не стремился к знати и не собирался заискивать перед высокопоставленными людьми. К тому же он ведь заклинатель, разменявший не один век! Но он впервые за свою долгую жизнь видел принца так близко и разговаривал с ним. Тут даже такой старец будет слегка взволнован.

– Боюсь, что это невозможно, – покачала головой Хэ Фэнь. – Сейчас весна, на Туманный склон вернулись туманы. Там безумно сыро и влажно. К тому же там весьма бедная обстановка, неприятная для глаза. Ну и самое главное – у мастера Цзэ нет учеников. Поэтому некому присматривать за огромной территорией.

– Вы можете навестить мастера Цзэ позже. Он обязательно радушно вас примет и покажет все интересные места своей области. Но жить там – не лучший выбор, – утешил Цинь Фэнчжана Цао Цзюань. Изначально он хотел вообще проигнорировать эту просьбу, но Его Высочество выглядел по-настоящему расстроенным.

Цинь Фэнчжану оставалось только согласиться. Он действительно соскучился по своему другу. Они не виделись так давно, обмениваясь только редкими письмами. Хоть их знакомство и не продлилось долго, Цинь Фэнчжан чувствовал душевную близость с гордым и свободным мастером Цзэ. К тому же Цзэ Сюлань недавно оправился от тяжелой болезни. Следовало спросить его о самочувствии и вручить все дары, что принц Нин приготовил. Он привез подарки для каждого из хозяев ордена, но подарок для Цзэ Сюланя выбрал лично, и он имел особую значимость.

На самом деле принц Нин искренне надеялся, что заклинатели, свободные от иерархии и мирских забот, встретят его просто, как обычного путника. Он рассчитывал обменяться со всеми приветствиями, расположиться на Туманном склоне и завязать дружескую беседу за чашкой чая с Цзэ Сюланем. Но прием в ордене «Хранителей равновесия» ничем не отличался от приема в доме управляющего какой-нибудь префектурой. Принца Нина встретила целая толпа мастеров, наставников и учеников, ему устроили экскурсию по ордену, показали самые интересные реликвии, а потом пообещали банкет с развлекательной программой.

Среди этого всего помпезного гостеприимства Цзэ Сюланя Цинь Фэнчжан увидел только в самом начале и то смог обменяться с ним лишь взглядами да улыбкой. Ну и Цзэ Сюлань ему еще успел подмигнуть. А потом Его Высочество увели, а Цзэ Сюлань растворился в бесконечном потоке мастеров и учеников.

Позже на банкете мастера Цзэ тоже видно не было. Цао Цзюань, усадив принца Нина рядом с собой, вежливо пытался объяснить, что Цзэ Сюлань у них птица вольная и совершенно не дрессированная, поэтому он на подобные «посиделки» ходить не любит.

Цинь Фэнчжан понимал друга, он сам едва сдерживал зевоту. Аромат жареной утки и сладких пирогов смешивался с тяжелым запахом ладана, а голоса певиц звенели как надоедливые цикады. Его Высочество ловил себя на мысли, что предпочел бы ужин в скромном павильоне Цзэ Сюланя – даже если бы тот подал ему подгоревший рис вместо лучших угощений.

Принц Нин был в восторге от заклинателей, даже если те просто пели и танцевали, но лучше бы ему показали тренировочные сражения, чем устроили концерт. Пение красавиц ему и так приходится слушать по несколько раз в год на значимые праздники.

Его Высочеству выделили огромный двор в долине Лотосов, чтобы там смогла разместиться вся прислуга, поднявшаяся на гору. Кровати у заклинателей были чуть жестче, чем в императорском дворце, но это не помешало Цинь Фэнчжану уснуть за считаные мгновения.

Укладываясь спать, принц Нин в целом был доволен и счастлив. Заклинательский мир, хоть и имел много общего с привычным для него, все равно казался другим. Поэтому вместе с радостью в душе тлело сожаление о том, что у него не вышло стать частью этого мира.

Проснулся Цинь Фэнчжан рано: в середине часа кролика[1]. И помог ему в этом колокол, звонивший совсем неподалеку. Несмотря на то что сегодня первый день праздника Золотого пути, ученики тут же повыскакивали из своих павильонов на утренние сборы.

– Дисциплина в ордене прямо военная, – улыбнулся Цинь Фэнчжан, пока евнух помогал ему собраться. Евнуха звали Ли Фэн. Его взяли во дворец совсем ребенком, а в возрасте пятнадцати лет приставили к принцу Нину. Тому тогда было еще только семь лет. Ли Фэн был очень покладистым и мягким человеком. Цинь Фэнчжан сразу нашел с ним общий язык. Именно поэтому Ли Фэна до сих пор никто не подменил, несмотря на небольшую медлительность и простодушие.

– Какие планы у Вашего Высочества на сегодня? – поинтересовался Ли Фэн, заплетая длинные волосы принца Нина.

– Сегодня первый день открытия ордена для новобранцев. Я собираюсь посмотреть на это. Но прежде всего я бы хотел встретиться с моим другом.

– Вашему Высочеству не стоит так переживать из-за того, что вчера не удалось встретиться с этим другом, – утешал Ли Фэн, прекрасно видя привязанность принца Нина к мастеру Цзэ. – Мы пробудем здесь не один день, и вы сможете вдоволь наговориться.

Цинь Фэнчжан ничего не ответил, рассматривая свое отражение в зеркале.

Завтрак принцу Нину доставили прямо в комнату, а после его лично встретил старейшина Лянь.

– Сегодня первый день, ничего интересного, – вводил в курс дела Лянь Цзэнь. – В начале часа тигра[2] были открыты врата для подъема к ордену, но я очень сомневаюсь, что в такую рань кто-то уже сумел взойти на гору. Вы ведь сами видели высоту. Тысячи ступеней! Да они хорошо если к вечеру доползут.

Принц Нин действительно был поражен тому, насколько высокой оказалась гора бессмертных. Тут только огромное желание стать заклинателем может помочь. К тому же день выдался на редкость жаркий для середины весны. Принц Нин даже оставил свое утепленное ханьфу, одевшись в более легкий вариант, предназначенный для летних прогулок. Детям, что решили начать свой путь к бессмертию, сегодня точно не будет легко.

– На все это дан только один день? – поинтересовался принц Нин.

Лянь Цзэнь кивнул:

– Один день. В час собаки[3] закрываются нижние ворота, и больше никто не может ступить на путь, ведущий на гору. А в час крысы[4] закрываются ворота на горе. Если опоздал хоть на щелчок пальцами – жди следующего года.

– А потом?

– А потом те, кто успел подняться на гору, либо вписывают свое имя и идут измерять параметры и ждут следующего дня, либо просто ждут следующего дня, если поднялись слишком поздно. И уже на следующий день вносят свое имя в список желающих и проходят все замеры. Но тогда им не удастся посмотреть представление областей.

От старейшины Ляня Цинь Фэнчжан узнал также то, что орден почти не заботится о новоприбывших учениках. Они дают