компьютером ввело Андрея в ступор. Капитаном? В отсутствие членов экипажа старше по званию? Что за чертовщина творится? Лампы замигали и погасли, но тут же свет сменился на красный, и голос заговорил вновь:

— Внимание, обнаружена угроза! Неопознанный корабль вышел из гиперпространства в зоне обнаружения. Внимание, боевая тревога, всему экипажу занять свои места! Внимание, тревога! Всем членам экипажа занять свои места!

Андрей ожидал, что по коридору начнут бегать люди, начнётся отдача чётких приказов. Но нет — тишина. После сообщения бортового компьютера не последовало ровным счётом ничего.

«Может, на мостике есть люди?»

Мостик… Почему он сразу об этом не подумал? Строение кораблей земного флота было одинаковым, что у Российского флота, что у Альянса Америки. Это позволяло в случае надобности производить ремонт любого судна в любых условиях, а значит, мостик был палубой выше, а лифт — в нескольких десятках метров влево от медблока. Туда и последовал Андрей. Идти было все ещё крайне трудно, а в теле отдавалась боль, так, словно мышцы годами не двигались. Дойдя до лифта, он услышал новое обращение.

— Внимание, экипаж не обнаружен. Переход к автономному управлению, включение протокола защиты. Начать манёвр. Манёвр невозможен, повреждение главного двигателя. Начать протокол «Хамелеон», переход в режим полной невидимости. — Свет в то же мгновение погас, гравитация отключилась. Андрей оторвался от пола и завис в воздухе, всё ещё не понимая, что происходит. Никого не было ни видно, ни слышно. Главное — корабль действовал полностью автономно. Это возможно только в случае, если экипаж не способен им управлять. А такого на его памяти ещё не было в истории Флота.

«Спокойно, Андрюха. Надеюсь, ты во всём разберёшься».

Вдох и выдох. Он ударил рукой по панели управления лифтом, но та не отреагировала. Кажется, протокол предусматривал превращение себя в космический мусор, дабы не быть обнаруженным. Выходит, что он застрял? Прошло минут десять, прежде чем гравитация вновь вернулась, и он с силой рухнул на пол. Свет стал приглушённо белым.

— Боевая тревога отменена, протокол завершён.

Поднявшись с трудом и тихо матерясь, он вновь ударил по панели лифта. На этот раз дверь с тихим шелестом отъехала, впуская Андрея в помещение. Ещё пару манипуляцией с панелью — и лифт плавно поехал вверх. Спустя две минуты он уже стоял на мостике. От увиденного у него перехватило дыхание… Экипаж никуда не делся — все сидели по своим местам, там, где их застала смерть. Их тела были мумифицированы. Почему они погибли? Он подошёл к креслу капитана и посмотрел на его тело. На бейдже униформы было написано «Капитан Антон Петреску». Что случилось с кораблём и экипажем? Андрей перевел дыхание, вытащил из кресла тело капитана и занял его место. Коснувшись пальцами по панелям на подлокотнике кресла, он вывел голографический экран перед собой.

— Приветствую вас, временно исполняющий обязанности капитана!

Андрей отмахнулся от приветствия, выводя на экран записи.

— Какого? Что за… Быть не может… — Из записей следовало, что он пробыл в отключке около 60 лет! Это было просто невозможно, да и нереально. Решив во всём разобраться, он включил последнюю запись капитана. На экране появился брюнет лет тридцати. Он выглядел чертовски усталым.

— С момента вторжения в нашу колонию и начала войны прошло уже десять лет. Десять чёртовых лет тупой бойни. Сегодня нам поставили задачу — прорыв кольца блокады вокруг Солнечной системы. Это будет уже третья попытка. Чёрт, как же я устал. Так вот, попытка прорвать блокаду и достигнуть Земли. Связь с Землёй вот уже несколько месяцев потеряна, но мы надеемся на то, что… В общем, кого я обманываю? Они уничтожали колонию за колонией, и я не думаю, что Земля избежала этой участи. К чёрту всё. Капитан корабля «Перун» Антон Петреску.

Запись оборвалась. Андрей не верил своим ушам и глазам. А кто бы поверил? Земли нет. Нет тех, кого любишь. Нет тех, кого ненавидишь. Нет Родины, нет своей планеты. Нет ничего. Только ты и космос… И где-то там — враг. Он дрожащей рукой провёл по панели, выводя на экран системные данные.

— Корабль «Перун», класса эсминец, целостность корпуса на момент запроса — 56 %, вышел из строя главный двигатель. Система гиперпрыжка готова к использованию. Внимание, рекомендуется разогнать корабль до околосветовой скорости перед входом в гиперпространство.

Андрей слушал доклад компьютера. Все еще оставалось загадкой, как он сюда попал. Обнаружив в системе нужную запись, он нашел ответ на свой вопрос.

— В зоне обнаружения 27 дней назад был зафиксирован сигнал пилота Андрея Фокина. Экипажем не было принято никаких мер. Бортовой компьютер принял решение в соответствии с протоколами и отправил за пилотом медицинского бота. Пилот был жив и доставлен на борт корабля.

Андрей откинулся на спинку кресла. Это была случайность… Его спасла случайность… Невероятно, но это так.

— И что мне делать? ЧТО, ЧЁРТ ПОБЕРИ, МНЕ ДЕЛАТЬ⁈ — Андрей кричал, не в силах сдержать эмоции. Всё его пугало и вводило в ступор. Он осознал, что совершенно один на огромном корабле, один непонятно в какой части космоса. Возможно, он, Андрей Фокин, последний человек во Вселенной. Вы боитесь остаться в одиночестве на необитаемом острове? А теперь представьте, что вы — единственный человек во ВСЕЛЕННОЙ. Не можете? И никогда не сможете понять, что испытывал Андрей, сидя в кресле и понимая эту чёртову истину.

Глава 3

Отчаяние

Несколько следующих дней Фокин просто пил. Ему удалось найти кают-компанию с неким подобием бара. Правда, сложно представить, откуда на военном корабле вообще взялся алкоголь. Это дало возможность не сойти с ума. Мысль, что в мире нет больше никого из родных, что он совсем один на этой консервной банке… Если бы не возможность забыться в алкогольном опьянении, его он бы точно сошел с ума в тот самый момент, когда всё стало более или менее ясно.

Вот и сейчас он сидел всё в той же кают-компании с бутылкой виски, от которой осталось чуть меньше половины. Он уже почти не думал о том, что ему вообще делать. Не имея нужных знаний, он не мог починить поврежденные в бою двигатели. Без них совершать прыжок из спокойного состояния означало подвергнуть себя опасности. Последствия могли быть какими угодно, вплоть до распада корабля на части. Нужен был разгон до околосветовой, об этом говорил и искусственный интеллект. Тупик. Честно говоря, Андрею не хотелось думать об этом. Очередной бокал виски был опустошён. Откинувшись на спинку мягкого дивана, встроенного в стену корабля,