коронавируса, то больничные преподавателей и просто понимание со стороны людей, от которых зависели мои оценки, моя посещаемость и мои знания. Так бывает только тогда, когда чего-то очень хочешь и прилагаешь все свои усилия на пути к цели. Это были незабываемые три года моей жизни, после которых я сдала рабочий ноутбук и уволилась из крупной международной компании, видя себя акушеркой одного из родильных домов Санкт-Петербурга, в который мы переехали тем же летом.

Я рисовала в воображении рабочие смены в роддоме, беременных женщин, рождение детей. Романтику ночных дежурств и родов, счастливых женщин и их партнеров, здоровых детей.

Для меня акушерка – прежде всего та, что принимает роды. Помогает проживать схватки, подбадривает и наблюдает, помогает пройти сложные моменты родов, дает попить и трет поясницу, принимает ребенка, взвешивает его и измеряет, пишет «браслетки», прикладывает его к груди. Обратите внимание: «принимает ребенка» не первый номер среди задач акушерки, потому что до этого момента – собственно появления ребенка – предстоит множество трудностей, долгое ожидание, очень интенсивные ощущения от схваток, болезненные потуги. «Принять ребенка» – это ответственное, но очень быстрое действие, самое трудное происходит до этого и длится долго, испытывая женщину на прочность. И помощь акушерки женщине в эти сложные и долгие часы – неоценима. Я хотела быть только такой акушеркой. Принимающей роды.

Но ведь акушерка «многогранна»: в приемном отделении родильного дома встречает акушерка, в дородовом отделении при госпитализации приветствует акушерка, в женской консультации пишет документы, выдает направления на анализы тоже акушерка. А еще акушерка работает с вами в послеродовом отделении: помогая психологически, физически и информационно вернуться из этого увлекательного путешествия под названием «рождение ребенка» назад в жизнь.

То есть акушерка – специалист, ведущий женщину к беременности, родам, через роды и после них. Поддерживающая и чуткая (задумано точно так, но так бывает не всегда и не везде).

Акушерка всегда ЗА женщину, всегда рядом с ней. Детьми в родильных домах занимаются детские медицинские сестры, но что касается прикладывания к груди, кормления из бутылки (докорм), помощи с одеванием, умыванием, подмыванием, ношением ребенка и помощи с разгадкой, почему же он плачет, – акушерка может и должна участвовать в этом. Для медицинских манипуляций вроде постановки уколов, прививок, забора крови у малышей требуется специальное образование – «сестринское дело в педиатрии», поэтому эти манипуляции выполняют детские медицинские сестры.

Я расскажу вам обо всех этих акушерках, ведь мне довелось побывать на месте каждой.

2. Акушерка дородового отделения

«Бисмилляхи р-рахмани р-рахи-им!» (что-то вроде христианского «Господи, спаси и сохрани!») – мысленно произношу я зажмурившись, после чего открываю глаза и затягиваю вокруг руки беременной женщины жгут. Меньше всего мне хочется сделать больно или причинить еще какой-то вред. В отделении на сутках у меня 20 беременных женщин, а считая младенцев в их животах, на мне целых 40 пациентов. Не учитывать младенцев я не могу, потому что все, что я делаю беременной женщине, влияет на ее ребенка, а это очень ответственно! У моих коллег пациенток в два раза меньше, они закатили бы глаза или посмеялись, расскажи я им свою теорию о пациентах в утробах.

Днем со мной в паре работает процедурная медицинская сестра, она помогает ставить капельницы и выполнять другие назначения докторов. А на ночь я остаюсь одна на все отделение.

Надавливаю на мягкую резиновую часть системы для внутривенных вливаний и вижу кровь внутри – слава богу, попала в вену! Теперь что? Да, пробую покрутить колесико, чтобы лекарство поступало в вену. Не надувается? Фух! Слава богу! Что теперь? Закрепить пластырем. Эх, я не нарезала предварительно пластырь… «Не двигайтесь, пожалуйста», – говорю я и, придерживая иглу, отрываю кусочек пластыря свободной рукой, креплю к игле и еще один – к трубочке чуть повыше. Обливаясь потом, иду к следующей пациентке. Магнезия не всеми переносится легко, нужно наблюдать. От нее может кружиться голова, бросать в жар. Поэтому ее нужно капать медленно. И поэтому капельница магнезии занимает 40–60 минут. За это время у женщины затекает рука (при неудобном положении), и ей хочется в туалет. Учитывая все это, я стараюсь уложить руку на кровати полностью, без провисания в воздухе. А перед капельницей предлагаю сходить в туалет. Магнезию назначают при тонусе матки, тянущих болях внизу живота. Она действует как успокаивающее средство и немного снижает давление. Магнезию в некоторых случаях ставят в чистом виде на очень маленькой скорости через инфузомат – аппарат, в который крепится большой шприц 50 миллилитров, наполненный сульфатом магния (магнезией), который через тонкую трубочку подается в вену. Женщине устанавливается катетер, так как с инфузоматом придется ходить 10–12 часов. Точнее даже, спать, потому что такую инфузию стараются ставить с вечера – для минимализации дискомфорта для женщины.

Пока моя коллега Оля записывает некоторым пациенткам КТГ в отдельном кабинете, я смотрю свой листок с назначениями, следующая на очереди транексамовая кислота в соседней палате – она помогает при кровянистых выделениях при беременности. На листке с назначением пометка: «Оля». Я всегда стараюсь обращаться к пациенткам по имени. Так легче расположить к себе человека, сделать наше взаимодействие более комфортным. Добавить улыбку и несколько подбадривающих слов – ведь кровянистые выделения – это всегда нервно-волнующе для женщины. А вены легче найти, если женщина расслаблена и довольна. «Господи, спаси и сохрани!»

Надо сказать, моя работа в роддоме – то место, где я чаще всего обращаюсь к Богу. Наверное, чем выше ответственность, чем больше потребность в вере. Особенно когда ты новенький в профессии.

Я из семьи смешанных религий. Мама – мусульманка, папа – христианин. И я с самого детства погружена на 50% в ислам, на вторые 50% – в христианство. Знаю христианские молитвы, потому что была крещеной, и знаю мусульманские. Люблю и уважаю обе стороны. Но, встретив своего мужа, собираясь замуж навсегда и по любви, я осознанно и ответственно приняла ислам. Однако в моменты трудные и важные могу помолиться сразу обоим богам. Я верю, что Бог един и понимает разные языки… А знания об исламе как религии и женщинах-мусульманках не раз выручали меня в моей работе. Но об этом расскажу в разделе про акушерку родильного отделения – в историях из моей акушерской работы.

Капельница транексама одна, но зато три капельницы с дротаверином («Катя, Марина, Александра»), он снимает мышечные и сосудистые спазмы, применяется при угрозе выкидыша или преждевременных родов. Тоже прихватить