лишь его деревянную раму, само зеркало было плотно занавешено чёрной тканью. У противоположной стены стояла большая кровать с балдахином, напротив неё – тяжёлый деревянный шкаф. В центре комнаты находился стол. Совершенно пустой, он был полностью испещрён накарябанными на нём рисунками и надписями.

Подойдя ближе, девушка склонилась над столешницей. Разобрать рисунки ей не удалось, но прочитать несколько фраз получилось. «Они приходят каждую ночь. Они зовут меня с собой. Я слышу голос смерти», – слова, нацарапанные на деревянном столе, заставили Мадлен поёжиться. В них крылось нечто необъяснимое и оттого ужасное. Обхватив себя руками, девушка отошла от стола и покрутила головой. «Неуютная комната, – подумала она. – Здесь нет ни свечей, ни факелов. Ещё и окна почти полностью закрыты тёмной тканью».

Пока девушка изучала обстановку мрачной комнаты, где-то поблизости раздался короткий неприятный скрип. Резко заозиравшись по сторонам, Мадлен отыскала глазами источник звука. Им оказалась створка огромного старинного шкафа. Слегка приоткрывшись, он смотрел на девушку непроглядной всепоглощающей чернотой. Мадлен сделалось не по себе. Ступая плавно, почти бесшумно, фрейлина приблизилась к шкафу. Почти коснувшись рукой его дверцы, Мадлен замерла. Неуловимый страх, преследовавший её с того самого момента, как девушка переступила порог поместья, вдруг ожил. Сердце забилось сильнее, по спине пробежал холодок. Борясь с паникой и диким животным ужасом, проникающими в душу, Мадлен дотронулась до ручки шкафа, потянула её на себя и распахнула одним быстрым рывком. В эту минуту из недр старого шкафа на фрейлину двинулся белый призрак.

– Ах! – едва не задохнувшись от ужаса, Мадлен дёрнулась, отступив назад.

Девушке потребовалось несколько долгих секунд, чтобы понять – перед ней не призрак, а забытое кем-то старое подвенечное платье.

Выдохнув, девушка протянула руку и коснулась светлой ткани, щедро усыпанной жемчугом. «Красивое платье. Но видно, что оно провисело здесь много лет, – подумала Мадлен. – Интересно, кому оно принадлежало?»

Закончив разглядывать платье, девушка закрыла дверцу шкафа и в следующий миг подпрыгнула на месте. Из её груди вырвался непроизвольный крик. За дверцей шкафа, притаившись, всё это время стояла тёмная женская фигура, облачённая в чёрное платье. Лица Мадлен не видела, его закрывала плотная чёрная вуаль.

Фигура двинулась вперёд. Фрейлина начала пятиться. Она отступала до тех пор, пока её спина не врезалась в стол, стоявший в центре комнаты. Тогда тёмная фигура нагнала её. Мадлен онемела. Её руки и ноги похолодели от ужаса, глаза расширились. Тёмная фигура приподняла руки. Одним плавным движением коснулась вуали и отбросила её назад.

Мадлен вздрогнула. Перед ней стояла совсем юная девушка, не старше её самой. Некогда красивое лицо было сильно изуродовано старыми ожогами. Кожа побурела, сморщилась, образовав заметные рубцы. Мадлен тяжело дышала, не в силах вымолвить ни слова. Но вдруг её взгляд скользнул на шею девушки. Фрейлина увидела, как на её груди медленно покачивался знакомый амулет. «Точно как тот, что некромант сделал для Нострадамуса!» – встрепенулась Мадлен.

Страх понемногу уступил место любопытству. Набравшись смелости, она спросила:

– Откуда у вас этот амулет?

Незнакомку удивил вопрос девушки. Подумав и покачав головой, она ответила:

– Прощальный подарок.

– Чей?

