же попытки бороться с новой газетой были задушены на корню.

Я развлекалась, горела работой, мечтая о росте. Целая серия женских газет, пожалуй, удовлетворила бы мои запросы. А сколько рабочих мест получилось бы создать.

Но в первое время даже на одно издание уходило достаточно много времени — и о газетной “империи” я могла лишь грезить.

В Дургаре быстро узнали, что “Гармонией” руководит жена владыки, и так же быстро успокоились, посчитав мои труды блажью скучающей дамы.

Но вы просто еще плохо знаете меня, господа.

Эмма с гордостью показывает мне кабинет, который декорировала по своему вкусу.

— Мне удалось взять интервью у звезды иллюзий. Той самой, что сейчас на всех главных полосах, — рассказывает она и показывает мне верстку.

— Вы о Паоле Неро? — интересуюсь я, разглядывая яркие сочные снимки. Неплохо.

— Именно о ней.

— Придет время и я открою несколько редакций, — мечтательно тяну я. — Газеты и журналы разных направлений. Кулинария, путешествия, политика. Сколько людей начнут работать.

Я планирую нанимать не только женщин, но и талантливых мужчин. Устраивать монополию мне не нужно, в Дургаре достаточно газет, готовых составить конкуренцию, но объединить свои издания общей фишкой было бы замечательно.

— Иностранные корреспонденты, — подсказывает Эмма и я улыбаюсь в предвкушении.

— Я хочу, чтобы вы освещали коронацию, — напоминаю помощнице и вскоре покидаю “Гармонию”.

С удовольствием бы поработала здесь рядовой сотрудницей, но теперь моя жизнь тесно связана с властью и императором. У входа ждет черный автомобиль и я забираюсь в салон, прокручивая в голове очередную статью Персиваля.

Хоть так я могу помочь мужу сохранить порядок. Все налаживается и люди постепенно начинают верить, что огромные ящеры, бороздящие небо, не причинят им вред.

Коронация проходит в тронном зале. Ритуал этот сложный, состоящий из множества процедур — громоздких, утомительных, но совершенно волшебных.

Я заранее заучиваю клятвы, но Эдриан обещает, что церемония пройдет интересно и будет полна сюрпризов. Сколько я не мучаю его, он таинственно отмалчивается и поэтому на коронацию я иду в приятном предвкушении и немного волнуюсь.

С самого утра над городом разнесся звон колоколов, задав настроение. Мы с Эдрианом одеты в старинные одежды Дургара и это кажется очень трогательным и забавным.

На мне темно-синее бархатное платье, расшитое сапфирами, и полупрозрачная мерцающая мантилья, оттеняющая серые глаза.

Эдриан облачен в алый камзол с золотым шитьем. На голове его сияет корона.

Он выглядит так необычно в костюме старых веков и я нет-нет да кошусь на мужа, с тайной гордостью оглядывая его роскошную фигуру.

Тронный зал встречает нас светом, солнечными бликами и аплодисментами — весь цвет Дургара сегодня здесь.

Я отмечаю клан Шарсо в полном составе, знакомых драконов и людей. Но особенно радуюсь при виде Деймона. Хитрый дракон обрел крылья, но стал задумчив и я волнуюсь — как он уладил конфликт с богом Всех Миров?

Деймон поднимает голову и открыто улыбается мне. И тут же Эдриан сжимает мою руку чуть сильнее. Я догадываюсь, что он все еще немного ревнует меня и поднимаю к мужу голову, чтобы подарить улыбку.

— Я жду сюрпризов, — шепчу, чтобы услышал только супруг.

— Магия вернулась. Ее стало больше, — так же тихо отвечает Эдриан. — Боги милостивы к нам, Вера.

Мы подходим к огромной картине с изображением Древа.

Эдриан склоняет голову и произносит обновленную клятву. В тот же миг вокруг него вспыхивает огонь. Языки пламени весело скачут, но не жгут и Эдриан улыбается на мое удивленное “ой”.

Первый сюрприз мне понравился. Огонь запечатал клятву владыки.

А затем приходит моя очередь и я повторяю слова клятвы, чуть подрагивая от величественности момента. И сразу же ветер взметает полы платья и концы мантильи, запечатывая мою клятву.

Под ногами каменный пол и я вздрагиваю, когда он расцвечивается огненными рунами, рисующими вокруг нас замысловатые узоры. Мне на голову между тем опускается золотая корона.

— Да здравствует император! Да здравствует императрица! — провозглашает жрец.

Придворные повторяют его слова, а с потолка неожиданно сыпятся лепестки. Золотистые, розовые, нежно-зеленые…

Что это?

— Благословение, — выдыхает Эдриан. — Боги наконец-то благословили наш брак и наше правление, Вера.

Эпилог

Эдриан

Вера спит, укрывшись тонким одеялом. Эдриан сидит в кресле у постели и смотрит, прислушиваясь к ее тихому дыханию.

Когда корона опустилась на голову жены, она просто улыбнулась, но мыслями летала далеко — в своих делах.

Ее хлопоты с издательством поначалу были непонятны. Жена могла бы наслаждаться жизнью и бездельем, но она строчит статьи, причем в нескольких издательствах одновременно.

К народу она выходит вместе с ним и очаровывает людей — не только внешностью и мягкой силой, но и словами.

Вера владеет словом. Она знает, что и когда сказать. Она редактирует речи, которые он готовит. Иногда подправит пару фраз и пафосное заявление становится точным и органичным.

Жена потягивается во сне, кладет руку на живот, в котором, он чувствует, зарождается жизнь.

Прикрыв глаза, владыка втягивает носом воздух, стараясь впитать аромат жены. От воспоминаний лоб его покрывается испариной.

Он рисковал, когда тянул с разводом — откат от клятвы всегда тяжел. Наказывает жестко и бесповоротно. Потеря здоровья и плодовитости: вот та цена, которую род Рашборнов мог заплатить за роковую ошибку молодого владыки.

Вспоминая собственное безрассудство, он склоняет голову. Стук сердца становится чаще и он пытается его унять, чтобы не разбудить жену.

Бернар Саршар крикнул ей перед смертью жестокие слова, напоминая о предательстве. Его предательстве.

Но Вера простила и Эдриан знает, почему она решила остаться с ним.

В полной мере истинность драконов они ощутили, когда жена обратилась. Когда он чуть не подох, летая с ней во снах.

Но как люди они полюбили друг друга за другое.

Ему хватило ума принять ту месть, которую она назначила ему. Его жена — дочь врага. Да, не родная, но наделенная полным набором магических даров Рейси — она больно щелкнула императора по носу.

Не каждая женщина решилась бы на такое.

Он проводит над женой ладонью, но не касается. Его императрица, его сокровище, которое он боится потерять.

Даже ценой жизни Эдриан будет защищать ее и их детей. Потому что для дракона жизнь самки и потомства важнее собственного благополучия.

Да, бывает они спорят, так как Вера сильна и своевольна, но они всегда находят компромисс. Впрочем, он также осознает, что жена ринется спасать его, нависни над ним опасность.

А вот этого он не позволит и принял меры, чтобы оградить семью от любой возможной беды.

Защищать будет только он. Хранить