Она насильно отдала графу написанное им стихотворение, и пошла прочь, но затем, с нервным смехом, поняв, что не может расстаться с этими строками, Хелен вернулась к Рафаэле и забрала у него листок. Затем она положила ладонь на его щеку, прижалась к нему, и, почувствовав, как он обнял ее – крепко, не желая отпускать, она позволила себе насладиться этими последними крохами счастья, оставшимся в ее жизни. Ведь без него это счастье исчезнет, и она больше никогда не познает этого волшебного, всепоглощающего чувства. Она никогда больше не полюбит…

– Хелен, любовь моя, умоляю тебя, поедем со мной! – со слезами на глазах прошептал граф, прижимая ее к своей груди и вдыхая аромат ее волос.

– Я не могу… Да хранит вас Господь, сэр! – Хелен грубо оттолкнула от себя своего возлюбленного и вновь пустилась в бегство.

Она обернулась всего на миг, но ей хватило и этого: Рафаэле упал на скамью и уронил голову на руки. Хелен захотелось вернуться, прижать его голову к своей груди, целовать его, шептать слова любви, но в то же время она чувствовала к нему ненависть за то, что он требовал от нее слишком многого и не желал уступать.

Так пусть же уезжает! Пусть исчезнет из ее жизни!

Она забудет его! Разлюбит!

Разлюбит… Забудет…

Из глаз Хелен потекли жгучие слезы, а из горла вырвался тихий, полный боли стон, но она продолжала идти. Она должна была.

Она выбрала свою семью.

***

«Что бы ни случилось, что бы Луиза ни говорила, и как бы ни вела себя наша мать, я всегда выберу их. Любовь? Любовь проходит, страсть угасает, но семейные связи не угаснут никогда. Моя мать дала мне жизнь, а в венах Луизы и Эдмунда течет та же кровь, что и во мне. Кровь важнее любви. Я сделала правильный выбор. К тому же, сбежав с Рафаэле, я нанесла бы удар по душе моего бедного отца… Пусть он уезжает и больше не волнует меня!» – успокаивала себя Хелен, сидя за обеденным столом, вместе со своей семьей, и рассеянно перебирая вилкой нежное мясо ягненка, поданного с овощами и соусом. У нее не было аппетита. Совсем.

– Ты сегодня очень молчалива, моя дорогая, – осторожно заметил мистер Валент. Как обычно, он сидел во главе стола и замечал все оттенки и выражения лиц своих домочадцев. От него не укрылась задумчивость старшей дочери и глубокая складка, пролегшая меж ее черными бровями, которая выдавала ее скрытое напряжение.

– Наша Хелен просто замечталась, отец, – невинным голосом сказала Луиза.

– Что? – Сердце Хелен громко застучало. Она невольно взглянула на сестру: Луиза знает? Но откуда? Как она узнала?

– И о чем же ты мечтаешь, Хелен? – улыбнулся отец.

– Она мечтает о том, чтобы приехал мистер Дарси и забрал ее в свое прекрасное богатое поместье Пемберли, отец, – не дав Хелен раскрыть рта, ответила за нее Луиза.

– Луиза, кушай и дай мне послушать Хелен! – строго обратился к ней мистер Валент, немного раздраженный вольностью своей младшей дочери. Луиза хмыкнула и пожала плечами. – Так что, Хелен? О чем это ты так замечталась? – мягко спросил он.

– Я не мечтаю, отец. Я размышляю, – призналась Хелен. Она была рада, что отец спросил ее, ведь ей нужны были ответы. Прямо сейчас. Что важнее: любовь или семья. – Недавно я прочла одну занимательную книгу о молодой английской дворянке, которая полюбила французского посла. Это была настоящая любовь, и они мечтали пожениться, но он желал увезти ее в Париж, а она не смогла оставить свою семью и отказала ему.

– И? – приподняла брови Луиза.

– И я размышляю о том, что важнее: семья или любовь, – ответила ей Хелен. – Что бы ты выбрала в такой ситуации, Луиза?

– Ответ прост: я уехала бы с ним в Париж и писала бы отцу и матери долгие письма, чтобы не особо расстраивались моему выбору, – ни секунды не думая над вопросом, тотчас ответила Луиза.

– Ты и вправду оставила бы твою бедную мать? – недовольно ахнула миссис Валент.

– Это моя жизнь, матушка, и вы не можете держать меня при себе до самой вашей смерти! – твердо ответила ей Луиза.

– Но неужели тебе не было бы жаль оставить позади и меня с Эдмундом? – удивилась Хелен.

– Будь у меня была возможность стать супругой французского дипломата и жить в Париже? – Луиза издала тонкий смешок. – Конечно, не жаль!

– Но наш отец против того, чтобы мы покидали Англию, – осторожно сказала Хелен, подбираясь к самому главному. – Не правда ли, отец?

– Даже предположение и эта пустая беседа о подобном браке выводит меня из себя! – угрюмо ответил мистер Валент. – Семья – вот, что для меня главное, вот, что имеет наивысшую ценность! Если ты уедешь во Францию, Луиза, ты навсегда покинешь семейство Валент и твою родную землю, и это было бы стыдом и позором…

– Но как же Федерико? – мягко перебила его Хелен. – Он встретил Офелию и отдал ей свои сердце и жизнь.

–Думаю, мне пора поведать вам кое-что, мои дорогие, чтобы эти романтические бредни и иллюзии исчезли из ваших красивых головок! – Мистер Валент отложил от себя вилку и нож, пригубил вина, а затем обвел свое семейство внимательным взглядом. – История Федерико Валенти и его супруги Офелии окружена романтизмом. Он встретил ее, английский снежный цветок, и эта девушка стала его супругой, его верной спутницей жизни. Ради нее он позабыл о Сицилии и остался здесь, в далекой, чужой для него Англии. Звучит, как занимательный женский роман, не правда ли?

– Звучит очень красиво и романтично, отец, – улыбнулась Хелен, не понимая, к чему он ведет.

– Вам, мой дорогой супруг, нужно написать их историю. Ах, только представьте какая любовь! – мечтательно сказала миссис Валент.

– Да, да, очень и очень романтично, – поддакнула Луиза и вновь принялась за свою еду.

– Эдмунд? Что скажешь на это ты? – спросил мистер Валент сына.

– Звучит не так уж плохо, отец, – неуверенно ответил тот.

– Так я и думал, – хмыкнул мистер Валент. – А теперь слушайте правду: Федерико Валенти был неудержим в своей южной страсти и заводил романы со всеми придворными дамами: незамужними, замужними