— Это было несложно, — улыбнулся советник, — вы дали ее имя и место, где она должна жить. Оставалось только отправить того, кто узнал подробности.

— И всё же благодарю, — повторила Ее Величество и оставила мысли о встрече с нянюшкой. Она была частью юности, а юность закончилась, стало быть, и время няни Милы прошло.

В это мгновение карета остановилась. Лания повела плечами, сбрасывая полусонное оцепенение. Проведя ладонями по голове, она поправила прическу, после выдохнула, и дверца кареты открылась. Лакей сноровисто откинул подножку и, отойдя в сторону, склонился. Капитан гвардейцев, как старший по чину, подал государыне руку, и она выбралась наружу.

По другую сторону от дверцы склонились еще два лакея, а вместе с ними замерли в почтительном поклоне все, кто оказался в этот момент неподалеку от королевского экипажа. Лания отошла в сторону и произнесла:

— Благословляю вас, дети мои. Пусть богини не оставят вас и ваших домочадцев своей милостью.

— Благодарим Ваше Величество, — вразнобой отозвались горожане. — Милости богинь вам, государыня.

— Благодарю, дети мои, — ответила королева и направилась к вычурным высоким воротам, за которыми уже мельтешили фигуры прислуги.

Да что там, сам хозяин и домочадцы уже спешили навстречу высочайшей гостье. И когда ворота распахнулись, к Линии шагнул герцог Тридид.

— Ваше Величество оказали нам честь, — после легкого поклона произнес хозяин дворца.

— Доброго дня, ваша светлость, — улыбнулась королева. — Примите ли незваную гостью?

— Скорей нежданную, — ответил улыбкой дядя покойного короля и здравствующего наследного принца. — Но от того не менее желанную. Прошу, Ваше Величество.

— Доброго дня, милые дамы, — поздоровалась государыня разом со всеми женщинами герцогского семейства, они поднялись из реверанса, в котором пребывали, пока глава семьи разговаривал с королевой.

— И вам доброго дня, государыня, — ответила старшая герцогиня. — Приятная неожиданность и великая честь видеть вас в нашем скромном жилище.

Жилище было далеким от скромности. Конечно, дворец герцогский уступал дворцу королевскому, но, тем не менее, это было одно из наиболее великолепных зданий в столице. И по размеру, и по отделке, и по величине парка, занимавшего места в два раза больше, чем сам дворец. У Вилленов жилище, как выразилась герцогиня Тридид, было поскромней.

Королеву проводили в роскошную гостиную таких же алых тонов, как и ее платье, то ли желая показать, что и в их доме царит траур, то ли попросту сочли ее наиболее подходящей. Впрочем, Лания на цвет обивки стен внимания обратила мало. Да и задерживаться тут не намеревалась. Ее во дворец Тридидов привело дело, и тратить время на пустую светскую болтовню государыня не желала.

— Не буду долго расшаркиваться, — произнесла Лания, — я приехала к вам с некой целью, ее и желаю обсудить, — она перевела взгляд на герцога и закончила, — с вами наедине, ваша светлость. После можем поговорить об этом и все вместе, но прежде у меня дело именно до вас.

Тридид в удивлении приподнял брови, однако склонил голову, а после бросил взгляд на жену и дочерей. Те вновь присели в реверансе и направились к выходу. Лания задержала взгляд на старшей из сестер. Она была на полтора года младше Ее Величества, немногим ниже ростом, стройная и довольно миленькая блондинка с большими голубыми глазами.

— Желаете ли чего-нибудь? — вежливо уточнил его светлость, и королева кивнула:

— Да, поговорить.

— Я слушаю вас, Ваше Величество, — взгляд герцога стал внимательным и даже немного настороженным.

— Дело касается вашей старшей дочери, — начала королева. — Она уже вошла в пору и может быть просватана. Мне сегодня предложили жениха для ее светлости. Он еще молод, о красоте и нраве судить не берусь, потому что даже портрета его еще не видела. Однако от этого союза может выйти польза нашему королевству. И все-таки перед тем, как я дам ответ, мне бы хотелось услышать ваше мнение, как отца. Возможно, и мнение самой герцогини Эдилии.

Его светлость некоторое время смотрел на гостью, после неопределенно хмыкнул и откинулся на спинку кресла. Он в задумчивости почесывал короткую бородку, а Лания вдруг ощутила любопытство. Она никогда особо не разглядывала дядюшку Ангвира и Канлина, а сейчас увлеклась. Ее проницательный взгляд скользил по чертам уже немолодого мужчины, отмечая семейную схожесть и некоторые различия с братьями.

Герцог Лекар Тридид-Мелибранд был ростом схож со вторым племянником. Не особо высок и немного более худощав, чем Канлин. Однако волосы его более походили цветом на волосы покойного государя, они были светло-русыми. Возможно, потому особо не было приметно серебряных нитей, уже прочертивших голову его светлости. И если Канлин носил длину волос до основания шеи, у Ангвира же они едва спускались на шею, то их дядя был коротко подстрижен, как стриглись воины.

Впрочем, в военных кампаниях его светлость участвовал лишь в молодости, когда по договору с южанами Северное королевство предоставило свою помощь в споре с западным соседом. Войны не было, так… несколько довольно мелких стычек на границе. Герцог, тогда еще принц, на поле брани не выезжал. Во-первых, он был вторым наследником, а потому его берегли, а во-вторых, вести за собой рать попросту не требовалось.

И все-таки Лекар всю свою жизнь подчеркивал близость королевскому войску, приверженность его порядкам и имел слабость к оружию и поединкам, в которых часто участвовал, но без особых ранений, потому что всё еще оставался вторым наследником. Больше страдали его противники, которые не смели сами нападать в полную силу. Впрочем, это не мешало признавать Его Высочество воинственным и отважным мужем.

А еще его называли прямым человеком, и это при склонности к интригам. Именно последнее не позволяло поверить в его настоящую искренность. Да, он мог себе позволить выражать неприязнь, если ее испытывал, как мог лгать в глаза, если это было ему выгодно. Потому Лания по-прежнему не верила герцогу Тридиду, несмотря на его видимую миролюбивость, как не верила и собственному отцу, и деверю, если быть уж до конца откровенной.

Впрочем, Канлин пока мог быть и искренним, ожидая, как и все, родов королевы. Быть может, что-то потом и изменится между ними, но пока Ее Величество и Его Высочество прекрасно ладили и даже были в некотором роде единомышленниками, но Лания все-таки помнила слова Радкиса о том, что по норову он близок больше дяде, чем брату. Да и Виллен