с Исой к воротам, руками уперевшись в решетку по обеим сторонам от моей головы.

— Ты погибнешь, — выпалила я, еще крепче ухватив девочку.

На губах у него появилась улыбка. Искренняя улыбка, совсем непохожая на ту, которую я видела у него рядом с алтарем Матео.

Прежде чем я успела что-либо сказать, позади него появился мертвец и протянул к плечу мужчины бледную руку.

Я хотела предупредить его, прежде чем Камилло сможет коснуться его обнаженной кожи, но вместо этого просто крепче сжала пальцами плечи Исы, потому что от страха потеряла дар речи. Ее слезы уже полностью пропитали воротник моей блузки.

Внезапно раздался пронзительный крик боли, но исходил он не от незнакомца. Я осторожно заглянула ему через плечо — и замерла. Камилло исчез. Там, где его рука коснулась плеча мужчины, в черном плаще зияла дыра размером с кулак.

Недолго думая, я вытащила из-за пояса перочинный нож Матео и приставила лезвие к горлу неизвестного.

Потом осторожно ослабила хватку другой руки, которой держала руку Исы, но не отпустила ее. Я чувствовала, как она дрожит, и больше всего на свете мне хотелось ее успокоить.

— Сеньорита.

Мужчина проигнорировал нож, который я приставила к его горлу, и наклонился ко мне так близко, что я ощутила на коже его дыхание. Его голос звучал более мрачно, чем раньше. Более угрожающе.

— Или мне лучше называть тебя адмирадорой?

ГЛАВА 4

Адмирадора.

Мужчина перевел взгляд темных глаз на нож.

— Ты очень странно выражаешь благодарность, адмирадора.

Я крепче прижала лезвие к его горлу.

— Кто ты такой?

И услышала хрипловатый смех.

— Уверен, что ты сама можешь ответить на этот вопрос.

Я опять невольно задержала взгляд на его тонких, в форме полумесяца шрамах, заметных только вблизи.

Но не эти шрамы подсказали мне, кем он был. А то, что он знал, кто я такая.

— Нанауатль, — произнесла я чуть слышно его имя.

Мужчина не ответил, а подошел ко мне сзади и осторожно погладил Ису по волосам. Что-то внутри меня хотело оттолкнуть его руку, сделать так, чтобы он не прикасался к ребенку, но почему-то будто против воли я позволила ему это сделать. Потом медленно убрала лезвие от его шеи и засунула нож обратно за пояс.

— Наверное, для начала нам стоит отправить отсюда малышку, — предложил он.

И прежде чем я успела сообщить ему, что ворота заперты, он нажал на прутья решетки. В изумлении я чуть не наступила на Ису, когда ворота за моей спиной распахнулись.

— Кстати, я предпочитаю имя Нан. — Человек (или бог?) шагнул в сторону и прислонился к стене рядом с воротами, небрежно скрестив руки на груди. — Легче произносится.

Все еще совершенно ошарашенная, я повернулась к Исе и взяла ее за руку. И заметила, что она неотрывно смотрит на нашего спасителя. В ее округлившихся глазах была видна та же растерянность, что и у меня. Я отпустила ее руку.

— Беги к Марисоль, слышишь? С тобой все будет хорошо, миха.

Это была неправда. Что, если по дороге домой она встретит еще одну притаившуюся душу, что, если та к ней прикоснется? И тут я поняла, что никто из нас не в безопасности, если покойники действительно виноваты во всех этих смертях. А это наверняка было так. Сегодняшняя встреча была достаточным тому доказательством. Хотя мне все еще было трудно осознать то, что я только что увидела.

— А что будет с тем человеком?

Я не сразу поняла, что Иса имеет в виду мертвеца на кладбище.

— Я позабочусь о нем.

— А алтарь?

Я подняла бровь.

— Какой алтарь, родная?

— Ты можешь сделать алтарь для папы?

После всех этих событий на кладбище я уже совершенно забыла о вопросе, который она задала мне незадолго до них.

— Конечно.

Я заставила себя улыбнуться. Алтарь для души, которая уже никогда не сможет его увидеть.

— Может, ты захочешь мне в этом помочь?

