подготовили засаду и ожидали его. Подвергшись нападению, он и все его войско было совершенно истреблено». Объясняет это нападение он тем, что «пацинаки» были раздражены тем, что Святослав заключил с ромеями договор.

Рассказ русской летописи более пространен и изобилует подробностями: «Заключив мир с греками, Святослав пошел в ладьях к днепровским порогам; отцовский воевода Свенельд говорил ему: “Ступай, князь, в обход на конях, потому что стоят печенеги в порогах”. Святослав не послушал его и пошел в ладьях». Свенельд же двинулся в обход, степью.

Далее летопись содержит прямое указание на то, что печенеги действовали по наущению: «…между тем переяславцы послали сказать печенегам: “Идет Святослав в Русь с большим богатством и с малою дружиною”».

То есть летопись тоже говорит о посольстве, только отправленном из болгарского Переяславца.

Получив эту весть, печенеги во главе с ханом Курей утроили засаду на днепровских порогах, и Святослав вынужден был остановиться на зимовку у Белобережья – так называли песчаные косы в устье Днепра. Очень скоро у его дружины закончились съестные припасы и начался голод, летописец сообщает, что воины платили по полугривне за лошадиную голову. Дождавшись начала весны, Святослав опять двинулся в путь, но был встречен печенежским ханом и убит. Уже мертвому князю печенеги отрубили голову и из его черепа сделали чашу, оковав его золотом. Древний обычай делать чаши из черепов убитых врагов был популярен у тюркских народов. Кочевое население верило, что таким образом силы и мужество врага переходили на пьющего. Сам хан Куря и его жена пили эту ритуальную чашу, чтобы рожденный у них сын был подобен Святославу.

Археологические раскопки подтвердили летописную историю: в 1933 году при работах на Днепрострое в том районе было найдено несколько стальных мечей X века, украшенных серебром. Предполагается, что эти мечи принадлежали воинам князя Святослава.

Борис Чориков. Гибель Святослава. 1836

Историки не раз задавали вопросы: почему Святослав не постарался избегнуть печенежской засады и почему его так легко оставили воевода Свенельд и значительная часть дружины? Ответ кроется в изменившемся статусе Святослава: наследственные земли он роздал своим сыновьям, а завоеванные утратил, проиграв войну. Мог ли он теперь считаться князем? Где бы он стал княжить, вернувшись на Русь? Единственным выходом для него было набрать новое войско и снова отправиться в завоевательный поход. Но это было бы затруднительно, так как пришлось бы договариваться с сыновьями и выпрашивать у них дружину. Это было слишком унизительно для отважного князя-воина. Вот поэтому он и отправил за войском Свенельда – степным путем, а сам остался дожидаться его возвращения. Однако по каким-то причинам воевода не вернулся обратно, предпочтя остаться с Ярополком. Не исключено, что, заняв уютное место подле малолетнего князя, Свенельд сам приобрел княжеские полномочия и фактически стал единовластным правителем Руси. Тогда, поняв, что его предали, Святослав привычно решил, что «мертвые сраму не имут», и ринулся в последний бой.

Ярополк

Ярополк Святославич был старшим сыном князя Святослава Игоревича. Точные дата и место его рождения неизвестны, равно как неизвестно и имя его матери. Предполагают, что она была княжной одного из подвластных Святославу племен или городов и рано умерла, так как не упоминается при описании осады печенегами Киева в 968 году.

Предметом дискуссий среди историков остается роль юного Ярополка в гибели его отца – Святослава. Ведь именно к Ярополку отправился воевода Свенельд за подмогой – и не вернулся. Исходила ли инициатива оставить Святослава без помощи от юного князя, или это было самостоятельное решение старого опытного воеводы – вопрос обсуждаемый. Учитывая ту роль и то влияние, которое Свенельд имел в правление Ярополка, а также его огромный опыт и умение управлять людьми, вряд ли мальчишка, не достигший двенадцатилетнего возраста, смог бы перечить старому полководцу. Однако не стоит сбрасывать со счетов и то, что при дворе Ярополка могли найтись и другие интриганы, не желавшие возвращения Святослава.

Как бы то ни было, Ярополк после гибели Святослава стал великим князем на Руси. Правление его длилось не слишком долго, но все же запомнилось потомкам, в первую очередь тем, что в это время имели место дипломатические контакты с Западом. В 973 году русские послы с дарами посетили имперский съезд в Кведлинбурге (земля Саксония-Анхальт) – пасхальную встречу только что взошедшего на трон императора Оттона II Рыжего с высшей знатью. Молодой и очень активный император недавно женился на дочери Иоанна Цимисхия: все это происходило до Великой схизмы, то есть до разделения христианской церкви на католическую и православную, а потому никаких препятствий для такого брака не существовало. Напротив, брак с византийской принцессой Феофано принес Оттону II надежду на признание и сохранение мира между правителями Восточной и Западной империй. Западный историк сообщает, что на том съезде собрались все князья империи, а также явились с большими дарами послы многих народов, а именно из Рима, от греков, из Беневента, Италии, Венгрии, Дании, от славян, болгар и Руси.

Василий Верещагин. Великий князь Ярополк. 1896

С правлением Ярополка также связана попытка ввести в Древнерусском государстве свою валюту – так называемые псевдодирхемы Ярополка. В настоящее время известно более десятка таких монет, которые были получены путем перечеканки арабских дирхемов. На этих псевдодирхемах поверх арабской вязи, воздающей хвалу Аллаху, нанесено изображение птицы (сокола?) с равноконечным крестом над головой. Изображение креста не случайно: многие источники содержат намеки, что этот князь симпатизировал христианству. Крестился ли сам Ярополк – вопрос дискуссионный.

По данным Никоновской летописи, к Ярополку приходили послы римского папы. Иоакимовская летопись сообщает: «Ярополк же был муж кроткий и милостивый ко всем, любящий христиан, и хотя сам не крестился народа ради, но никому не запрещал… Ярополк нелюбим у людей, потому что христианам дал волю великую».

Однако «Повесть временных лет» говорит, что Ярополк жил с монахиней-гречанкой как с женой. Крещеный человек вряд ли осмелился бы на такое, так что, скорее всего, он оставался язычником.

Хотя, напротив, эта гречанка могла развить в нем интерес к христианству. Ну а что касается данных ею обетов, так даже в «Истории франков» Григория Турского есть рассказы о том, что женщины покидали прославленное аббатство в Пуатье и выходили замуж: они наивно полагали, что оставив монастырь, перестают быть монахинями.

Гибель Олега Святославовича

Ярополк остался старшим среди Рюриковичей, воеводой при нем состоял Свенельд, имевший огромное влияние на молодого князя. Ярополку на момент смерти