Глава 37. Настоящее: Феникс

ПРЭТТ, ШАНХАЙ, КИТАЙ

Допросив Короля, мы получаем больше информации об операциях по всему миру, но не узнаём ничего нового про Мадам.

– Умерла, да? – Лицо Короля окровавлено. Он зол как черт, и в основном на меня. – Единственная причина, почему я поверил в эту глупую ложь, – это то, что охранник Сань искренне горевал. – Прокуренный голос делает смех больше похожим на кашель. – Ты и охранников моих подкупила. Ну ты даешь!

– Мне не понадобилось их подкупать. Они мои друзья. Я всего лишь возвращаю то, что ты забрал. Ты сам себя погубил, Король.

Его это нисколько не смутило.

– Так мы закончили?

– Нет. Я хочу знать секреты Мадам.

– Она ненормальная. Не ест по вторникам. Одержима золотом. Отказывает клиентам из Австралии. Возможно, в ее голове еще сотня неизвестных мне тараканов. Ты должна знать больше меня.

Не исключено, что он говорит правду. Хоть я подозревала, что он должен был купить больше информации про Мадам.

– Ты полная дура, Восьмерка, если думаешь, что тебе под силу ее поймать. Она повсюду.

Невольно вздрагиваю, потому что знаю, на что она способна. Она всегда держалась на шаг впереди.

Заходит Кай:

– Полиция приехала.

– Можете забирать, – говорю я агенту Баю. Потом смотрю на Короля. – Если ты будешь с ними сотрудничать, сможешь рассчитывать на более теплый прием.

Король самоуверенно зыркает на меня и, уходя, рычит проклятия в мой адрес.

В последний раз вдыхаю застоявшийся, удушливый воздух, запертый под Прэттом, затем выхожу наверх через одну из тех самых незабываемых дверей.

Снаружи я глотаю свежий воздух и, как никогда прежде, ощущаю себя свободной.

Кай берет меня за руку.

– Ты больше не должна сюда возвращаться – разве что в качестве туриста, – говорит он.

Юй Тай планирует превратить вновь открытые легендарные катакомбы времен империи Сун в огромный музей.

Сажусь в машину, не оглядываясь.

– Нет уж. Я тут повидала все, что только можно!

Когда я просыпаюсь, ярко светит солнце и поют птицы. Видимо, они, как и я, знают, что Прэтт очищен. Пленники на свободе. Правление Короля закончилось. Все живые существа должны этому радоваться.

Опираюсь локтями на подоконник и смотрю в сад. Цветы цветут, а трава кажется зеленее, чем обычно. А я думаю, что яркий солнечный свет ненадолго, особенно если мне не удастся найти альтернативу Азиатскому банку.

Кризис все ближе. Люди теряют работу. Как бы я ни инвестировала наши деньги, их недостаточно. Я не буду ударяться в панику, пока не посчитаю щедрое пожертвование Мадам, которое, я надеюсь, будет сделано сегодня на выставке.

После душа я надеваю деловой костюм и накидываю на плечи темно-красную шаль. Провожу по губам светло-розовым блеском и выхожу на дорожку, ведущую к дому Кая.

Агент Бай уже сидит за столом, уставившись в свой компьютер, потягивает чай из термоса и сводит вместе показания Короля, результаты облав по гостиницам, данные о похищенных девушках и чистосердечные признания. Ему удалось договориться насчет охранника Саня и остальных: они понесут наказание, но смогут начать жизнь сначала.

– Тридцать минут, – сообщает мне агент Бай, потирая синяк на щеке, полученный от Короля.

Беру чашку кофе из кофеварки на столе и присоединяюсь к сидящему на диване Каю.

На журнальном столике разложены данные по «Джей-Джей супероблигациям». Я беру листок с прогнозируемым балансовым отчетом и начинаю бормотать что-то про Мадам, но замолкаю на полуслове, глядя на Кая.

Он одет в серые джинсы и черную футболку с V-образным вырезом. И то и другое выгодно подчеркивает его сильные мышцы. Я опускаю взгляд с его бицепсов на кисти рук, затем поднимаю обратно до глубокого выреза футболки. Его грудь выглядит так соблазнительно, что я готова прямо сейчас положить на нее голову и навсегда забыть про экономический кризис и выставку.

– Феникс? – Кай явно доволен тем, куда забрели мои глаза и как они при этом поставили себя в глупое положение. – Так что ты там говорила? – Кай напрягает правый бицепс. – Кофе недостаточно крепкий? Облигациям нужно кое-что покрепче?

Мотаю головой, чувствуя, как пылают щеки.

– О Атлас, пожалуйста, спаси мир своими мышцами!

Кай заключает меня в объятия. Мы оба смеемся.

– Я говорила, что если сегодня все пойдет по плану, то я в полной мере отплачу Мадам. Все, что я для нее заработала, пойдет на благое дело, а она окажется за решеткой. Справедливость восторжествует.

Руки Кая обхватывают мою талию. 3 минуты мы молча сидим, тесно прижавшись друг к другу. Над душой висит недовольство Чаня. Он ведь предупреждал меня насчет наших отношений. Я вздыхаю. Мы размыкаем объятия и начинаем перебирать заявления и подводить итоги.

– Ты готова? – мягко спрашивает Кай. – Увидеть ее снова?

– На самом деле я ее не увижу, – заверяю я его. – Моя роль на сто процентов виртуальная – с другой стороны улицы, в защищенном офисе, под охраной шести человек. И да, я готова к тому, чтобы покончить с этим наконец.

Кай наклоняется и целует меня. Долгим и ласковым поцелуем. Мои руки скользят вниз по его плечам.

Отстраняюсь и открываю глаза. Мой внутренний калькулятор выключился. Как и раньше. В комнате я вижу только стены, стулья, ковер и Кая.

Он замечает мое смятение и кладет руку мне на колено.

– Что стряслось?

Резко перевожу взгляд на свое колено, а затем на Кая. Всего лишь легкое прикосновение, но значит оно гораздо больше: я не знала, что Кай ко мне прикоснется, пока он до меня не дотронулся. А точнее, не сумела вычислить его движения. Я готова удариться в панику, но потом, медленно, одно уравнение вычисляет ширину дверей, затем расстояние от потолка до пола, и наконец поток чисел размечает весь мой мир – как обычно. Трясу головой, как будто это поможет.

Это случается все чаще.

Кай ждет моего ответа.

– Все нормально, – соврала я. Тридцать минут истекли. – Давай начинать.

Интерпол и люди агента Бая окружили огромный выставочный центр. Без внимания не оставили ни одну дверь, ни одно окно, ни одну щель в стене.

Я наблюдаю за происходящим с другой стороны улицы. Рядом со мной коллега Бая, агент Инь. Еще шестеро агентов охраняют вход снаружи.

За 14 минут наблюдения двери распахиваются 429 раз, и 931 человек (мужчины в деловых костюмах и женщины на высоких каблуках) входят на выставку. У меня в ухе звучит голос агента Бая, загорается экран моего компьютера. На сотнях прилавков и стендов выставлены товары со всего мира. Словно показ мод в миниатюре.

– Есть картинка, – говорю я.

Мой экран разделен на три части: одна – с камеры агента Бая,