умирать, так почему бы не выбрать как? Напряжение нарастало медленно, словно снежный ком. А вот и первый «чёрный». Он выскочил из-за угла и тут же нарвался на очередь. Оружие издало тот же треск, что и раньше. «Чёрный» дёрнулся и упал. В этот миг что-то грохнуло так, что Андрея бросило на стену, словно куклу. Дым, звон в ушах и непонимание того, что произошло. А затем он понял. Шлюз. Дверь, что вела в сторону «Перуна», была разворочена взрывом. Из тёмных недр в сторону «чёрных» устремились дроиды. Обычные ремонтники с плазменными резаками, что тут же нарвались на плотный огонь со стороны «чёрных». Но Андрею было на это плевать. У него появился неожиданный шанс. Фокин вскочил и, прихрамывая, рванул в шлюз. Через какие-то секунды он оказался за бронёй эсминца, почти в безопасности. Приглушенный свет на «Перуне» был переведён в аварийный режим. Андрей не сразу понял, что происходит, но когда свист стал утихать, он расслышал слова ИИ: «Активирован протокол предотвращения абордажа. Повторяю. Активирован протокол предотвращения абордажа. Всему экипажу занять места по боевому расписанию».

— Никогда бы не подумал, что буду так рад твоей жестяной заднице, — пробурчал Андрей, быстро достигнув лифта. Вскоре он опустился в кресло капитана и стал выводить информацию, передаваемую сенсорами. И тут же посыпался мат-перемат. Андрей провозился слишком долго. «Перун» оказался в окружении. Несколько патрульных кораблей Альянса уже приближались к эсминцу с разных направлений. Всего… пять. Нет, восемь. Ещё три только что вышли из прыжка в зоне сенсоров.

— Эй, жестянка, каковы шансы выдержать прямое столкновение?

Компьютер не заставил себя ждать и тут же ответил:

— Тридцать шесть процентов удачного исхода. Предотвращая ваш следующий вопрос: попытка уйти в гиперпрыжок, если начнется обстрел, равна двенадцати процентам удачного исхода. Предлагаю попытаться уйти на манёвренных двигателях от преследования. Ошибка. Двигатели повреждены. Изменение алгоритмов. Предлагаю уничтожить ближайшие корабли противника и уйти в гиперпрыжок.

— О, а ты умнеешь. Или подстраиваешься под мой стиль?

— Второе, капитан.

И неудивительно: ИИ были созданы для взаимодействия с капитаном и командой, и именно правильный стиль общения был залогом успеха. Что же, неплохо. Так, дискуссию на потом. Андрей вновь посмотрел на сенсоры. Пять кораблей уже почти на рубеже атаки. Три ещё в пути.

— Пять кораблей в зоне досягаемости основного калибра. Внимание, орудия с пятого по восьмое вышли из строя.

Андрей выдохнул: значит, всего три орудия главного калибра. Мало. Чертовски мало. В то время как у противника хоть и не эсминцы, однако перевес в огневой мощи. Тридцать шесть против двенадцати. Однозначно шансы выжить в бою выше. Тем более для прыжка нужны расчёты и время.

— Подготовь расчёт прыжка с места к Земле.

— Принято, капитан.

О, железяка теперь не спорит. Андрей даже удивлённо поднял бровь. Хотя… Она же подстраивается.

— Дождись эффективного поражения и начинай обстрел. Приготовь противоракетную оборону.

— Есть, капитан. Функционирует лишь десять процентов орудий ПКО, в случае сильного обстрела процент защиты будет неэффективен.

— Ну да, как же могло быть иначе?

Андрей выдохнул. Его привлёк один экран, где показывался внешний шлюз стыковки с доками. Там «чёрные» явно планировали пробить корпус и проникнуть на судно. Андрей увеличил изображение и спросил:

— Это место находится в зоне поражения?

— Так точно, капитан. Пальнуть?

— Ты мне всё больше нравишься, железная задница. Пальни, пусть остынут немного.

Изображение не передавало звуков, но даже в безмолвии это было красиво. Вспышка, потом в разные стороны разлетелись обломки стыковочного шлюза, а чёрные тела слились с космосом. Красота.

— Вот и отстыковались.

— Три корабля противника в эффективной зоне поражения. Начинаю обстрел.

Корабль дёрнулся. Не сильно, стабилизаторы гравитации поглотили основную волну, но это было всё равно ощутимо. Тут же корабль дёрнулся уже куда сильнее. Андрея бы выбросило из кресла, если бы он за мгновение до этого не вцепился в подлокотники.

— Твою мать, жестянка, что это было?

— Точное попадание выстрела противника. В отличие от кораблей врага, мы представляем очень хорошую мишень. Один корабль противника уничтожен, второй получил необратимые повреждения, третий выстрел не достиг цели. Целостность корпуса «Перуна» пятьдесят один процент'.

Андрей выдохнул. Это всего-то после пары попаданий. Нет, пока «Перун» не готов к реальному бою от слова совсем. И это не слишком хорошо. Андрей вывел изображение трёх из пяти кораблей. Да, как и докладывал компьютер, два из трёх. Но на подходе ещё шесть кораблей. Нет, надо валить. И, кажется, Андрей совершил глупость, вообще отправившись сюда. В родной Солнечной системе обязательно должны были сохраниться ремонтные базы. Их там была уйма, и не только на Земле. Марс, Луна, Венера. Хоть одна должна работать. Дурак, думал, что старые союзники помогут? Думал, они не бросили и не забыли, что такое долг? Наивный дурак!

— Что с прыжком?

— Рассчитан, капитан, но предлагаю разобраться с четырьмя кораблями противника.

Предложение, конечно, супер, но они тоже не будут сидеть в стороне и обязательно ударят. Корабль дрогнул. А нет, ударили опять. Несколько экранов вспыхнули, сообщая о повреждении и о том, что в некоторых отсеках начался пожар.

— Разгерметизировать отсеки A, D, F.

— Выполняю.

Пожар не может существовать в вакууме, и это был огромным плюсом. А вторым плюсом было отсутствие команды на корабле. Андрей удовлетворённо кивнул.

— Ответный залп.

— Выполняю.

«Перун» дёрнулся вновь, но на этот раз не сильно. Ответ достиг цели. Несколько кораблей получили удар, однако и они успели ответить. Чёртовы ублюдки. «Перун» дёрнулся и заныл, Андрей отчётливо слышал скрежет металла. Нет, так они долго не протянут.

— Уходим отсюда. Мы не потянем, там ещё три корабля на подходе.

— Приступаю к прыжку.

И всё поплыло. Опять неистовая боль и треск. Треск? Откуда треск? Свет, а затем и звук. Андрей заныл, открывая глаза, всюду перед глазами мельтешили сигналы тревоги. Фокин дрожащей рукой вытер пот с лица: к чёрту эти прыжки с места. К чёрту.

— Компьютер… Доклад…

— Целостность корпуса тридцать три процента, основные системы повреждены, оружейные системы повреждены. Система жизнеобеспечения в режиме автономности. Её хватит на четыре дня. Ошибка. Месяц, с учётом того, что вы один на корабле. Пожар в отсеке K, N, U.

Тело ныло, почти ломало. Андрей с трудом встал и чуть не упал, удержавшись за кресло капитана. Он посмотрел на кучу красных экранов.

— Потушить. Начать экстренный ремонт основных систем. Сканеры дальнего обнаружения в строю?

— Так точно, капитан. Да, в строю.

— Попробуй отыскать хоть один ремонтный модуль. Я не верю, что все они были уничтожены.

— Приступаю к анализу системы.

— Сообщи, когда будет результат… Я к себе…

И