– Юноши, что говорил с мёртвыми…

«Говорил с мёртвыми? Она имеет в виду некроманта?» – предположила Мадлен. Но уточнить этого не успела. Дверь в комнату распахнулась, и в неё влетел Этьен. Его волосы были взлохмачены, брови хмуро сдвинуты к переносице. Взглянув на Мадлен, он сурово спросил:

– Что Вы здесь забыли?! Я же просил не заглядывать за ту дверь!

Мадлен почувствовала неловкость. Чувство вины неприятно кольнуло душу. «Опять я без спроса пробралась в чужой дом и, кажется, раскрыла тайну, которую Этьен хотел сохранить», – подумала она. Но вместо извинений почему-то выпалила:

– Вы говорили, что живёте один.

Этьен тяжело вздохнул, его лицо сделалось мягче, но печальнее.

– Я не хотел, чтобы кто-то потревожил Патрисию. Она не любит внимание. После того, что ей пришлось пережить, она предпочитает уединение.

Теперь уже Мадлен не могла удержаться от извинений:

– Простите меня, я не хотела нарушить Ваш покой. Просто тот голос за дверью, он словно звал меня…

– Я понимаю, – ответил Этьен. – И вы простите мне мою грубость, Мадлен. Я не желал обидеть вас. Рано или поздно вы всё равно бы узнали о Пати, так что было глупо скрывать её от вас.

Пока Этьен и Мадлен приносили друг другу извинения, взгляд Патрисии изменился. Отойдя в угол, она уставилась в стену и зашептала:

– Мёртвые снова идут сюда. Они зовут, хотят забрать меня.

– Мёртвые? – удивилась и одновременно испугалась Мадлен.

– Не обращайте внимания, – с грустью ответил Этьен. – Бедняжка Патрисия пережила страшное горе, оно несколько повредило её разум. Ей кажется, что она говорит с мёртвыми.

Медленно подойдя к Патрисии, Этьен взял её за плечи:

– Тебе лучше прилечь. Закрой глаза, отдохни.

– Тогда я буду слышать их голоса, – прошептала Патрисия.

– Сон лечит всё. Уйдя в мир грёз, ты не услышишь чужих голосов.

Этьен помог девушке лечь в постель. А затем обратился к Мадлен:

– Давайте вернёмся в гостиную.

Поднявшись в главный зал поместья Сен-Беар, Мадлен наконец вздохнула полной грудью. Посматривая на Этьена, она спросила:

– Возможно, мой вопрос покажется Вам неуместным, но кем Вам приходится эта девушка?

– Пати – младшая сестра моей невесты, – с тоской произнёс Этьен. – Мы с Амелией собирались пожениться. Но однажды ночью в их поместье вспыхнул пожар. Спаслась лишь Патрисия. Чудом она добралась до моего поместья. Я сумел выходить её. И с тех пор она осталась здесь.

– Какая печальная история, – заметила Мадлен. – Как давно это случилось?

Этьен задумался. Он словно пытался собрать воедино свои воспоминания, но это не удавалось ему.

– Вероятно, давно, – ответил он.

– А Вы что-нибудь знаете об амулете, что носит Патрисия?

– Амулете? – удивился Этьен. – Никогда не обращал на него внимания.

– Кстати, я пришла к вам не просто так, – вдруг вспомнила Мадлен. – Сегодня ночью в замке Блуа скончалась Екатерина Медичи. Я хотела узнать, придёте ли вы проститься с ней?

Этьен озадаченно взглянул на фрейлину.

– Кто это?

– Екатерина Медичи? Как можно не знать, кто она?

Этьен пожал плечами, не понимая удивления девушки.

– Когда-то она была королевой Франции, матерью королей из рода Валуа.

– Никогда не слышал о ней…

– Как такое возможно?

– Политика не интересует меня, – напомнил Этьен. – Так что мой ответ – нет, я не приду на похороны неизвестного мне человека.

«Ничего не понимаю. Даже крестьяне в самых отдалённых уголках Франции знают имя Екатерины Медичи. А аристократ из Блуа – нет. Удивительно!»

– В таком случае я больше не стану тяготить Вас своим присутствием, – произнесла Мадлен. – Мне нужно вернуться в