иногда она так делает, когда клиент какой-нибудь важный. Салон элитный, клиентов ничего не должно раздражать, а мастера ничего не должно отвлекать.

Решаю сходить, потому что тупо хочется спать после выпивки.

У стойки, где обычно дежурит администратор, пусто.

Я пару раз бывал у Илоны — по её просьбе завозил ей какие-то мелочи, забытые дома. И даже знаком с владельцем салона и некоторыми сотрудниками.

Поднимаюсь на второй этаж.

В здании тихо — практически все кабинеты уже закрыты. В длинном коридоре темно, но из-под двери помещения, где принимает Илона, видна тонкая полоска света.

Подхожу ближе к двери, заношу руку, чтобы постучать, и тут оттуда, из кабинета доносится громкий стон.

Нет, я, конечно, может быть и принял бы этот стон за выражение удовольствия от массажа, но… Во-первых, стон явно женский, и стон явно принадлежит Илона, все-таки приходилось слышать… Ну, и характерное ритмичное постукивание не оставляет шансов как-то иначе интерпретировать происходящее.

Не стуча, нажимаю на ручку. И дверь отворяется.

9 глава

— Отпусти! — с выражением шока на лице голая Илона пытается вывернуться из-под пузатого мужичка, который жарил её прямо на массажном столе. И вид у нее такой, словно он делал это против ее воли! Актриса…

Сконфуженный мужик с опадающим буквально на глазах членом опасливо дёргается в сторону своих шмоток, сложенных рядышком на кресле.

Вхожу. Осматриваюсь.

Хорошо устроились — музончик расслабляющий едва-едва звучит из колонки, на столике бутылочка вина и фрукты, дымятся ароматические палочки. Зашибись!

— Знаешь анекдот, — хмыкаю я, обращаясь к мужику. — Возвращается моряк из дальнего плавания, а его жена трахается в супружеской постели с любовником…

— Никита, прости! Я сейчас всё объясню!

— Мужик, — пузатый извиняюще смотрит на меня, с трудом попадая ногой в штанину. — Это ваши проблемы. Я тут ни при чем. Я заплатил за допуслуги и все дела, а замужем ли шлюшка или нет, салон инфу не предоставляет.

Пиздец, Илона, как низко ты пала.

— Да, не, ребят, меня там такси ждёт. Вы продолжайте, раз уж допуслуги оплачены.

Захлопывая дверь в кабинет снаружи, слышу, как Илона что-то там призывно кричит мне, как матерится мужик.

Навстречу несётся по лестнице администраторша.

— Простите, туда нельзя! — кричит мне испуганно.

Да я уже ТУДА сходил. Всё увидел.

Просто молча обхожу её и спускаюсь вниз.

Дааа, Воронец, ты и предположить не мог, что у тебя на голове уже ветвится давно…

Пиздец. Чо тут скажешь!

Но странным образом мне вдруг становится похуй.

И даже немного легче. Потому что я, придурок, сегодня весь день думал о Заразе и чувствовал какую-то иррациональную вину перед женой. Хотя ведь только думал! Ну, может, где-то в глубине души сожалел о том, что не сложилось с Яськой, но считал неправильным по отношению к Илоне такие мысли и душил их в себе.

А Илона, получается, спит со своими клиентами. И, возможно, давно.

А значит, я не виноват?

Дебильную мысль о том, что я теперь могу считать себя свободным и с чистой совестью разводиться, гоню прочь. Потому что вслед за нею тут же откуда-то появляется ещё более дебильная. О том, что Яська, кажется, не замужем… Ну, раз, Золотарёв к ней подкатывает. Впрочем, вон Илона замужем, разве это ей как-то помешало зарабатывать не только массажем?

Ох, бабы! Какие же вы суки!

Неужели и Яська такая?

Ты такой наивный, Воронец! Ты был уверен, что Илона «не такая»!

Звонит телефон. Жена.

Отключаю.

Поднимаюсь в квартиру. Не включая свет, захожу в спальню. Раздеваюсь, желая только одного — спать и ни о чем не думать.

Но думается! Думается о том, что меня нахер задолбало всё! Что я баб больше знать не желаю! Что все они — дуры и мерзкие создания! И я вот просто с завтрашнего дня завязываю со всеми навсегда! Ну, не судьба мне найти нормальную, чтобы семья, дети, покой дома, и верность, и любовь…

И с этими мыслями отрубаюсь, упав вниз лицом поперёк кровати.

Просыпаюсь от того, что спину массируют чьи-то руки, а на бедрах чувствуется тяжесть тела.

Илона часто после рейса делала мне массаж.

Ещё не вспоминив до конца о том, что нового я узнал вчера о своей жене, я уже испытываю какое-то омерзение, чти ли! И переворачиваюсь на спину вовсе не для продолжения, а чтобы это всё прекратить!

Но та, кто находится сверху, ловко приподнимается и опускается на мои бёдра уже с лицевой, так скажем, стороны!

Мне становится мерзко. Моментально вспоминается картинка, которую я увидел вечером.

Мерзко потому, что совать свой член туда, где совсем ещё недавно был член какого-то другого левого мужика, совершенно не хочется. Я даже не возбуждаюсь от того, как она начинает на мне ерзать, активно дергая бёдрами, как будто я уже в ней.

Пытаюсь ссадить с себя, ухватив за талию.

И тут понимаю, что это не Илона! Илона помассивнее, потяжелее, да и талия у нее тактильно помниться намного шире.

— Что за херня?

В это мгновение свет в спальне загорается.

И я в шоке смотрю на тот абсурд, который тут происходит!

На пороге стоит Илона. Вся такая целомудренная. В закрытой до самого горла блузке и джинсах.

А со мною рядом на кровати лежит Миланка. В материном пеньюаре и, кажется, без белья под ним…

10 глава. Трудовые будни

Помогаю Лаванде надувать шарики — насосом получается делать это быстро и ненапряжно, не то, что губами. Она подготавливает запчасти для фотозоны — сегодня у нас юбилей у двенадцатилетней девочки, и мы решили его провести в стиле Барби.

Да-да, я отлично понимаю, что противоречу клятве, данной самой себе же, кстати! Она заключалась в том, что я не буду приближаться к Воронцу на расстояние десяти метров! Впрочем, формально требования клятвы можно считать выполненными, так как мы с ним в этот момент находимся в разных комнатах…

Но там, за чуть приоткрытой дверью, сейчас происходит та-а-акой разговор, что я не могу себя заставить уйти!

Воронец сознается в преступлении.

А Золотарев придумывает схему, чтобы его друг избежал наказания за это преступление!

Шикарно просто!

Суть преступления, похоже, состояла в том, что Воронца вчера жена поймала в постели с кем-то… Пока непонятно, с кем.

Вот же негодяй! Вот она — сущность Воронца! Изменщик! А я так и знала! Так и чувствовала! И хорошо, что Бог отвел тогда…

Третий шарик подряд лопается от того, что я слишком сильно