Девочка с энтузиазмом закивала, повернулась и убежала в сторону деревни. И оставила меня наедине с богом.

Я глубоко вздохнула, затем повернулась к высокому незнакомцу и впервые стала более внимательно его разглядывать.

На нем была черная рубашка с серебряными застежками на груди, стянутая на талии поясом, узкие темные брюки и черная накидка почти до земли. На ногах простые сапоги до колен, на руках кожаные перчатки. Признаться, до этого я никогда не задумывалась о том, как должны выглядеть ацтекские боги. Но не ожидала, что они одеты так... по-средневековому. И вообще выглядят как люди. Интересно, это его истинный облик или обманное обличье?

— Нанауатль.

— Как я уже говорил, предпочитаю, чтобы меня называли Нан, адмирадора.

Плохо слушающимися пальцами я сняла с пояса немного флор-де-муэрто и прижала их к груди, защищаясь. Я понятия не имела, действуют ли они на богов, особенно после того, как увидела, что Камилло был к этим цветам невосприимчив. Но я действовала инстинктивно.

— А я предпочитаю слышать правду, бог.

— Не могу припомнить, чтобы я тебе лгал.

Я кивнула в сторону ворот:

— Это ты их запер, верно? Ты не хотел, чтобы мы убежали.

Нанауатль пожал плечами.

— В это время года происходят странные вещи. Кроме того, я спас вас, не так ли? — Он провел рукой по своим длинным, почти до плеч, волосам. — И по-прежнему жду признаков элементарной благодарности.

Этого он может дожидаться долго.

— Ты должен быть солнцем, — сказала я вместо этого. — Ты… На самом деле тебя больше не должно существовать.

— А ты не должна хвататься за оружие, адмирадора.

Бог слегка склонил голову набок и улыбнулся:

— Разве жизнь не была бы скучной, если бы мы всегда делали только то, чего ожидают от нас другие?

И тут я с беспокойством поняла, что этот бог не ответил ни на один из моих вопросов. По крайней мере, напрямую. Тем не менее я попробовала еще раз:

— Откуда ты знаешь, что я адмирадора?

Его улыбка исчезла.

— Я заметил, как ты смотрела на мертвеца у обрыва. Ты его видела.

Я закатала рукав блузки, чтобы обнажить свои шрамы.

— Я вижу мертвых с тех пор, как могу думать. Но ничего подобного, — я кивнула в сторону трупа, — я никогда раньше не встречала.

Бог на мгновение замолчал.

— Как ты считаешь, этот человек помнил, кем он был при жизни?

У меня перед глазами возник пустой взгляд Камилло, когда он смотрел на свою дочь. Я с трудом сглотнула.

— Нет.

— Тогда он имикка. И поэтому я здесь.

— Что?

— Потерянная душа, — объяснил бог. — Имикка — это те, кто преждевременно прерывает свое путешествие по Миктлану и поэтому не проходит все уровни подземного мира, как положено. И так как они не нашли покоя в смерти, их прикосновение убивает живых, а не наоборот.

Вот почему на груди мертвецов, с которыми я сталкивалась в последнее время, отсутствовала характерная черная дыра. Они не закончили свое путешествие по подземному миру.

Я посмотрела на дыру в плаще Нанауатля, образовавшуюся после прикосновения Камилло.

— Он растаял, когда к тебе прикоснулся, — медленно произнесла я. — Почему?

— Я бог, адмирадора.

Я еще крепче ухватилась за оранжевые цветы:

— Это не ответ на все вопросы.

Бог Солнца оторвался от стены и медленно подошел ко мне. С каждым его шагом я отступала, с ножом в одной руке и флор-де-муэрто в другой. Сердце так быстро забилось в груди, что я почти ощутила боль. Еще несколько секунд назад я считала, что Камилло был похож на хищника, но теперь я увидела еще более опасного. Это был голодный хищник, и он повсюду преследовал именно меня, свою единственную добычу.

— Ты боишься богов, адмирадора?

Его голос был похож на суровую пустыню под скалой. Опасный, непредсказуемый.

— Нет.

Раздался низкий смех, от которого у меня по спине пробежал холодок.