Лабор встал на колени перед небольшим холмиком и лег на него щекой, что-то говоря тихим шепотом и поглаживая землю.

— Мамочка, что это дядя делает? — спросила изумлённая Марьяна.

— Прощается со своей любовью, — тихо ответила мать.

— А разве с любовью можно проститься? — еще сильнее удивился ребенок.

— Все так сложно, золотце, когда вырастишь — поймешь. Запомни это место, когда-нибудь я расскажу тебе историю любви простой человеческой женщины и эльфа, которая закончилась очень трагично.

Девочка, видя настроение взрослых, лишь утвердительно кивнула.

Домой они возвратились поздно. В основном говорить было нечего, да и Лабор был в таком состоянии, что не хотел ни с кем общаться. Молча пообедали, мужчина лег на кровать и отвернулся к стенке.

Марьяна посмотрела на мать и вполне серьезно спросила.

— А кто эта женщина, к могилке которой мы сегодня ходили?

— Откуда ты поняла, что это могилка?

— Травка рассказала, потом дерево показало, — ответила задумчиво девочка.

— Как это показало? — не совсем поняла Любава.

— Как будто все происходит на самом деле, но только не на самом деле, а в голове, — она покрутила ручками вокруг головы.

«Только этого мне еще не хватало», — подумала женщина и без сил уселась на стул рядом с дочерью.

— Давай договоримся, Марьяна, ты у меня девочка умная, поэтому я с тобой буду разговаривать как со взрослым существом, договорились?

Девочка в ответ кивнула и уставилась на мать своими васильковыми глазами.

— Есть такие вещи, которые начинаешь понимать со временем, это касается не только детей, но и взрослых. Так вот, я могу тебе сказать, что это могилка очень хорошей женщины, которая любила своего ребенка и погибла ради него. Я пока — слышишь? пока! — не могу тебе все рассказать, потому что сама не до конца понимаю всю ситуацию. Но придет время, я все расскажу.

Любава взглянула на дочь и встретилась с не по-детски пристальным и серьезным взглядом своего ребенка. Девочка помолчала несколько минут, затем забралась на колени матери и уткнулась ей в грудь. Ради вот таких минут счастья Любава готова была перевернуть весь мир, лишь бы защитить свое дитя.

Глава 7

После отъезда Лабора прошел месяц. Днем было тепло, но к ночи холодало. Шел первый месяц отума (осени). Любава предчувствовала какую-то беду, поэтому заранее собрала узелок и сложила туда все, что могло понадобиться в дороге. Туда же были спрятаны пять золотых монет, отданные Лабором при отъезде. Долго с пространственной сумкой разбираться не пришлось — спасибо российским фэнтези.

«Ну да, грешна, почитывала иногда на досуге», — думала травница.

Времени в холодные дни было много, поэтому она заготавливала как можно больше микстур, настоек и мазей: если придется уходить, то возьмет всё с собой. В каждой деревне это всё можно было продать и выручить неплохие деньги. Она сшила себе теплую одежду, затем скроила из детского теплого одеяльца курточку для дочери — спасибо урокам домоводства, которые научили обращаться с иголкой.

В один из дней на пороге дома появились дети старосты Калидуса.

— Тетя Любава, Ариста велела предупредить, что какие-то незнакомые люди спрашивают, не живет ли поблизости женщина с ребенком, похожим на эльфа. Отец указал на вас и даже назвал дату, когда вы ее нашли в лесу.

— А что, меня в лесу нашли? — удивилась Марьяна.

Мальчики, поняв, что сболтнули лишнего, стали уверять подругу, что всех новорожденных находят в лесу. Обычно дети, жившие в деревне, рано начинают понимать об отношениях полов.

— Да поможет вам Вишанья за ваше доброе сердце! — проговорила она и стала быстро собирать оставшиеся вещи.

Одевшись и одев ребенка, она припустилась к кромке леса, крикнув на ходу, чтобы козу отвели вдове, присматривавшей за Марьяной. Она молилась и своим богам, и богине Вишанье, чтобы дедушка леший не ушел в спячку, иначе ее могут догнать. Когда Любава с ребенком на руках была уже близко, обернувшись, увидела возле своей избушки троих посторонних.

— Дедушка, помоги, — прошептала она.

— Так и думал, что неспроста они вначале по лесу шлялись, что-то выискивали, что-то вынюхивали, а потом в село поехали. Быстренько давай, куда тебе?

— Поближе к городу.

— Близко не могу, там не мои владения, но выведет тебя тропинка к тракту, там таверна есть, попросишься с караваном доехать до города. Много они не берут. Ну, прощай, красавица, когда еще свидеться придется, — сказал он и смахнул слезу. — Береги себя и дитё.

Перед ними образовалась тропинка, и буквально через несколько минут они стояли на тракте недалеко от трактира «Усталый путник».

В здании царил полумрак. За стойкой стоял угрюмый мужчина и протирал тряпкой кружки. Увидев зашедшую с ребенком Любаву, он молча, одним лишь кивком, указал на свободное место возле окна. Любава оглядела зал и заметила несколько столов, занятых мужчинами, они о чем-то тихо беседовали. Никаких ссор или пьяных драк не было и в помине.

К столику подошла симпатичная девушка с длинной черной косой и большим бюстом.

— Чего желаете? — сбросила она, выдавливая улыбку.

— Не скажете, когда уходит караван в город?

— Они чаще всего приезжают после ужина и выезжают отсюда ранним утром, — сообщила девица.

— А комнату у вас снять можно? И что у вас есть поесть, чтобы ребенок тоже не остался голодным?

Девушка внимательно посмотрела на Марьяну, которая с интересом рассматривала окружение.

— Могу предложить недавно приготовленное мясное рагу и травяной взвар с лесными ягодами. А вы пока снимите с девочки платок, у нас здесь жарко.

— Не могу, она ушки простудила, поэтому пусть сидит в платке.

— Матти, что ты там застряла? — послышалось из-за стойки. — Приняла заказ — выполняй. А вы госпожа, не серчайте, новенькая она, еще только учится.

— Все нормально. У вас комната есть для меня и ребенка?

— Есть, поешьте, и Матти вас отведет на второй этаж.

— Сколько это будет стоить?

— Десять медяков.

Тут к трактирщику подошла чуть полная женщина невысокого роста с заплаканными глазами. Она что-то прошептала мужчине и горько расплакалась. Трактирщик как будто окаменел лицом.

— У вас что-то произошло? Я могу помочь? — задала вопрос травница, попеременно переводя взгляд с женщины на мужчину.

— Сын помирает, неделю назад поранился, а рядом не было целителя. Лечили сами как могли, только с каждым днем все хуже, — поведала женщина и закусила край платка, чтобы не расплакаться вновь.

— Показывайте, я целитель и травница.

Она схватила в одну руку узелок, другой взяла за руку Марьяну.

— Пойдемте, если вы действительно поднимите его, век молиться будем Вишанье за вас.

Они вышли через