Всего за годы войны Россия получила около 200 паровых тягачей (в их числе было и несколько машин отечественного производства, изготовленных на Коломенском машиностроительном заводе).

Более эффективным оказалось применение тяжелых колесных тракторов, оснащенных двигателями внутреннего сгорания. Так, в артиллерии было достаточно много американских машин типов «кейс», «румели», «гарт-парр», мощных тракторов типов «могул» и «титан». Использовались и тяжелые тягачи (грузовики-тракторы), в том числе и полноприводные – прежде всего американских и французских фирм. Более всего Главное артиллерийское управление закупило полноприводных американских тракторов «автомобильного» типа «мортон» – около 250 единиц. «Мортоны» служили в 6 батареях для перевозки 8-дюймовых гаубиц «виккерс» и в 2 батареях 120-мм пушек Обуховского завода. Автомобили-тракторы марки ФВД поступали в 1-й тракторный дивизион, имевший на вооружении 6-дюймовые гаубицы Виккерса.

Тракторные батареи оказались прекрасно укомплектованы автомобильным транспортом и мотоциклами (часть последних – с коляской). Для командования над группой машин назначался специальный офицер-техник, которому в помощь придавался технический мастер. Всем офицерам и фейерверкерам давалось по верховой лошади. Так же как и команде разведчиков и телефонистов. Для перевозки снарядов тракторная батарея располагала грузовиками, а для горючего – автоцистернами различной емкости. Командиру тракторной батареи полагалась легковая машина, а для других офицеров батареи – 2 автомобиля. И, как отмечал очевидец: «С уверенностью можно и должно сказать, что такого богатого оборудования не имела ни одна армия!»[177] Если даже закрыть глаза на некоторое преувеличение современника, то приходится признать – выковавшаяся в огне невиданной до сих пор войны новая элита армии (сочетавшая мобильность и огневую мощь) не только решала важные задачи на поле боя. За ней было будущее. Ведь именно за тракторами и их преемниками – артиллерийскими тягачами – было последнее слово в деле моторизации полевой тяжелой артиллерии, а опыт русской армии эпохи Первой мировой лег в основу последующего отечественного военного строительства.

Достоинствами частей тракторной артиллерии были: более высокая средняя скорость движения (5–15 км в час), большая компактность походных колонн (если длина конной запряжки 11-дюймовой гаубицы Шнейдера составляла 210 шагов, то тракторной системы аналогичного калибра – до 120 шагов), мобильность (в том числе при передвижении по пересеченной местности) и более высокий размер среднего перехода (вместо 60–70 км для конных батарей – 120–150 км для тракторных батарей).

Если взглянуть на штаты тракторной артиллерии, то мы увидим следующее.

Тяжелая тракторная батарея «А» (штат военного времени) от 12 июня 1917 г.[178] включала в свой состав: 6 офицеров (командир, 1 старший и 4 младших офицера), 3 военных чиновников, 214 строевых (включая 25 фейерверкеров, 28 номеров при орудиях, 22 шофера, 22 сигнальщика-телефониста, 2 мотоциклиста, 2 наблюдателя, 2 лабораториста) и 29 нестроевых нижних чинов. Батарея располагала 8 орудийными повозками, 5 гусеничными тракторами (для перевозки орудийных повозок – под лафет и под принадлежности), 6 прицепами для перевозки снарядов, 4 телефонными двуколками, 11 грузовыми 2-тонными автомобилями (для перевозки снарядов и принадлежностей), 2 легковыми автомобилями, 2 мотоциклами, 1 автомобилем-мастерской, 2 автомобилями-цистернами. Имелось и 52 лошади, а также обоз (вкл. двуколки, парные повозки, походные кухни, кипятильник). Личное оружие чинов: револьвер и кортик для офицеров и классных чиновников, револьвер и кинжал – для нижних чинов.

