болела, колени — не ныли от синяков. Казалось, что она вообще ничего не чувствует. Ничего, кроме смертельной усталости. Дорога домой была долгой. Весь день она шла вслед за волком, останавливаясь только чтобы попить из ледяных лесных ручейков и размять ступни, выскакивающие из огромных шлёпанцев. Волк всё это время смиренно стоял рядом, внимательно прислушиваясь к малейшему шороху. А потом впереди показались огни привычного посёлка. Надо ли говорить, что идти туда, где есть люди, было страшно?

— Чего сидишь, девка, мож накормить тебя? Ой, Валерик! — тихий и по-старчески скрипучий голос раздался прямо за спиной девушки. — Во что вырядилась, ой во что вырядилась, ей-богу… Ещё и приехала поздно как, уже ягода вся на землю упала, — продолжала причитать бабушка, пока Лера еле заметно улыбалась, вытирая с щёк влажные дорожки, не заметные в темноте. — Звоню мамке, спрашиваю, а она и знать не знает, где доча загуляла. Ты пошто телефон-то отключила. Аль потеряла?

Теперь Лерка не сомневалась, что она дома. С бабушкой. Уж не узнать этот добродушный причитающий голос было невозможно.

— Ба, я кушать хочу, — только и ответила Лера, обнимая покрепче сухонькую старушку.

— Пошли, бедолага.

* * *

Две недели, проведённые у бабушки, пролетели очень быстро. Рассказать ей о том, что произошло в лесу, Лерка так и не решилась. Да и ей самой это стало казаться просто кошмарным сном. Должно быть, она просто заслушалась песнями в наушниках, вот и не заметила, как вышла не на той остановке. А всё, что было после — её выдумки. Подумаешь, телефон просто потеряла, одежду порвала, вот и заменила на лохмотья, стащенные у деревенских. А синяки и ушибы… Так ведь не каждый день по лесу ходишь? Ведь не бывает ручных волков, правда? Да и про Сэтморт никто в округе не слышал — только удивлённо качали головами и улыбались.

Электричку снова тряхнуло. Лерка ойкнула, стукнувшись лбом о прохладное стекло: за окном всё так же мелькали деревья и редкие домики. Только уже в обратном порядке.

— Привет.

Лера подняла голову, стараясь не покраснеть.

— Дошла до бабушки, Шапочка? — улыбнулся Серый.

Эти хищные глаза, что она так старательно выводила в блокноте, смотрели прямо и открыто.

— Да, оказалось, я правда не боюсь волков, — с вызовом бросила Лера, перекидывая за спину пряди пшеничных волос.

Он с усмешкой опустил взгляд вниз:

— Люди бывают страшнее, правда?

И, взлохматив ей волосы, он одним движением перемахнул через тамбур, оказываясь на улице. Электричка снова тронулась.

По кромке леса в след вагону бежал большой серый волк.