конца, какое безумие скрывается за просьбой Алисы, но даже Система с уважением, как мне показалось, отнеслась к её мечте.

Вот, пожалуй, и всё, что меня на самом деле заботит. Это главное. А остальное приложится…

Свет начал становиться ярче. Тёмно-зелёные символы вокруг меня начали бледнеть, растворяясь в нарастающем сиянии.

Вместе с этим я медленно ощутил своё тело. Пальцы, ступни, колени, бёдра, торс, руки, позвоночник, шея, голова… Я ощущал каждый сантиметр себя, словно пробуждался ото сна.

Наконец-то услышал биение сердца. Кровь пульсировала в висках, грудная клетка поднималась и опускалась.

Меня переплавили… И кто знает, к чему это всё меня приведёт.

Я прикрыл глаза всего на миг, а как открыл — оказался вновь в Храме. Снова посмотрел на фреску с семью драконами, каждый из которых нёс к центру свою часть мира, на мозаичный пол под ногами. Ощутил холодный воздух, пахнущий маслами и чем-то священным.

Увидел Тораэна, Верховного жреца, который стоял в трёх шагах от меня и смотрел так, будто впервые увидел то, чего не ожидал увидеть за все свои столетия служения.

Вулкар рядом с ним тоже прикинулся статуей. И в его глазах горело кое-что непривычное для меня: чистый интерес.

Маленький дракончик на плече жреца спал. Или делал вид, что спит. С Системой никогда не угадаешь.

Стоило ногам коснуться пола, как Алиса налетела на меня, обхватила руками и прижалась так крепко, будто проверяла, настоящий я или нет. Её уши дрожали, хвост обвился вокруг моей ноги, и несколько секунд она просто молчала, вжимаясь лицом мне в грудь.

— Вернули… — прошептала она наконец, и в её голосе смешались облегчение, злость и что-то ещё, чему я не мог подобрать названия.

Она подняла голову, посмотрела мне в глаза и нахмурилась. Отстранилась на полшага, оглядела с ног до головы.

— Что они с тобой сделали? — Лисьи уши встали торчком, хвост распушился. Она прикрыла глаза, словно читая что-то. Наверное, мой Статус… — ЭФИР⁈ КЛИНОК СИСТЕМЫ⁈ — Её обычно мягкий, игривый голос сорвался на крик, от которого Тораэн вздрогнул, а дракончик на его плече открыл один глаз. — Это, по-вашему, «немного исправить ошибки»⁈

Глава 3

— … «немного исправить ошибки»⁈ — Голос Алисы отразился от стен Храма и ударился о потолочную фреску.

Семь нарисованных драконов, казалось, вздрогнули.

Дракончик на плече Тораэна открыл второй глаз. Медленно, словно эта процедура требует усилий и он крайне неохотно тратит их на истерику одной лисички.

Алиса выпустила меня из объятий и развернулась к нему. Уши прижаты, хвост хлещет по воздуху, как кнут. Она действительно разозлилась…

— Эфир⁈ Вы наделили его эфиром⁈ Перестроили Статус, уничтожили профессии, слили все особенности в одну кучу и запихнули в тело, как яблоки в утку! И это вы называете «немного исправить ошибки»⁈

Тораэн — надо отдать ему должное — не шелохнулся. Лишь перехватил посох чуть крепче, будто готовясь к урагану. Видимо, он имеет опыт общения с разгневанными божествами… Или хотя бы наблюдал за подобным со стороны и усвоил главное правило: не вмешиваться.

Вулкар, напротив, чуть склонил голову набок и наблюдал за Алисой с лёгкой улыбкой.

Дракончик моргнул, зевнул и потянулся. Потом уставился на Алису взглядом старого мудрого наставника, рядом с которым появился буянящий младшеклассник.

— А как иначе? Ты знала, что всё происходящее с твоим подопечным — это проверка. Ты знала, что к этому всё придёт, ещё в тот момент, когда решила действовать столь эгоистично и однобоко, вливая в несчастного избранного всю свою силу и энергию без остатка. Он был обречён либо погибнуть, как твои прошлые избранники, либо превратиться в нечто, нарушающее баланс этого мира, — затопил голос дракончика всё пространство Храма. Спокойный и непоколебимый. — Ты сама создала прецедент, позволила ему стать вместилищем разных сил, зачастую конфликтующих между собой. Ты стала тем, кто стёр все неровности и шероховатости и заставил их работать в теле одного существа. И неизбежно накопились ошибки. И самая главная проблема в том, что его статус и его тело не были предназначены для подобного. Ты это знала лучше кого бы то ни было. Просто не хотела признавать.

Алиса открыла рот, закрыла, снова открыла. Я видел, как в ней борются желание возразить и понимание, что дракончик прав.

— Но Эфир… — произнесла она уже тише, хотя голос по-прежнему дрожал. — Ты дала ему Эфир! Одну из первичных энергий! Ты хоть понимаешь, что это значит для него? Для нас? Он теперь привязан к тебе контрактом, который нельзя разорвать. «Не вправе отказаться», — так написано в его Статусе. Это не исправление ошибок. Это…

— Это взаимовыгодное соглашение, — произнёс дракончик, и мне показалось, что он едва улыбнулся. — Для него ничего не меняется. Он верен самому себе и своим близким. Мы все на одной стороне. И самое главное… Будучи в гостях у демонов, он доказал крепость своего духа.

Дать избранному силы, близкие к безграничным, легко… Сколько раз такое уже было? А вот справиться с этой силой… Не сойти с ума, остаться самим собой — вот это уже намного важнее! И да, без тебя подобного бы не случилось. Ты хорошо его подготовила. А теперь он получил возможности, о которых мог лишь мечтать. С ними те чудеса, которые были его целью, обретут реальность. Возможно… Я же получу того, кому могу доверить особые задачи. Персональные, не требующие лишних объяснений. А ты получишь защиту для своего человека, которая не зависит от воли случая. Сама ведь понимаешь: противники на вашем пути порой будут так же далеки от понятия «нормально», как он далёк от слова «обычный». Все в выигрыше, дорогая моя.

«Дорогая моя» прозвучало с той же интонацией, что и в прошлый раз, когда Система прощалась с Алисой перед началом трансформации. Мягкой, почти нежной, но с подтекстом, который читался как: «Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь, и мне не нужно твоё разрешение».

Алиса сжала кулаки. Хвост выгнулся и замер, указывая на дракончика, как стрелка компаса.

— Ты могла предупредить, — произнесла она ровно.

— Я это и сделала… Просто кто-то не видит очевидного и думает, что я тоже ничего не вижу и ничего не знаю. Напрасно… Я дала вам выбор: уйти из дыры или остаться. Вы решили остаться. Ваши действия стали причиной. А последствия отобразились в его Статусе.

Алиса молчала несколько секунд. Потом выдохнула, расслабила плечи и повернулась ко