Тракторная батарея 6-дюймовок[179] включала: 5 офицеров, 2 чиновника, 180 строевых и 3 нестроевых нижних чинов. На вооружении батареи: 6-дюймовых скорострельных пушек системы Шнейдера на лафетах с передками – 4, тракторов или полноприводных грузовиков – 9 (8 – для перевозки орудий (4 для перевозки специальных повозок с телом орудия и 4 – для перевозки лафетов с передками) и 1 – для перевозки имущества связи и наблюдения (вышка, телефонное имущество, дальномеры), 2-тонных полноприводных грузовиков – 3 (для перевозки боекомплекта), 3-тонных грузовиков (допускалось в т. ч. иметь 1–1,5-тонный и 1–5-тонный) – 7 (для перевозки запчастей, колесных поясов, цейхгауза и личного состава), автомобиль-цистерна (на 100 пудов бензина) (могла заменяться 3-тонным грузовиком с бочками), автомобиль-мастерская, автомобиль-кухня (мог заменяться 3-тонным грузовиком с установленными на нем котлами), 3 мотоцикла и 3 легковых пассажирских автомобиля; всего – 28 единиц авто-мото-транспорта.

А тяжелая тракторная батарея М (военного времени) (штат от 25 февраля 1917 г.)[180] включала: 6 офицеров (подполковник или капитан – командир, капитан или штабс-капитан – старший офицер и 4 младших офицера), 1 чиновника, 19 фейерверкеров (включая фельдфебеля), 191 рядового (включая 128 канониров и 20 бомбардиров) и 19 нестроевых нижних чинов. В распоряжении батареи – 60 лошадей; 4 лафета с передками; 4 гусеничных трактора (или 3-тонных полноприводных грузовика) – для перевозки орудий и боекомплектов; 8 парных повозок (с 16 лошадьми) – для перевозки снарядов; 4 телефонных двуколки (с 4 лошадьми); 12 грузовых 3-тонных автомобилей (для перевозки снарядов); 2 легковых автомобиля; 3 мотоцикла; 2 автомобиля-цистерны; обоз.

Элитой тракторные батареи делали не только их место в структуре тяжелой артиллерии, новейшая техника, но сама степень технической оснащенности, особый круг выполняемых задач и повышенный боевой дух чинов.

Тяжелая артиллерия особого назначения (ТАОН)

Когда к весне 1915 г. на фронте появились 6-дюймовые пушки Канэ, сложность и громоздкость установки этих орудий впоследствии была учтена при организации ТАОН.

Как мы ранее отметили, организация позиционной тяжелой артиллерии вылилась в создание отдельных позиционных дивизионов и батарей большой мощности – и вершиной данного процесса стал корпус тяжелой артиллерии особого назначения – ТАОН. Как мы ранее отметили, в его состав были включены орудия 120–305-мм калибров (включая 12-дюймовую «обуховку» и вышеуказанные орудия тракторной артиллерии). Как вспоминал генерал В. И. Гурко, не менее трех четвертых русской тяжелой артиллерии, вступившей в строй зимой 1916/17 г., отправлялось на фронт для участия в масштабном наступлении кампании 1917 г. Вскоре был сформирован из этой артиллерии 48-й армейский корпус под командованием генерала Шейдемана – и особенность соединения заключалась в том, что его боевые части были исключительно артиллерийскими[181].

Так появилось соединение тяжелой артиллерии оперативно-стратегического назначения. А кандидатура его командира – генерал-лейтенанта Г. М. Шейдемана, артиллериста-академика, – была подобрана идеально.

Временный штат Управления начальника тяжелой артиллерии особого назначения от 30 мая 1917 г.[182] предусматривал: начальника ТАОН (генерал-лейтенант или генерал от артиллерии), адьютанта (обер-офицер), штаб (13 офицерских и классных чинов – начальник штаба, генерал-майор или полковник; 2 старших адьютанта, обер-офицеры; 3 штаб- и 2 обер-офицера для поручений; обер-офицер корпуса топографов; обер-офицер – начальник команды солдат; делопроизводитель; 122 солдата), Управление заведующего артиллерийским снабжением при начальнике ТАОН (8 офицеров и классных чинов, 20 солдат), Интендантская часть Управления начальника ТАОН (12 офицеров и чиновников, 32 солдата), заведующий санитарной частью Управления начальника ТАОН (врач, 4 солдата – включая 2 фельдшеров), заведующий ветеринарной частью Управления начальника ТАОН (врач, 4