Но тяжелой артиллерии следовало прикрыть отход пехотинцев – открыв огонь по площадям. Тем более, что на легкую артиллерию рассчитывать было нельзя – она уже снялась со своих позиций.

Комбат вместе с разведчиком начали слезать с дерева, намереваясь отправиться на новый наблюдательный пункт в дер. Верещин, и сразу же очутились меж двух огней – между отошедшими русскими цепями и наступающими цепями пехоты противника. Разведчик был ранен пулей в ногу, и М. В. Баранову пришлось, бросив средства наблюдения и телефонную станцию, выносить раненого разведчика на своей спине.

Комбат прибыл в дер. Верещин, но дым от горевших деревенских домов закрывал наступающего противника и мешал наблюдению.

Две легкие батареи в это время отходили в район дер. Андреев.

Несмотря на все негативные обстоятельства, М. В. Баранов решил продолжить ведение огня по наступающей пехоте противника.

Комбат обратился к своим артиллеристам с речью, обрисовав сложившуюся обстановку. Он объяснил, что до того момента как легкие батареи займут новые огневые позиции, бросить свою пехоту без поддержки артиллерийским огнем ни в коем случае нельзя. Полковник сообщил своим солдатам, что произойдет, если противник займет дефиле между озером и болотом, отметил, что батарея уже находится под пулеметным огнем противника и при попытке сняться с позиции выдвижение к ней передков неизбежно повлечет за собой потерю конского состава. Остается единственный выход – остаться на огневой позиции и сражаться.

В этот момент комбат был приглашен к телефону – звонил начальник 2-й гвардейской пехотной дивизии генерал-лейтенант П. П. Потоцкий.

М. В. Баранов предупредил начдива, что противник движется вдоль шоссе к дефиле, сообщал ему, что с позиции не уйдет, и просил прислать снаряды. Генерал ответил, что гать и шоссе между Михельсдорфом и Вытычно находятся под таким интенсивным артиллерийским огнем противника, что по этому маршруту возможна перебежка лишь отдельных людей, а систематическая доставка боеприпасов невозможна. Он гарантировал доставку снарядов лишь к православному кладбищу, находящемуся севернее дер. Андреев.

Пехота противника силой не менее батальона продолжала движение от фольв. Загуже, перемещаясь вдоль шоссе. Первый же залп прямой наводкой тяжелой шрапнелью был удачен. Но, хотя германская пехота рассредоточилась, наступление не прекратила.

Интенсивность огня постепенно увеличивалась – и от стрельбы залпами, в связи с уменьшением прицела, батарея перешла к беглому огню. От такого интенсивного огня тела орудий так нагрелись, что начала лопаться краска.

Все это время батарея находилась под пулеметным огнем противника, но, к счастью, серьезных потерь не понесла – лишь 2 артиллериста были легко ранены. Продвинувшись до дер. Забродье, противник начал отходить. Наступающая германская пехота понесла огромные потери – весь путь ее наступления был усеян трупами.

В это время к комбату подскакал ординарец с приказом от начальника боевого участка обеспечить правый фланг дивизии, обойденный противником с тыла.

Пришлось оставить без преследования огнем отходящую пехоту противника и перенести огонь на новую цель. Левый взвод открыл огонь по пехоте противника, наступающей с фронта, а правый – прямой наводкой по пехоте, вышедшей в тыл правому флангу дивизии.

О том, насколько важным был огонь тяжелой батареи, свидетельствует следующее донесение пехотного командира: «В бою 23 июля у дер. Верещин, когда немецкая гвардия повела энергичное наступление на вверенный мне полк и легкие наши батареи, находясь в движении, не могли оказать мне содействия в отбитии этой атаки, я обратился через командира бригады ко 2-й батарее лейб-гвардии тяжелого артиллерийского дивизиона, которая немедленно открыла сильный и действительный огонь и отбила атаку. Без содействия означенной батареи отбить атаку было бы чрезвычайно трудно, так как немцы осыпали наши окопы снарядами различных калибров, буквально не давая из них высунуться.

В то же время, когда пехота противника, заняв фольварк Борысик, находившийся в полуверсте впереди моего правого фланга, пыталась продвинуться вперед, угрожая моему правому флангу и тылу, который был особенно чувствителен, так как за позицией тянулось большое, так называемое Коровье, болото, совершенно открытое и к которому неприятельские батареи отлично пристрелялись, командир батареи, оценив создавшееся положение, открыл сильный огонь по этой пехоте, зажег фольварк и еще раз отбил атаку».

В боях 22–23 июля 1915 г. 2-я батарея лейб-гвардии Тяжелого артиллерийского дивизиона стала стержнем, под прикрытием которого части 2-й гвардейской пехотной дивизии смогли сдержать натиск противника. Батарея не оставила позицию, прикрыв отход не только пехоты, но и легкой артиллерии. Она отбила несколько мощных атак противника – причем под угрозой захвата орудий немцами, а на финальной стадии боя действенно поддерживала свою пехоту, решая целый спектр боевых задач.

В итоге немецкое наступление было отбито, и положение восстановлено – русские части вновь заняли прежнюю позицию на линии дер. Верещин – дер. Борысик.

5-я батарея 2-го дивизиона 1-й тяжелой артиллерийской бригады в бою 27 августа 1914 г.

Реляция о бое 27 августа 1914 г. 5-й батареи 2-го дивизиона 1-й тяжелой артиллерийской бригады также сообщает нам о заслугах чинов тяжелой артиллерии в полевом бою[200].

26 августа 1914 г. 5-я батарея 2-го дивизиона 1-й тяжелой артбригады, войдя в состав отряда полковника Верховского, занимала позиции западнее дер. Нонен Датечан и южнее дер. Корриздаден.

Около 18 часов было обнаружено движение противника из г. Алленбург.

И в 6 часов 27 августа командующий батареей капитан Третьякович получил приказ от начальника артиллерии участка полковника Лашкова: быть готовым к открытию огня. В 7 часов батарея открыла огонь по пунктам сосредоточения противника (д.д. Шаллен, Ягерсоф, Кл. Енгенау) – и когда они были зажжены, перенесла огонь по батарее противника, стоявшей (по сообщению штабс-ротмистра лейб-гвардии кирасирского Ея Величества полка) у перелеска севернее дер. Кл. Енгенау. Была выпущена 101 бомба.

Благодаря искусной маскировке батарея не была обнаружена противником и, нанеся последнему существенный урон, потерь не понесла.

К 13 часам огонь противника стал стихать, и 5-я батарея получила приказ сняться с позиции и двигаться на соединение с двумя другими батареями дивизиона – в преддверии присоединения последнего к 29-й пехотной дивизии.

2-й дивизион 5-й тяжелой артиллерийской бригады 14 октября 1914 г.[201]

Артиллеристы Гренадерского корпуса и 2-го дивизиона 5-й тяжелой артиллерийской бригады отличились 13 октября 1914 г. – на завершающем этапе Варшавско-Ивангородской операции.

Утром 13 октября последовал приказ командира Гренадерского корпуса объединить действие частей артиллерии корпуса с дивизионом тяжелой артиллерии. И инспектор артиллерии Гренадерского корпуса отдал приказ занять позиции: батареям 2-го дивизиона 5-й тяжелой артиллерийской бригады – в районе деревень Цыхры – Цыхровская Воля (с наблюдательными пунктами у мельницы д. Воля Грабовска, у ф. Воля Грабовска и, воспользовавшись телефонной связью штаба 1-й гренадерской дивизии с передовыми подразделениями 3-го гренадерского Перновского полка под д. Грабов, иметь там наблюдателя, связав его телефонной