– Эй! Подожди…

Он оборачивается, хмурится. В его взгляде раздражение и недоумение.

– Чего? Ты кто?! Ой…

Видит меня и, кажется, понимает…

– Ася…

Я глотаю ком в горле. Как спросить? Как не выглядеть сумасшедшей? Но внутри – паника, и она толкает меня вперёд.

– Что… что тебе дал тот парень? В машине…

Он смотрит на меня, как на ненормальную. Потом приподнимает бровь.

– А тебе‑то что? Ромыч знает, что ты тут за другими парнями наблюдаешь?! – спрашивает меня нахально, словно обвиняя в чём-то… Пытается переложить ответственность или что?!

Я пытаюсь говорить спокойно, но голос дрожит. И не из-за того, что там узнает Ромка, а из-за Морозова! Потому что он даже на расстоянии заставляет меня переживать и трястись.

– Просто… интересно. Он мой знакомый…

Парень качает головой, потом скрещивает на груди руки.

– Тогда спроси у него сама. Я ничего ни у кого не брал, понятно?

– Зачем ты врёшь?! Там наркотики? – склоняюсь, спрашивая шёпотом.

– Наркотики? – ухмыляется он и ржёт надо мной. – Ты угораешь?

А потом просто отворачивается.

– Всё, отстань...

И уходит.

Я стою на тротуаре, и мир вокруг медленно начинает кружиться. Ноги подкашиваются. Прислоняюсь к стене, чтобы не упасть.

Что это за фигня вообще?!

А вдруг реально что-то такое?!

Что, если я уже ввязалась во что‑то, чего не понимаю? Что, если эта «сделка» – не просто прикрытие для ректора, а нечто гораздо более серьёзное

В голове теперь черт-те что! Мысли мечутся, сталкиваются, рассыпаются. Он меня совсем запутал… Я закрываю глаза, пытаясь вдохнуть, но воздух будто застревает в лёгких…

Вот что мне делать? Я и отказать ему боюсь смертельно. Мало ли что он выкинет…

Телефон в кармане снова вибрирует. Сообщение от Лизы:

«Ася, ты где? Я волнуюсь. Всё в порядке?!».

Я смотрю на экран, и слёзы наворачиваются на глаза. Нет, Лиза. Ничего не в порядке.

Но я не могу ей сказать. Не могу признаться, что сама не знаю, во что вляпалась.

Глубокий вдох. Ещё один. Я должна собраться. Должна понять, что происходит.

Потому что Кирилл Морозов – это не просто парень из университета.

Это – проблема. Большая проблема.

И я уже в её эпицентре…

Возвращаюсь обратно в универ…

Стою у стены, пытаясь унять дрожь в пальцах после этого странного разговора. Сообщение Лизы висит в воздухе… Простое, заботливое, но от него только острее ощущение, что я одна в этом вихре непонятного, опасного, притягательного кошмара…

Что мне делать?

Ответа нет. Но внутри колючее желание узнать. Не отступать… Не закрывать глаза. Разгадать эту чёртову загадку…

Даже если это страшно.

Даже если опасно.

С трудом досиживаю до конца пар.

Сразу говорю Лизе, что сегодня у меня точно не получится пойти на репетицию. Я отработаю дома вечером, а она за главную…

– Я вообще тебя не узнаю… Ты серьёзно?

– Это один день… Всего один… Потом я буду приходить…

– Ты всё-таки пошла на эти дурацкие занятия с тем студентом, да? И как он? Кто это вообще?!

– Я ещё никуда не пошла… Не знаю, – отрезаю, в очередной раз солгав. Лиза вздыхает и смотрит в тетрадь…

– Мой тебе совет… Думай о себе… А всех остальных посылай куда подальше…

– Да? И тебя тоже? – спрашиваю, пока она цокает и закатывает глаза. Смеёмся…

Пока не наступает вечер…

Аудитория та же… Внутри меня ураган… Я прихожу заранее, включаю свет, раскладываю свои тетради…

Он появляется в дверях ровно в семь… Без слов. Только взгляд, как всегда, холодный, изучающий. Но на этот раз с хитрецой…

– Начала без меня? – спрашивает, кивая на раскрытые конспекты.

– Я всегда начинаю заранее, – отвечаю, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Он усмехается. Недобро… До дрожи в моих руках…

Кирилл садится напротив, достаёт свою единственную тетрадь, и ту он, кажется, носит для вида... Никаких учебников – только листы, исписанные его рукой. Я мельком вижу формулы, стрелки, пометки на полях. Как будто он всё-таки что-то делает…

И мы начинаем. Сначала молча. У меня рядом с ним потеют ладони и ком застревает в горле… Как вообще разговаривать с ним? Я решаю задачу, он следит…

Я поднимаю голову, встречаюсь с его взглядом. В нём – что‑то новое. Выглядит как насмешка. Или я уже брежу. Не знаю…

– Чего ты так смотришь на меня? – спрашиваю неожиданно для себя.

Он замирает. Потом медленно откладывает ручку.

– Как…

– Ну так… Странно…

– Что ты вкладываешь в понятие «странно»? Без присущей всем остальным лести или восхищения тобой, Ася Замкина?

Я краснею. Понимаю, что спросила глупость. Но это слишком… Одно высокомерие… И грубость с его стороны…

– Нет, – шепчу я. – Я не…

– Продолжай решать, – он кивает на тетрадь, а потом смотрит на дверь, и тут же тоже начинает водить ручкой…

И как раз в этот момент дверь открывается.

Ректор. Как по заказу…

– Занимаетесь? – его голос звучит тепло, почти радостно. Но ощущение, словно это запланированная проверка… – Молодцы. Я рад, что вы нашли общий язык.

Я улыбаюсь. Натянуто. Кирилл – нет. Он просто молчит, не отрываясь от тетради.

– Не буду отвлекать… Продолжайте.

Дверь закрывается. И я громко, кажется, слишком громко выдыхаю…

Смотрю на Кирилла снова…

– Что ты передал тому парню возле заброшки? – шепчу еле слышно. – Я видела.

Его лицо меняется мгновенно. Черты заостряются, взгляд становится жёстким и таким… Ужасным… Он скалится на меня…

– Не лезь в мои дела, – отрезает тихо, но так, что в жилах стынет кровь.

– Если это что-то противозаконное… – начинаю я, но он обрывает меня.

– Тебе не о чем переживать, малышка. Лучше исправь косяк, вот здесь минус. У тебя ошибка, которая влияет на всё решение, – нагло заявляет мне, поставив на место…

Встаёт. Собирает вещи.

– Завтра в то же время, – бросает через плечо.

– Завтра? Но… Завтра тоже проверка?

– Нет. Просто я так хочу.

И уходит…

Какого хрена вообще?!

Что он скрывает?

«Потому что я так хочу»… Это уже не просто наглость, это настоящее хамство с его стороны…

Я смотрю на уравнение в своей тетради... Действительно. Я промахнулась. Поставила минус, где не надо…

И я реально понимаю, что для него я просто прикрытие.

Инструмент. Фигурка в его игре… Он и сам прекрасно