– Ты не представляешь, как я перепугался. Ты спал больше месяца, представляешь? А то, в каком виде тебя нашли, – это вообще страшно! Я уже думал, что останусь совсем один!

Он не сказал «в этом чертовом мире», так как в комнате сейчас был посторонний человек, но Цзэ Сюлань и так все понял.

– Это, кстати, лекарь Ли. Ли Вэньхуа. Он тебя выходил и привел в порядок. Когда мы тебя нашли, твои меридианы находились в плачевном состоянии, а энергия вся бурлила, как каша в котелке. Тебя принесли всего в кровище и еле дышащим. Мне через такое пришлось пройти, ты не представляешь!

– Ну да, куда уж мне, – хмыкнул Цзэ Сюлань.

– Вечно ты так. Не успел очнуться, а уже глаза закатываешь. Лекарь Ли, скажите ему, что если будет таким гадким, то полгода в кровати проваляется!

Ли Вэньхуа ничего не ответил, приступив к осмотру. Он проверил ток ци по духовным каналам, послушал пульс и выписал какой-то новый рецепт укрепляющего отвара.

– Самое страшное уже позади, – успокаивал целитель. – Главное – очнуться, а дальше заклинательское тело само восстановится.

Когда лекарь ушел, Цао Цзюань стал вести себя куда свободнее. Он взял одну из подушек Цзэ Сюланя и бросил ее на тахту, чтобы там развалиться. Цзэ Сюлань уже давно заменил у себя неудобные валики под голову на обычные перьевые подушки, и главе Цао это очень нравилось.

– Этот лекарь Ли – один из учеников Янь Хуа? – поинтересовался хозяин Туманного склона.

– Что? Нет, конечно! – рассмеялся Цао Цзюань. – Он из соседнего клана. Видишь ли, Янь Хуа все еще обижается на тебя из-за ваших прошлых стычек. И она заявила, что не собирается тебя лечить. Взялась только за Линь Яна. Поэтому мне пришлось экстренно искать для тебя хорошего целителя, чтобы ты к праотцам не отправился. Где моя благодарность?

От такого ответа Цзэ Сюланю очень хотелось рассмеяться.

– Подожди-подожди, что? Янь Хуа заявила, что не будет мне помогать из-за наших ссор? Ох, передай ей, что она действительно самый великодушный целитель, которого только я встречал. А нет, не передавай, я сам…

– Да ты знаешь, как я тогда переживал? А тебе смешно, – перебил Цао Цзюань, не разделяя чужого веселья.

Закончив дружескую болтовню, они перешли к обсуждению более серьезных дел. Цзэ Сюлань совсем не удивился, когда узнал, что теперь школа «Двуглавого феникса» входит в альянс «Пяти нефритовых дорог». На вопросы Цзэ Сюланя вроде «зачем?» Цао Цзюань внятно не мог ответить.

Честно говоря, Цао Цзюаню вообще не особо хотелось заниматься делами ордена. А уж тем более ему не хотелось рисковать своей жизнью из-за чужих для него людей. Демоническая секта сильна, это сразу понятно. Цзэ Сюлань попробовал возмущаться и выступить против них, и к чему это привело? Он чуть не погиб! А если бы с ним не было Линь Яна, точно погиб бы!

– Так система направила тебя ко мне, когда нам удалось связаться?

Цао Цзюань согласно кивнул:

– Это был последний день собрания. Мы уже вернулись на постоялый двор и готовились ко сну, когда она мне это сказала. На самом деле, до этого я думал, что ты просто сбежал вместе с Линь Яном. Если бы не система, мы бы уехали без вас.

«Чэнь Хуан, почему ты не сказала этому идиоту, что у тебя пропал сигнал со мной?»

[Как это – не сказала?! Я сказала. Но он был так напуган собранием и тем, что с ним будет, если у него не получится уговорить всех принять школу в альянс, что слушать меня не желал! Да и к тому же я не знала, куда ты вообще исчез.]

– Мне казалось, что я прожил там по меньшей мере сезон, а выходит, всего несколько дней…

– Ну, вас затянуло в пространство, созданное заклинательницей. Так что это норма. Линь Ян рассказал нам о том, что это может быть Тан Цзыци. Я не знаю, кто это, но о ней слышали некоторые другие мастера и наставники ордена. Мы сейчас объявили ее в розыск.

– И ты думаешь, что это возымеет эффект?

Цао Цзюань пожал плечами:

– Не знаю. Это вообще идея Линь Цзо. Он как узнал, что с его братом какая-то жалкая заклинательница сотворила, поклялся ее душу на осколки разбить и с дерьмом смешать.

– И как он сейчас?

– Линь Цзо?

– Вообще, я о Линь Яне. Но если ты хочешь мне рассказать о том, что у мастера Линя случилось искажение ци, то я готов и про него послушать.

– Ага, – фыркнул Цао Цзюань. – У него-то случится! А Линь Ян в норме. Он очнулся недели две назад. Сейчас сидит на горе Стремлений, с учениками возится. К тебе по вечерам приходит. Уж не знаю, тело у него сильнее, Янь Хуа в медицине разбирается получше лекаря Ли или это Линь-наседка-Цзо так постарался, но сейчас Линь Ян выглядит прекрасно и уже полностью восстановился. Я видел, как он десяток подростков на тренировке одним ударом раскидал!

– Это хорошо, – заключил Цзэ Сюлань. Он был человеком, которого не особо трогали чужие судьбы, но случись что-то серьезное с лучшим в мире мечником, это было бы очень грустно. Как минимум кого же тогда побеждать Яо Вэньмину в честном бою?

– А, еще тебе недавно принц Нин письмо прислал, – неловко начал Цао Цзюань.

Он встал с места и взял со стола вскрытый конверт. На нем четко было написано, что письмо предназначалось Цзэ Сюланю, но кто-то, кто не удосужился взять ножичек и разорвал конверт руками, сунул свой нос в чужую переписку.

– Я случайно в него краем глаза заглянул…

– Случайно краем глаза? – Цзэ Сюлань взял в руки тонкую дорогую бумагу, исписанную тушью. Было видно, что ее разворачивали и складывали не один раз. А еще среди аккуратных иероглифов Цинь Фэнчжана красовалось большое жирное пятно. Зеленые глаза хозяина Туманного склона посмотрели на пятно, потом на главу Цао, потом снова на пятно, потом опять на главу.

Покраснев до кончиков ушей, Цао Цзюань принялся оправдываться:

– Да я почти ничего не смотрел. Это… это лекарь Ли! Да, он тут готовил тебе мазь и чем-то заляпал. Вообще, принц Нин писал, что они смогли поймать около полусотни последователей секты «Алые цветы смерти»! Там у них какой-то шабаш был. А они их раз – и арестовали всех до единого.

Пробежавшись по письму взглядом – благо почерк будущего императора позволял это сделать, – Цзэ Сюлань вопросительно уставился на Цао Цзюаня.

– Это не я