— Паша, кто научил тебя вскрывать замки? — О, мой Бог, он в прошлом вор-домушник. Потому, что эти замки дилетант не вскроет.

Он устало выдохнул. Накрыл крышкой ужин и сделал меньше огонь.

Вышел из комнаты, подошел к портфелю, который лежит в кресле и который я сразу не заметила. Достал какую-то коробочку.

— Вот смотри, — принялся он объяснять. — Это универсальный ключ. Я подношу устройство к замочной скважине и нажимаю эту кнопку. — Он нажал маленькую красную кнопочку, на устройстве загорелась красная лампочка и красный луч стал светить наподобие электронной указки. — Я подношу устройство к замочной скважине и специальный лазер считывает размер и строение подходящего к замку ключа. Потом я нажимаю вот эту кнопку. — И мужчина нажал маленькую зеленую кнопку. Устройство издало звук, похожий на щелчок фотоаппарат. А потом и отверстия в устройстве вылез ключ. — И аппарат создает ключ из жидкого сплава.

Я смотрю на эти манипуляции, открыв рот. Когда-то давно я проходила специальное обучение. И меня месяц учили вскрывать замки различной сложности. Но Гордеев решил проблему за пару минут. И вряд ли он проходил обучения, подобные моему.

— И это все? — Спросила голосом обреченной идиотки, которую развели, как дуру.

— Нет, конечно. — Удивил еще больше мужчина. — Если нажать вот эту кнопочку, — он нажал синюю кнопку на устройстве. И ключ будто всосало внутрь коробочки. — То устройство расплавит ключ, снова превращая его в жидкую субстанцию. И делая возможным использовать устройство много раз. — Радостно закончил Гордеев, отправляя меня в нокаут своей довольной физиономией.

Да уж. И этого гения мне предстоит обмануть? Конечно, я профи, и все смогу. Он для того, чтобы провести его вокруг пальца, он должен влюбиться в меня до потери сознания. Хотя бы до потери способности трезво мыслить.

— Занятная вещица, правда? — Спрашивает он радостно.

— Ага. — Отвечаю уныло. — Но почему ты не встретил меня возле офиса? Ты ведь написал, что заедешь за мной.

— Я написал, что заеду К ТЕБЕ. Ты не возражала. — Простодушно ответил Гордеев. Засунул чудо-коробочку обратно в портфель, а потом пошел на кухню.

Ко мне? То есть, как это? Я ведь точно помню…

Достала телефон и перечитала смс. Точно, написано, что он заедет ко мне. Но он не уточнил, что это означает. А я так зациклилась на воспоминаниях о вчерашнем вечере, что поняла по-своему и не стала уточнять. И откуда он знает, где я живу? Вот же я дура! Знала ведь, с кем имею дело.

Я стукнула себя ладошкой по лбу и поплелась на кухню.

— Вот, попробуй, — сказал мужчина, протягивая мне ложку. — Чего-то не хватает, по-моему.

Я подула на ложку и попробовала.

— Вкусно, — похвалила блюдо.

Мужчина резким движением обхватил мою талию и прижал к себе, впиваясь в губы. По телу пробежала волна электрического тока, прокатилась лавой по позвоночнику и осела внизу живота.

— Ага, вкусно, — сказал, отрываясь от моих губ и отпуская талию. — Помоги-ка накрыть на стол, — и он снова стал помешивать что-то, теперь уже выключив плиту.

Я помогла накрыть на стол, и мы сели ужинать. Гордеев достал откуда-то из-под стола бутылку вина, разлил по бокалам. А я уже стала привыкать, что у этого человека все необходимое всегда под рукой, как у фокусника.

Вот только под его пристальным взглядом есть резко перехотелось. Я смотрю на его руки, когда он разрезает мясо, берет бокал. И, кажется, только сейчас замечаю, какие красивые у него пальцы. Медленно скольжу взглядом от пальцев к запястью с массивным браслетом часов на левой руке. Дыхание сбивается, когда я представляю эти руки на своем теле. Поднимаю глаза к его лицу, тут же ударяясь о его горящий взгляд.

Он смотрит испытующе, будто решает для себя что-то. Кажется, что в этот момент в его голове ангелы и бесы схватились в неравной схватке, и он изо всех сил сдерживает и тех, и других. Я, как зачарованная, вглядываюсь в синие омуты. Кажется, еще совсем чуть-чуть, и я смогу прочесть его мысли, считать намерения. Мой взгляд снова скользит по его лицу, останавливается на полных губах, и я нервно сглатываю. Хочется потрогать эти губы, попробовать на вкус.

Мужчина резким движением хватает мое запястье и тянет меня на себя, заставляя соскочить со стула и рухнуть ему на колени. Я вскрикиваю от неожиданности. Но звучит это как-то хрипло, а не возмущенно. Сердце больно стучит в груди, когда он медленно ведет рукой по моей щеке, потом касается губ, сминая большим пальцем и оттягивая нижнюю. Я шумно выдыхаю кислород из легких, чувствуя, как покалывает кожу в месте прикосновений.

«Это неправильно», — стучит в висках противной занозой здравая мысль. Мне нельзя ничего чувствовать, иначе вся операция может провалиться. Я должна сохранять холодный рассудок.

— Что мне с тобой делать, детка? — Выдыхает он хрипло мне в лицо. От низких вибраций его голоса по телу пробегает дрожь.

Я тянусь рукой к его волосам, запускаю пальцы в шевелюру. А потом провожу губами по его губам. Это становится последней каплей, он резко поднимается со мной на руках. Идет в спальню и опускается со мной на кровать.

Тянется к пуговицам на моем жакете, быстро их расстегивает, стягивая сначала пиджак, потом срывает с меня брюки. От прикосновений прохладного покрывала к разгоряченной коже вздрагиваю, а он, не давая опомниться, срывает с меня белье. Тут же наваливается сверху, оставаясь полностью одетым. Обхватывает руками мою голову, впиваясь в глаза взглядом.

Я чувствую себя беспомощной и беззащитной сейчас. Тянусь к пуговицам на его рубашке, но он перехватывает мои руки, поднимая их над головой и фиксирует, грубо сжимая одной рукой. Мне стало страшно от того, что я полностью уязвима, а он может делать, что захочет. И ведь он явно не потерял голову, в отличии от меня, даже рубашку снять не дал. Мозг начинает лихорадочно соображать, искать возможные способы защиты, пока он хищно разглядывает меня. Замираю, ожидая любого развития событий, сердце гулко стучит в груди, и я рвано дышу ему в лицо.

Вот он чуть пошевелился и сполз на покрывало рядом со мной, не ослабляя хватку на моих запястьях у меня надо головой. Я дергаюсь, пытаясь вырваться, но он не дает, больно сжимая мои руки.

— Тшшш, — шипит мне в ухо, намекая на то, что любое сопротивление бесполезно, я полностью в его власти. Страх расползается по телу удушающей змеей.

Гордеев снова впивается взглядом в мои глаза, второй рукой проводит по шее, а потом едва ощутимо ее сжимает.