Член Совета, тот самый архивариус с сухим лицом, выступил вперед.

— Леди Ясина. Вы уже знакомы с процедурой наблюдения камня. Сегодня мы проводим расширенный тест. Мы будем наблюдать реакцию камня на ваше одновременное присутствие. Это необходимо для подтверждения или опровержения некоторых… исторических данных. Его голос был безжизненным, но в глазах читался научный интерес, почти жажда. Он жаждал увидеть «данные» в реальности, цифры на своих инструментах, подтверждающих или разрушающих легенду. Его взгляд скользнул по Раулю с едва заметным удовлетворением — принц тоже был теперь частью уравнения, объектом в их опыте.

Именно тогда план, окончательно созрел в моей голове. Они ожидали реакции камня на нас. Четверых.

Я медленно перевела взгляд от архивариуса к ним троим. В моих глазах, я надеялась, они смогут увидеть не страх, а вопрос, призыв к совместному действию. Особенно Рауль, потому что он был посвящен в те же знания что и я. Сделала маленький шаг вперед, к камню. Мои пальцы прижались к холодной, почти живой поверхности.

Вспоминала картинку. Три точки. Три человека у камня. Но сейчас нас было четверо. Моя мысль лихорадочно работала. Рауль… Он должен быть не в треугольнике, а… позади? Рядом? Я не знала. Но я знала, что он должен быть частью этого. Его воля, его ярость, его связь со мной — всё это было энергией, которую камень мог почувствовать.

— Мы готовы, — сказала я, и голос мой звучал тверже, чем я ожидала. Я посмотрела на Эрнана, потом на Роберта. — Пожалуйста, подойдите. Не просто рядом. Здесь… и здесь. Я указала на две точки, создающие вместе с моей позицией тот самый треугольник из изображения. Затем я повернула голову к Раулю. Наши взгляды сцепились. Я не сказала ему ничего вслух, но всем существом пыталась передать:Доверься. Будь моим щитом. Будь нашей силой.— Рауль, — тихо, но четко произнесла я. — Прошу тебя, останься там, где стоишь, – и кажется он все окончательно понял.

Это был риск. Но я понимала, что если я сейчас не рискну, тто завтра меня и моих мужей может и не быть.

Архивариус и другие наблюдатели следили молча, их инструменты уже начали тихо жужжать. Они, должно быть, сочли мою просьбу странной, но не противоречащей процедуре — я все еще была в поле действия камня, все еще была частью эксперимента.

Когда мы все встали на свои места, положив ладони на холодную поверхность, я закрыла глаза. Я сосредоточилась не только на связи с Эрнаном, Раулем и Робертом через камень, но и на горячей, живой нити, что жила внутри меня. Я ощущала ее, после той первой проверки. Я представляла все наше единство как купол, кольцо окружающее наши фигуры, защищающие и усиливающее наши силы.

И я почувствовала… Сначала все было как в прошлый раз: слабая вибрация, но теперь она шла от Эрнана, затем тепло от Роберта, проходящие через камень, и наконец энергия Рауля. Но затем, пришло новое ощущение — не вибрация и не тепло, а давление. Твердая, несгибаемая уверенность. Сила, которая не стремилась в камень, а окружала нас, создавая тихую, но мощную резонансную частоту.

И тогда, глубоко внутри камня, мерцающие прожилки не просто начали пульсировать. Они вспыхнули. Ярче и стремительнее, чем когда-либо. Светящиеся линии не просто потянулись от наших точек контакта. От центра этой фигуры, прямо напротив того места, где я стояла, будто в ответ на давление, ударил короткий, ослепительный луч, ушедший вглубь кристалла.

— Что это?! — резко выкрикнул один из наблюдателей, и в его голосе была уже не просто растерянность, а паника. — Энергетический профиль… Он не соответствует ни одной из имеющихся известных сигнатур! Появился внешний источник, но он не контактирует с артефактом напрямую!

Архивариус шагнул ближе, его глаза бегали между нами.

— Это невозможно… Камень реагирует не только на их присутствие. Он реагирует на… на связь между ними. На намерение! Они все… Он часть этого поля. Как усилитель.

Они поняли. Но они поняли слишком поздно. Я открыла глаза и увидела, что камень пылал, а от него, как корни или молнии, расходились новые, невиданные ранее узоры. Это была не просто реакция. Это было пробуждение, направленное и усиленное.

Я не слышала криков, но видела их открытые рты, их руки, тянущиеся, чтобы остановить нас. Архивариус выкрикнул что-то, пытаясь прорваться сквозь внезапно сгустившийся в воздухе