончил разговор, даже не дожидаясь её ответа.

[Барни] закрыл доступ к осмотру вашего снаряжения.

[ПРИГЛАШЕНИЕ В ГИЛЬДИЮ ОТКЛОНЕНО.]

Она встала. Ноги были ватными. Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и вышла из палатки. Солнце ударило в глаза. Она слышала, как за её спиной Лора сказала:

— Бедная девочка. Выглядит так, будто её ограбили.

— Реальность, сестрёнка, — вздохнул Барни. — Без вложений или мощных друзей здесь делать нечего.

— Жалко. В её статистике есть что-то нестандартное. Высокое восприятие для такого уровня.

— Жалко, конечно. Но статистика не купит ей лука. Держи, глянь, какой у неё лук, я скрин сделал. Умора.

Лунария замерла, не в силах сделать шаг.

Через секунду в локальном чате лагеря, который был виден всем в радиусе сотни метров, всплыло сообщение:

«[Барни]: [Ссылка на изображение] Народ, гляньте на этого милаху-охотника 5 лвла. Это не фото из 2005-го, это сейчас. Лук с прочностью 4, вся экипировка — крафт-хлам. Называю его „Бедная Лунка“. Предлагаю ввести моду на аутентичную нищету!»

Прикреплённый скриншот был крупным, чётким. На нём — её интерфейс с инвентарём. Простой лук в красной рамке (критический износ). Самодельные поножи. Пустые слоты. И её никнейм — [Лунария].

Чат взорвался.

«[ShadowStep]: ОМГ, это реально? Она что, с голыми руками на волков ходит?»

«[Мелисса]: Ай, как мило! Лунка, держи пару медяков на хлеб!» (следом летел виртуальный медяк, который она могла «подобрать» — самое унизительное).

«[KILLshot]: „Бедная Лунка“ — это новый мем? Уже сохранил. Буду кидать, когда кто-то просит в долг».

«[Броневик]: Эй, я её знаю! Это та самая, с которой мы по големам ходили!»

«[Эльмира]: @Броневик, точно она! Не поменяла лук, я смотрю!»

Сообщения понеслись лавиной. Десятки. Сотни. Смешки, «жалко», цитирование, предложения «помочь» (унизительной «милостыней»). Кто-то быстро нарисовал примитивный мем: грустная пиксельная девушка с луком и подписью «Лунка, иди покушать» (имелась в виду игровая еда за донат).

Лунария стояла на площади, как парализованная. В реальности Вика сглотнула ком, подступивший к горлу, и её веки дёрнулись в такт мелькающим насмешкам в чате. Система шлема, считывая стресс, вбросила в кровоток легчайшую симуляцию адреналина — кислый привкус во рту и холодок в животе. Это было не просто отвержение. Это было публичное растоптание. Её выставили на всеобщее обозрение как воплощение неудачи, как живую шутку.

Она видела, как игроки вокруг поворачивали головы в её сторону. Их взгляды уже не были пустыми. В них было любопытство, брезгливость, развлечение. Она превратилась в местную достопримечательность. «О, смотри, это и есть та самая Бедная Лунка!»

Она развернулась и почти побежала, пробираясь сквозь толпу. Сзади доносились выкрики:

— Эй, Лунка, не убегай! Сфоткаемся на память!

— Держи медяк, купи себе новую тетиву!

Она вырвалась за пределы лагеря и бросилась в лес, куда глаза глядят. Она бежала, пока полоска выносливости не стала алой. Она споткнулась о скрытый в траве корень, едва удержавшись от падения лицом в пыль. Поднялась.

Она подняла голову. [Лунария, ур. 5. Гильдия: Нет. Группа: Нет.] Над головой — пусто. Никто не пишет в личку. Никто не предлагает помочь по-настоящему.

Открыла чат. Мемы и насмешки всё ещё неслись потоком. Кто-то уже создал канал «Фан-клуб Бедной Лунки» с саркастическим описанием.

Её пальцы повисли в воздухе. Она могла написать что-то в ответ. Оправдаться. Попросить остановиться. Это дало бы им ещё больше пищи.

Вместо этого она сделала скриншот. Не своего инвентаря. А самого чата. Со всеми этими насмешками, мемами, «жалостью». Она сохранила изображение. Поместила его в отдельную папку в облаке. Назвала: «Стимул».

Потом она открыла настройки и одним движением отключила весь публичный чат. Локальный, региональный, гильдейский (если бы он был), общий. Мир погрузился в благословенную, абсолютную тишину. Остались только звуки леса, ветра и системные уведомления.

Тихо. Совершенно тихо.

Она поднялась. Подошла к дереву, с силой ударила по стволу кулаком в тактильной перчатке. Боль была смоделированной, но острой.

— Хорошо, — прошептала она, и голос звучал не как клятва мести, а как холодный стартовый сигнал. — Ваша модель мира: социальный капитал и финансовые вложения определяют ценность. Моя модель, как вы доказали, имеет отрицательное значение. Я принимаю вашу аксиому.

Она повернулась и пошла обратно в чащу. Не чтобы спрятаться. Чтобы работать.

— Я приму ваши правила. Я буду совершенным нулём. Нулевые траты. Нулевые социальные связи. Нулевые ожидания от других.

В её инвентаре лежала [Дубина с осколком]. [Мутный раствор]. [Колючая петля]. Не вещи. Доказательства. Доказательства того, что настоящая ценность скрыта от их слепых, зависящих от системы глаз.

— Но из нуля, — её голос стал твёрдым, как сталь, — рождается всё. И я создам из этого «ничего» то, что заставит вас всех задрожать.

Солнце палило беспощадно. Она хотела просто